Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
— Одна ночь!
— Всего одна? Уверена, что не захочешь большего?
— Ни за что. Я иду на это только потому, что у меня нет выбора. Ты меня заставил.
— Раньше тебе нравилось… когда я тебя заставляю, — проходится по телу раздевающим взглядом. — Не будем терять время зря. Увидимся сегодня…
***
Попав в сложную ситуацию, я была вынуждена принять неприличное предложение бывшего.
Ненавижу его так же сильно, как когда-то… любила.
— Всего одна? Уверена, что не захочешь большего?
— Ни за что. Я иду на это только потому, что у меня нет выбора. Ты меня заставил.
— Раньше тебе нравилось… когда я тебя заставляю, — проходится по телу раздевающим взглядом. — Не будем терять время зря. Увидимся сегодня…
***
Попав в сложную ситуацию, я была вынуждена принять неприличное предложение бывшего.
Ненавижу его так же сильно, как когда-то… любила.
Жизнь - штука сложная. Муж мне изменил прямо на нашей супружеской кровати. За это я простыню со следами бурной страсти вывесила на кованые ворота нашего особняка. А саму кровать сожгла вместе с матрацем на заднем дворе коттеджа.
Муж не дает мне развода, не хочет делить бизнес и деньги. А его любовница торопиться выжить меня из дома. Свекрови я нужна как прислуга, кто-то должен продолжить пахать на грядках в её саду и консервировать бесчисленное количество овощей и ягод.
А я хочу свободы. Вот только кто мне её даст добровольно?
Ну что ж, рассаживаемся на диваны, запасаемся попкорном. Приключения начинаются.
Муж не дает мне развода, не хочет делить бизнес и деньги. А его любовница торопиться выжить меня из дома. Свекрови я нужна как прислуга, кто-то должен продолжить пахать на грядках в её саду и консервировать бесчисленное количество овощей и ягод.
А я хочу свободы. Вот только кто мне её даст добровольно?
Ну что ж, рассаживаемся на диваны, запасаемся попкорном. Приключения начинаются.
Мой парень – красавчик-спортсмен, от которого сходят с ума все девчонки в нашем универе. Мне хорошо с ним. Вот только, как мне выкинуть из головы его чертовски сексуального отца? Понимаю, что он в два раза старше и несвободен, но моё же тело меня предаёт. Мне предстоит сложный выбор.
— Я — Дамир, — наконец представился он. — Дядя Тамилы.
— Я — Катерина, — в тон ему ответила девушка. — Её лучшая подруга.
— Значит, ты та самая Катерина Назарова, о которой мне моя племянница все уши прожужжала? — уточнил Дамир, ещё раз пройдясь взглядом по девушке, поставил перед ней кружку с чаем и сел напротив с кружкой кофе.
— Ну, имя и фамилия с моими совпадают, значит, я — та самая! — надменно ответила Катерина.
— И что может быть общего у обычной девушки и… мажорки? — аккуратные брови Дамира скользнули вверх.
Катерина слегка склонила голову набок, вложив в свой взгляд всё имевшееся высокомерие, но на мужчину это не произвело никакого эффекта. Он, делая аккуратные небольшие глотки ароматного кофе, спокойно смотрел на неё и ждал ответа на свой вопрос.
— Я — Катерина, — в тон ему ответила девушка. — Её лучшая подруга.
— Значит, ты та самая Катерина Назарова, о которой мне моя племянница все уши прожужжала? — уточнил Дамир, ещё раз пройдясь взглядом по девушке, поставил перед ней кружку с чаем и сел напротив с кружкой кофе.
— Ну, имя и фамилия с моими совпадают, значит, я — та самая! — надменно ответила Катерина.
— И что может быть общего у обычной девушки и… мажорки? — аккуратные брови Дамира скользнули вверх.
Катерина слегка склонила голову набок, вложив в свой взгляд всё имевшееся высокомерие, но на мужчину это не произвело никакого эффекта. Он, делая аккуратные небольшие глотки ароматного кофе, спокойно смотрел на неё и ждал ответа на свой вопрос.
– Господин Каримов, вам предъявляется обвинение по нескольким тяжким статьям.
Стараюсь совладать с голосом и раскрываю перед бандитом папку.
А он смотрит только на меня.
– Сколько хочешь? – спрашивает.
– Что? – не понимаю.
Лишь чувствую, как от него пахнет. Опасностью и смертью.
Каримов усмехается.
Дежурный у входа в допросную почему-то отводит взгляд.
– Сколько тебе нужно дать, чтобы поиметь прямо сейчас на этом столе?
Каримов опасный бандит, держащий в страхе половину города. А еще он виновен в смерти моего отца и проблемах сестры. И я не успокоюсь, пока этот мерзавец не получит по заслугам.
Стараюсь совладать с голосом и раскрываю перед бандитом папку.
А он смотрит только на меня.
– Сколько хочешь? – спрашивает.
– Что? – не понимаю.
Лишь чувствую, как от него пахнет. Опасностью и смертью.
Каримов усмехается.
Дежурный у входа в допросную почему-то отводит взгляд.
– Сколько тебе нужно дать, чтобы поиметь прямо сейчас на этом столе?
Каримов опасный бандит, держащий в страхе половину города. А еще он виновен в смерти моего отца и проблемах сестры. И я не успокоюсь, пока этот мерзавец не получит по заслугам.
- Фил.. - тяну, наконец решив действовать. - Поцелуй меня.
- Ах! - друг давиться конфетой и начинает кашлять. Очень громко, буквально задыхается. Бьёт себя в грудь и выпучивает глаза. - Владка.. Ты чего? Грудной сбор скурила?
- Научи меня целоваться, Бесов! - командую, с серьёзным лицом садясь на кровати.
______________
Она была моей лучшей подругой. До того момента, пока мы не начали уроки по обольщению моего приятеля. И они затянулись. Слишком затянулись..
Он был моим лучшим. До того момента, как я попросила научить меня быть кошечкой. До того момента, как попросила лишить себя девственности. До того момента..
- Ах! - друг давиться конфетой и начинает кашлять. Очень громко, буквально задыхается. Бьёт себя в грудь и выпучивает глаза. - Владка.. Ты чего? Грудной сбор скурила?
- Научи меня целоваться, Бесов! - командую, с серьёзным лицом садясь на кровати.
______________
Она была моей лучшей подругой. До того момента, пока мы не начали уроки по обольщению моего приятеля. И они затянулись. Слишком затянулись..
Он был моим лучшим. До того момента, как я попросила научить меня быть кошечкой. До того момента, как попросила лишить себя девственности. До того момента..
Двое красавчиков, стоматолог и его ассистент. Лечить зуб оказалось не нужно, но я не спешила покидать кабинет, ведь доктор - мой самый щедрый подписчик, а второй… тоже не прочь оказать жаркий прием.
- Если не хочешь снова пережить это, больше не попадайся ко мне в руки. А если попадешься, пеняй на себя.
Брошенные Гордеем год назад слова выжжены у меня на подкорке. И я избегала его… до этой роковой ночи.
***
Мужчина опускает оружие и оборачивается.
- Ну, привет, Арина, - усмехается друг моего папы и, склонив голову набок, окидывает взглядом с головы до пят. По телу проходит волна дрожи от этого пронзительного взгляда. Я помню, как он умеет раздевать им. Как оголяет меня до самых костей. И я теперь не уверена, хочу ли быть спасенной им. Может, безопаснее было отдаться в руки моих похитителей, от которых он меня спас? - Проходи в дом, - произносит он своим бархатным голосом.
А я нутром чую… сделаю шаг в его особняк - и больше Гордей меня не отпустит.
Брошенные Гордеем год назад слова выжжены у меня на подкорке. И я избегала его… до этой роковой ночи.
***
Мужчина опускает оружие и оборачивается.
- Ну, привет, Арина, - усмехается друг моего папы и, склонив голову набок, окидывает взглядом с головы до пят. По телу проходит волна дрожи от этого пронзительного взгляда. Я помню, как он умеет раздевать им. Как оголяет меня до самых костей. И я теперь не уверена, хочу ли быть спасенной им. Может, безопаснее было отдаться в руки моих похитителей, от которых он меня спас? - Проходи в дом, - произносит он своим бархатным голосом.
А я нутром чую… сделаю шаг в его особняк - и больше Гордей меня не отпустит.
- Чего пришла? - рычит он. - Я же сказал, держись от меня подальше!
И захлопывает дверь перед моим носом.
А я стою, глотаю слезы, и не знаю, что делать.
Я совершила все ошибки, какие только могла.
Я нарушила запрет отца. Я не послушала подруг. Я связалась с мужчиной, к которому мне нельзя даже приближаться.
И… я беременна от него. А ему плевать! Он ясно дал понять, что я ему не нужна.
И захлопывает дверь перед моим носом.
А я стою, глотаю слезы, и не знаю, что делать.
Я совершила все ошибки, какие только могла.
Я нарушила запрет отца. Я не послушала подруг. Я связалась с мужчиной, к которому мне нельзя даже приближаться.
И… я беременна от него. А ему плевать! Он ясно дал понять, что я ему не нужна.
Гектор: В самые темные времена мой разум обращался к свету.
Я черпал его из окружающих, высасывая досуха. И так я разрушал их.
Я не заслуживаю своего счастья. Мои руки запятнаны кровью, ведь я отнимал чужие жизни.
Боже милостивый, я убил мать моих детей. Разве я заслужил покой?
Мне никогда не удастся искупить этот грех.
Поэтому я помогу Джонатану пройти его путь правосудия. Помогу Доминике удержать власть в Третьем Центре. Помогу своим детям справиться с болью и разочарованием.
Это не исправит всего, что я натворил.
Но хотя бы так я смогу дышать.
Я черпал его из окружающих, высасывая досуха. И так я разрушал их.
Я не заслуживаю своего счастья. Мои руки запятнаны кровью, ведь я отнимал чужие жизни.
Боже милостивый, я убил мать моих детей. Разве я заслужил покой?
Мне никогда не удастся искупить этот грех.
Поэтому я помогу Джонатану пройти его путь правосудия. Помогу Доминике удержать власть в Третьем Центре. Помогу своим детям справиться с болью и разочарованием.
Это не исправит всего, что я натворил.
Но хотя бы так я смогу дышать.
Выберите полку для книги