Книги в жанре «Студенческий роман»
Любовь бывает разной! Трепетной. Окрыляющей. Нежной.
А бывает и первой! Неправильной. Болезненной. Токсичной.
Где одержимость легко спутать с ненавистью.
А зависимость с неприязнью. Но зависимость – болезнь!
И они больны друг другом. Больны, без права на исцеление.
Да. Он пойдет на все, лишь бы удержать ее рядом.
Лишь бы исцелиться...
- У тебя нет доказательств! - произнесла дрожащим от волнения голосом, с трудом подбирая слова. - Их нет!
- Конечно же, они есть! – зашипел он, наклоняясь к ее уху. – Клянусь, я лично сделаю нашу «тайну» достоянием общественности. И выставлю все в таком свете…
- Я поняла! Чего ты хочешь?
- Молодец, Синичка! Правильный вопрос!
В тексте имеется:
- первая любовь (с препятствиями)
- от ненависти до любви
- откровенные сцены и нецензурная лексика
- одержимая страсть с элементами принуждения
- сильные чувства между героями
- разница в социальном положении
- юмор
- настоящая дружба
А бывает и первой! Неправильной. Болезненной. Токсичной.
Где одержимость легко спутать с ненавистью.
А зависимость с неприязнью. Но зависимость – болезнь!
И они больны друг другом. Больны, без права на исцеление.
Да. Он пойдет на все, лишь бы удержать ее рядом.
Лишь бы исцелиться...
- У тебя нет доказательств! - произнесла дрожащим от волнения голосом, с трудом подбирая слова. - Их нет!
- Конечно же, они есть! – зашипел он, наклоняясь к ее уху. – Клянусь, я лично сделаю нашу «тайну» достоянием общественности. И выставлю все в таком свете…
- Я поняла! Чего ты хочешь?
- Молодец, Синичка! Правильный вопрос!
В тексте имеется:
- первая любовь (с препятствиями)
- от ненависти до любви
- откровенные сцены и нецензурная лексика
- одержимая страсть с элементами принуждения
- сильные чувства между героями
- разница в социальном положении
- юмор
- настоящая дружба
"Меня все предупреждали. С самого первого дня, как я здесь оказалась. И я сама многое видела. Но продолжала на что-то надеяться. Он казался со мной другим. Не таким, как его привыкли видеть".
"Страшно признаться, но эта девочка зацепила меня больше, чем кто-либо за всю мою жизнь. И поэтому я так отчаянно хочу убежать – подальше от этих пронзительных глаз, которыми хочется любоваться, ... от её чистой и нежной души, которую хочется любить. Как можно дальше, дальше – туда, в будущее, которое я сам себе заказал, и в котором для неё уже не будет места. Она ворвалась внезапно, без предупреждения, грозясь нарушить мой привычный ритм жизни. И я ослеп на какое-то время, попав под её обаяние. Теперь же я убегаю, чтобы больше никогда её не видеть. Потому что рядом с ней быть не смогу".
Эта история о ЛЮБВИ - всепоглощающей, безумной, невозможной. История взросления и поиска себя в большом мире. История, которую хочется прожить вновь...
"Страшно признаться, но эта девочка зацепила меня больше, чем кто-либо за всю мою жизнь. И поэтому я так отчаянно хочу убежать – подальше от этих пронзительных глаз, которыми хочется любоваться, ... от её чистой и нежной души, которую хочется любить. Как можно дальше, дальше – туда, в будущее, которое я сам себе заказал, и в котором для неё уже не будет места. Она ворвалась внезапно, без предупреждения, грозясь нарушить мой привычный ритм жизни. И я ослеп на какое-то время, попав под её обаяние. Теперь же я убегаю, чтобы больше никогда её не видеть. Потому что рядом с ней быть не смогу".
Эта история о ЛЮБВИ - всепоглощающей, безумной, невозможной. История взросления и поиска себя в большом мире. История, которую хочется прожить вновь...
Самовлюбленный нарцисс, мажор и бабник – так Катя прилюдно охарактеризовала Макса на вечеринке, не догадываясь, что тем самым ощутимо ударила молодого человека по самолюбию. И после её ухода он во всеуслышание заявил, что заставит эту отличницу-моралистку бегать за ним как хвостик и преданно заглядывать ему в глаза, а когда наиграется, то бросит ее. Вот только в играх с собственным сердцем не может быть победителя.
Жёсткий, авторитетный, наглый. Он держит в страхе весь универ, вынуждая подчиняться его воле. И с первого нашего столкновения объявляет меня своей.
Вот только не на ту напал. Я не привыкла бояться и отстаивать себя умею. Единственный способ перестать считаться его собственностью — бросить ему вызов? Что ж, посмотрим, кто кого...
Вот только не на ту напал. Я не привыкла бояться и отстаивать себя умею. Единственный способ перестать считаться его собственностью — бросить ему вызов? Что ж, посмотрим, кто кого...
Он избалован и богат.
Родители позволяют ему все. В университете перед ним пресмыкаются даже преподаватели.
Говорят, он может быть по-настоящему жесток. Играючи и безнаказанно рушит чужие жизни ради развлечения.
Я думала, такой как он, никогда не обратит на меня внимание, ведь кроме меня самой и пары старых платьев у меня ничего нет.
Я очень сильно ошиблась. Этому парню точно не нужны мои платья. Ему вдруг понадобились мое тело и мое сердце.
И теперь его ничто не остановит. Ни закон, ни мораль, ни мои слезы.
Родители позволяют ему все. В университете перед ним пресмыкаются даже преподаватели.
Говорят, он может быть по-настоящему жесток. Играючи и безнаказанно рушит чужие жизни ради развлечения.
Я думала, такой как он, никогда не обратит на меня внимание, ведь кроме меня самой и пары старых платьев у меня ничего нет.
Я очень сильно ошиблась. Этому парню точно не нужны мои платья. Ему вдруг понадобились мое тело и мое сердце.
И теперь его ничто не остановит. Ни закон, ни мораль, ни мои слезы.
— Нет, — помотала головой. — Тебя здесь нет, Андрей. Ты нереальный. Ты призрак.
— Неправда, Мариш. Я живой. Очень даже живой. — взяв мою ладонь, прикладывает ее к своей щеке. Трется как кошак, давая почувствовать жесткость двухдневной щетины.
Затем прикладывает ладонь к своей груди и прижимает крепко-крепко. Вздрагиваю всем телом, чувствуя уверенный, быстрый ритм его сердца. Которое начинает колошматиться так сильно, словно хочет вырваться из грудной клетки и попасть в мои ладони.
— Мое сердце бьется только для тебя, Мариш. Отныне и навсегда. — Андрей говорит тихо и смотрит с такой затаенной грустью в глазах, почти безнадежной черной тоской, что у меня невольно что-то отзывается внутри.
— Неправда, Мариш. Я живой. Очень даже живой. — взяв мою ладонь, прикладывает ее к своей щеке. Трется как кошак, давая почувствовать жесткость двухдневной щетины.
Затем прикладывает ладонь к своей груди и прижимает крепко-крепко. Вздрагиваю всем телом, чувствуя уверенный, быстрый ритм его сердца. Которое начинает колошматиться так сильно, словно хочет вырваться из грудной клетки и попасть в мои ладони.
— Мое сердце бьется только для тебя, Мариш. Отныне и навсегда. — Андрей говорит тихо и смотрит с такой затаенной грустью в глазах, почти безнадежной черной тоской, что у меня невольно что-то отзывается внутри.
Когда Вероника, студентка второго курса с факультета туризма решила подзаработать вебкам-моделью, она считала, что парик, линзы и маска - лучшая конспирация. Но что, если в университете кое-кто уже в курсе её подработки и тщательно скрывает не только её секрет, но и свой?
Наконец-то и на моей улице праздник! Меня, сиротку, живущую в общине, пригласили учиться в столицу, в элитную академию «Алая Лига». Но радость омрачило знакомство с одногруппниками… Я всего лишь хотела подружиться, а сболтнула лишнего, играя в «Правда или действие», и теперь в отместку меня заперли в доме ректора! Да еще и с парнями, которых терпеть не могу: мажором-вампиром и оборотнем-предателем. Что может быть хуже? Разве что пробуждение мной неизвестного артефакта, вновь заставляющего играть в ненавистную игру, но уже по-взрослому…
Роман закончен, уже сегодня выложу всю книгу.
Роман закончен, уже сегодня выложу всю книгу.
– Слышишь, Белка, а ты чего вернулась в наши края? – слышу голоса, пока иду по аудитории. – Не прижилась на новом месте или там всех «обкатала»?
Весь поток взрывается смехом, а я сажусь на второй ряд, туда, где пусто и нет никого. Мне нужно держать маску. Плевать на них всех.
Плакать и дома можно, когда сама и не видит никто, а тут нельзя. Я думала, что спустя год моя история забудется всеми, но видимо память у них хорошая.
Только вот снова меня унижать я не позволю. Итак, слишком много пережила.
Со звонком в аудиторию проходит преподаватель и все затихают.
«Хоть бы его тут не было» – молю про себя. Хоть бы он вообще перевелся куда-то. Господи, пусть это будет правдой.
Двери открываются и собственной персоной в аудиторию проходит мой кошмар. Тот, кого я надеялась больше не встретить никогда.
– Морозов, у вас что? – спрашивает преподаватель, на что Руслан просто пожимает плечами и идет именно ко мне...
Весь поток взрывается смехом, а я сажусь на второй ряд, туда, где пусто и нет никого. Мне нужно держать маску. Плевать на них всех.
Плакать и дома можно, когда сама и не видит никто, а тут нельзя. Я думала, что спустя год моя история забудется всеми, но видимо память у них хорошая.
Только вот снова меня унижать я не позволю. Итак, слишком много пережила.
Со звонком в аудиторию проходит преподаватель и все затихают.
«Хоть бы его тут не было» – молю про себя. Хоть бы он вообще перевелся куда-то. Господи, пусть это будет правдой.
Двери открываются и собственной персоной в аудиторию проходит мой кошмар. Тот, кого я надеялась больше не встретить никогда.
– Морозов, у вас что? – спрашивает преподаватель, на что Руслан просто пожимает плечами и идет именно ко мне...
Меня удочерила прекрасная семья, после того как мои родители погибли. Пять лет в детском доме сделали из меня замкнутую, никому не доверяющую девушку. Но мои новые родители смогли достучаться до той маленькой и загнанной в угол девочки, смогли достать ее оттуда.
Я думала, что стала частью семьи, но он не дал мне шанса. Клим каждый день делает мою жизнь просто адом
Я старалась для него стать сестрой, стать той, кто в его глазах будет достоин быть рядом.
Ведь так хотела быть рядом. С ним. Только с ним.
Я сама не заметила, как влюбилась в него, в того, кого любить не имела права…
Я думала, что стала частью семьи, но он не дал мне шанса. Клим каждый день делает мою жизнь просто адом
Я старалась для него стать сестрой, стать той, кто в его глазах будет достоин быть рядом.
Ведь так хотела быть рядом. С ним. Только с ним.
Я сама не заметила, как влюбилась в него, в того, кого любить не имела права…
Выберите полку для книги