Книги в жанре «Драма» по тегу «predatelstvo»
Когда закрывается одна дверь, открывается другая!
Поэтому, когда в один миг моя жизнь рухнула, я решила, что пора что-то менять.
Собрала вещи, достала свой диплом и рванула в далекую Сибирь.
Поэтому, когда в один миг моя жизнь рухнула, я решила, что пора что-то менять.
Собрала вещи, достала свой диплом и рванула в далекую Сибирь.
Потом я увидела мужчину. Мужчину, который обнимал беременную девушку.
Это был Олег. Мой муж.
– Встречаем наших будущих родителей! – бодро продолжал ведущий. – Сегодня они наконец узнают, кто же у них будет! Мальчик или девочка!
Гости аплодировали. Олег улыбался. И даже не подозревал, что в трёх шагах от него стою я – его жена.
Хлопок воздушного шара прозвучал оглушительно. В воздух взметнулись розовые конфетти.
– Девочка! – закричали гости.
А потом Олег наконец-то посмотрел на меня. И побледнел так резко, будто увидел мертвеца.
Улыбка исчезла с его лица мгновенно. Беременная девушка нахмурилась, переводя взгляд с него на меня.
Я смотрела прямо на мужа и чувствовала, как дрожат губы. Но голос прозвучал неожиданно спокойно.
– Поздравляю тебя, милый, с дочкой.
Это был Олег. Мой муж.
– Встречаем наших будущих родителей! – бодро продолжал ведущий. – Сегодня они наконец узнают, кто же у них будет! Мальчик или девочка!
Гости аплодировали. Олег улыбался. И даже не подозревал, что в трёх шагах от него стою я – его жена.
Хлопок воздушного шара прозвучал оглушительно. В воздух взметнулись розовые конфетти.
– Девочка! – закричали гости.
А потом Олег наконец-то посмотрел на меня. И побледнел так резко, будто увидел мертвеца.
Улыбка исчезла с его лица мгновенно. Беременная девушка нахмурилась, переводя взгляд с него на меня.
Я смотрела прямо на мужа и чувствовала, как дрожат губы. Но голос прозвучал неожиданно спокойно.
– Поздравляю тебя, милый, с дочкой.
— Лида, это Софья, — тихо сказал муж у гроба своего брата. — Женщина Павла. Она беременна. Посади её рядом с нами.
— Почему Павел о ней не говорил?
— Не успел. Теперь мы должны её поддержать.
— Хорошо, Серёж. Если она носит ребёнка Павла, она не чужая.
В день похорон брата моего мужа я сама подвела к нашей семье женщину, которой потом подала воду, салфетки и своё сочувствие. Я думала, она потеряла любимого. Думала, носит ребёнка погибшего полковника. Думала, мой муж просто помогает ей из чувства долга.
А потом маленький Тимур, сын покойного, случайно сказал фразу, после которой вся ложь рассыпалась.
— Почему Павел о ней не говорил?
— Не успел. Теперь мы должны её поддержать.
— Хорошо, Серёж. Если она носит ребёнка Павла, она не чужая.
В день похорон брата моего мужа я сама подвела к нашей семье женщину, которой потом подала воду, салфетки и своё сочувствие. Я думала, она потеряла любимого. Думала, носит ребёнка погибшего полковника. Думала, мой муж просто помогает ей из чувства долга.
А потом маленький Тимур, сын покойного, случайно сказал фразу, после которой вся ложь рассыпалась.
Валерия Крылова построила клинику с нуля и верила, что у неё есть всё: дело жизни, уважение сотрудников и крепкий брак. Но однажды утром она застаёт в своём кабинете молодую любовницу мужа — в её кресле, с её чашкой и с документами, где имя Валерии уже начали вычёркивать.
Олег решил не просто уйти к другой. Он решил подарить ей клинику, которую Валерия создавала десять лет.
Поддельные подписи, удалённое имя с сайта, предательство сотрудников, закрытые переговоры и попытка выставить её ревнивой брошенной женой — всё должно было заставить Валерию уйти красиво и молча.
Но в сорок пять она не собирается становиться прошлым.
Это история о женщине, которую пытались стереть из собственной жизни.
И о том, как она вернула себе имя, силу и право быть хозяйкой своей судьбы.
Олег решил не просто уйти к другой. Он решил подарить ей клинику, которую Валерия создавала десять лет.
Поддельные подписи, удалённое имя с сайта, предательство сотрудников, закрытые переговоры и попытка выставить её ревнивой брошенной женой — всё должно было заставить Валерию уйти красиво и молча.
Но в сорок пять она не собирается становиться прошлым.
Это история о женщине, которую пытались стереть из собственной жизни.
И о том, как она вернула себе имя, силу и право быть хозяйкой своей судьбы.
– Через две недели еду в командировку, – сказал мой муж после паузы. – Могу взять тебя с собой.
И Лиза, невеста нашего сына, вдруг засмеялась – тихо, счастливо.
– Господи… – выдохнула она. – Я уже забыла, как это вообще. Когда нам никто не мешает…
Меня затошнило.
Пока я дома гладила его рубашки перед «командировками», мой муж возил любовницу по гостиницам. Пока я радовалась за сына, эта девочка спала с его отцом.
Не знаю, что именно заставило меня сделать шаг вперед. Наверное, злость. Или желание наконец увидеть это своими глазами, чтобы никогда не сомневаться.
Я вошла на кухню. Они стояли у окна. Лиза – вплотную к нему. Паша держал ее за лицо. И они целовались.
– Даже определиться не могу, кто из вас упал ниже, – сказала я, не узнавая собственный голос. – Невеста, предающая жениха, или отец, предающий собственного сына.
И Лиза, невеста нашего сына, вдруг засмеялась – тихо, счастливо.
– Господи… – выдохнула она. – Я уже забыла, как это вообще. Когда нам никто не мешает…
Меня затошнило.
Пока я дома гладила его рубашки перед «командировками», мой муж возил любовницу по гостиницам. Пока я радовалась за сына, эта девочка спала с его отцом.
Не знаю, что именно заставило меня сделать шаг вперед. Наверное, злость. Или желание наконец увидеть это своими глазами, чтобы никогда не сомневаться.
Я вошла на кухню. Они стояли у окна. Лиза – вплотную к нему. Паша держал ее за лицо. И они целовались.
– Даже определиться не могу, кто из вас упал ниже, – сказала я, не узнавая собственный голос. – Невеста, предающая жениха, или отец, предающий собственного сына.
— Ты бесплодна, — сказал муж и бросил мне на стол бумаги на развод. — Мне нужен наследник. Лера уже на третьем месяце.
Я стояла в вишневом платье, смотрела на остывающий ужин и подписывала документы. Пять лет брака превратились в пыль за один вечер. Пустой сосуд, бракованная — так меня теперь называли в доме, который я считала своим.
Но судьба — та ещё насмешница. Меня вызвали в военный госпиталь: пятилетняя дочь генерала Раевского умирала от лейкоза и только я, рецпродуктолог, с бесплодием, могла провести трансплантацию.
Я простояла у стола с протоколами об ЭКо, наткнулась на дату, от которой остановилось сердце. Номер донорской партии совпадал с днём, когда меня, молодого ординатора, вызывали «для калибровки приборов».
Я стояла в вишневом платье, смотрела на остывающий ужин и подписывала документы. Пять лет брака превратились в пыль за один вечер. Пустой сосуд, бракованная — так меня теперь называли в доме, который я считала своим.
Но судьба — та ещё насмешница. Меня вызвали в военный госпиталь: пятилетняя дочь генерала Раевского умирала от лейкоза и только я, рецпродуктолог, с бесплодием, могла провести трансплантацию.
Я простояла у стола с протоколами об ЭКо, наткнулась на дату, от которой остановилось сердце. Номер донорской партии совпадал с днём, когда меня, молодого ординатора, вызывали «для калибровки приборов».
Придумать сказку и поверить в нее — черта, свойственная многим девушкам. Но фантазии Евы вышли из-под контроля. Она оказалась не готовой к тому, что воздушный замок рухнет во второй раз.
Красивая сказка вновь разбилась о скалы суровой реальности. Заветная мечта вновь оказалась недосягаемой.
Ева поселилась в мире, в котором ей нет места. У нее появились друзья и даже покровитель, но для каждого из них она осталась чужой. Есть лишь один способ стать частью этого мира — таинственная связь, о которой одни говорят со страхом, а другие — с недоверием. Желание оказалось настолько сильным, что в какой-то миг Ева почувствовала долгожданные узы. Но не являются ли они очередной фантазией?
Красивая сказка вновь разбилась о скалы суровой реальности. Заветная мечта вновь оказалась недосягаемой.
Ева поселилась в мире, в котором ей нет места. У нее появились друзья и даже покровитель, но для каждого из них она осталась чужой. Есть лишь один способ стать частью этого мира — таинственная связь, о которой одни говорят со страхом, а другие — с недоверием. Желание оказалось настолько сильным, что в какой-то миг Ева почувствовала долгожданные узы. Но не являются ли они очередной фантазией?
— Ты заселил её под моим именем? — смотрю на мужа, едва удерживаясь на ногах.
— Марина. Это всего лишь формальность.
— Формальность? Моя подруга в номере с моим мужем — это формальность?
— Света беременна, — холодно бросает Артём. — И теперь тебе придётся это принять.
Я думала, что у меня крепкий брак. Муж-полковник, общий дом, годы рядом, привычная жизнь, где я была ему тылом. А потом узнала, что он почти год лгал мне с моей же подругой. Привёл её туда, где я работаю. Вписал в документы моё имя. Решил, что я промолчу, уступлю, освобожу место и красиво уйду в сторону.
Только он плохо меня знал.
Я не стану удобной бывшей женой. Не отдам свою жизнь предателю. И не прощу того, кто однажды решил, что моё сердце можно списать как ненужную вещь.
— Марина. Это всего лишь формальность.
— Формальность? Моя подруга в номере с моим мужем — это формальность?
— Света беременна, — холодно бросает Артём. — И теперь тебе придётся это принять.
Я думала, что у меня крепкий брак. Муж-полковник, общий дом, годы рядом, привычная жизнь, где я была ему тылом. А потом узнала, что он почти год лгал мне с моей же подругой. Привёл её туда, где я работаю. Вписал в документы моё имя. Решил, что я промолчу, уступлю, освобожу место и красиво уйду в сторону.
Только он плохо меня знал.
Я не стану удобной бывшей женой. Не отдам свою жизнь предателю. И не прощу того, кто однажды решил, что моё сердце можно списать как ненужную вещь.
Через несколько минут я закончила осмотр и сняла перчатки.
– Ну что ж, Лилия… беременность подтверждается. Срок примерно пять-шесть недель.
Обычно после этих слов женщины либо начинали улыбаться, либо задавали миллион вопросов. Но Лиля продолжала сидеть молча. А потом вдруг закрыла лицо руками и расплакалась.
Я даже растерялась на секунду.
– Так… спокойно. Эй, вы чего? – Я быстро подала ей салфетки. – Вам нельзя сейчас так нервничать.
Она медленно кивнула. И вдруг сказала:
– Интересно… вы бы тоже меня успокаивали, если бы знали, что этот ребенок от вашего мужа?
– Ну что ж, Лилия… беременность подтверждается. Срок примерно пять-шесть недель.
Обычно после этих слов женщины либо начинали улыбаться, либо задавали миллион вопросов. Но Лиля продолжала сидеть молча. А потом вдруг закрыла лицо руками и расплакалась.
Я даже растерялась на секунду.
– Так… спокойно. Эй, вы чего? – Я быстро подала ей салфетки. – Вам нельзя сейчас так нервничать.
Она медленно кивнула. И вдруг сказала:
– Интересно… вы бы тоже меня успокаивали, если бы знали, что этот ребенок от вашего мужа?
В день рождения сына Ника ждала от мужа хотя бы каплю тепла. Но Марк пришёл не один. Он привёл другую женщину, положил на праздничный стол документы о разводе и холодно заявил: Кирилл останется с ним.
Для Ники рушится всё — брак, дом, привычная жизнь и вера в то, что она сможет договориться с человеком, который привык получать своё любой ценой. Спасая сына, она уезжает в старый дом тёти Веры и обращается за помощью к следователю Роману Ветрову.
Когда-то он был её первой любовью. Теперь он — единственный мужчина, который не требует, не давит и не обещает невозможного. Только рядом с ним Ника снова начинает дышать.
Но Марк не собирается отпускать ни её, ни ребёнка, ни дом. А правда о Кирилле может изменить всё.
Можно ли стать семьёй, если однажды уже опоздал?
И сможет ли Ника отличить любовь от страха, когда на кону — сердце её сына?
Для Ники рушится всё — брак, дом, привычная жизнь и вера в то, что она сможет договориться с человеком, который привык получать своё любой ценой. Спасая сына, она уезжает в старый дом тёти Веры и обращается за помощью к следователю Роману Ветрову.
Когда-то он был её первой любовью. Теперь он — единственный мужчина, который не требует, не давит и не обещает невозможного. Только рядом с ним Ника снова начинает дышать.
Но Марк не собирается отпускать ни её, ни ребёнка, ни дом. А правда о Кирилле может изменить всё.
Можно ли стать семьёй, если однажды уже опоздал?
И сможет ли Ника отличить любовь от страха, когда на кону — сердце её сына?
Подборка драм о предательстве
Выберите полку для книги