Эротическая драма бесплатные

– Что вы тут делаете?
В бильярдной трое друзей моего мужа.
– Собрались в бильярд поиграть, – вздыхает Игнат. – С тобой.
– Мой муж вас грохнет! – угрожаю.
– Он сам дал добро на игру с тобой, Лер. Не бойся, тебе понравится!
***
Их трое. Отвязные, накачанные, наглые. Друзья моего мужа. Тестостероновые мачо. Хотят они только одного, и сегодня ночью я главное лакомство на бильярдном столе.

Мне девятнадцать, но я еще не знала мужчин, потому что много работаю, ведь моя мама болеет. Однажды на корпоративе ко мне подошел мой босс и сказал, что повысит мне зарплату, если я сделаю кое-что.
Он привел меня в конференц-зал, где ждало еще трое мужчин, его деловых партнеров.
Это сделка с дьяволами.

– Ты гуляла с подругами после учебы, твой чистый смех и невинный взгляд привлек внимание. Мы захотели тебя себе.
– Мы? – опешила я.
– Да. Я и мой отец.

Мне девятнадцать, и я не знаю, что значит быть с мужчиной.
Он, отец моего парня, врывается в мою жизнь на скорости экспресса, и я превращаюсь из скромной девочки в испорченную и распущенную нимфоманку.
Мне стыдно, но не я могу остановиться. И есть только один выход – выйти замуж за...

БЕСПЛАТНО. ЗАВЕРШЕНО.
Я врываюсь к нему во двор. Саша сидит на корточках возле своего пикапа, в джинсах, без футболки. Откручивает болты на колесе большим разводным ключом. Подхожу к нему почти вплотную.
— Почему вы отменили наши музыкальные занятия?! — В глазах жжет от обиды.
Саша только мельком на меня глянул, не прерывая работы.
— У меня нет на это времени. — Его голос не резкий, не грубый — просто безразличный, и от этого больнее всего.
— Это неправда! — Я вздергиваю подбородок.
Саша поднимается. Не глядя на меня, медленно снимает матерчатые перчатки, будто раздумывает над ответом.
— Я видел, как ты на меня смотришь, Катя. Это неправильно.
— Почему? — спрашиваю я и опускаю глаза.
Мне сквозь землю хочется провалиться. Потому что он меня поймал.
Теперь я не вижу его лица, но вижу испачканные в мазуте джинсы, приспущенные на бедрах, вижу темную полоску волос, убегающую под ремень, и напряженные косые мышцы живота. И мне от этого совсем, совсем не легче.

— Арин, я с ними не поеду. Ты езжай. Я боюсь. Он то ли бандит, то ли еще кто, я не знаю.
Я работаю в престижном ателье. Моя начальница забыла дошить костюм и улетела в отпуск. А люди заказчика — огромные амбалы, завалились в ателье и требуют срочно отдать костюм.
Теперь я должна ехать с ними в дом к этому человеку, чтобы провести примерку.
И вот я склоняюсь перед ним, подкалываю низ брюк. А его льдистый взгляд скользит по моему телу и пробирается под кожу.
— А ты хорошенькая, — хрипло говорит он. — Тебе бы другими вещами заниматься, стоя на коленях перед мужчиной.
Мне хочется оскорбиться, послать его куда подальше и сбежать. Но я не могу. Потому что уже стала заложницей этих холодных глаз и вибрирующего голоса...

– Умоляю вас, выслушайте меня, прошу вас. Мне некуда идти…, − я заикнулась, он вдавил дуло пистолета мне в щёку.
− Заткнись. Ты будешь говорить, когда я тебе разрешу. А сейчас отвечай на вопрос: зачем он прислал тебя ко мне?
− Он не при…сссы…лал, − дрожал мой голос.
− Присылал? – процедил Варгас.
− Нет, сеньор, нет. Он избил меня…, − простонала я. – Вот смотрите, − распахнула я на груди рубашку.
− Я разве разрешал тебе открывать рот?
Опешив, вопросительно смотрела в его непроницаемые глаза. Он не верил мне?
− И частенько ты шляешься по домам холостых мужчин? Вали отсюда, пока этот придурок не начал тебя искать.

Я приезжаю с мужем в дом его отца и снова оказываюсь за столом, где мои мечты легко превращают в повод для насмешек. Мне кажется, Герман Эдуардович смотрит на меня с холодным презрением, пока одна случайная дверь не показывает правду, от которой у меня сбивается дыхание. Он не говорит лишнего, не делает шага за грань, но его взгляд остаётся со мной даже ночью. И теперь я уже не знаю, чего боюсь сильнее: желания к запретному мужчине или жизни, в которой мне придётся снова сделать вид, что ничего не случилось.

Три месяца назад я развелась. Теперь живу у подруги и мне срочно нужен отгул. Но все планы обрушивает новость:
— Ева, ты летишь на конференцию. С Ним.

Он — мой босс. Давид Бурцев. Жесткий, безумно привлекательный и чертовски самоуверенный. Тот, чьих ледяных глаз я так боюсь. Тот, в чьем присутствии перестаю соображать.

Он выедает мое терпение чайной ложечкой. Вынуждает плясать под его дудку. Пробирается под кожу цепким взглядом, заставляя меня плавиться.
Между нами нет понимания. Только бешеное противостояние… и безумное притяжение.

А еще — неделя вдвоем на выездной конференции. Которая, кажется, подстроена им специально…

— В моем доме не носят чужих подарков, — цедит он сквозь зубы, касаясь пальцами моего подбородка. — И не смотрят волком. Ты теперь — украшение моего очага. Будешь послушной — будешь жить в золоте. Нет — пеняй на себя.

Я плюю ему в лицо. В ответ он только усмехается, стирая капли крови с разбитой о мраморный пол губы.

— Дерзкая. Это лечится, — коротко бросает он, поднимая меня за шкирку, как котенка. — Хочешь быть смелой? Докажи. Сыграешь со мной в нарды. Проиграешь — станешь моей наложницей по-настоящему, без права на отказ.

Я соглашаюсь, надеясь на удачу. Фишки летят по доске, его пальцы с массивными перстнями гипнотизируют. Я делаю ход… и понимаю, что он обыграл меня нечестно. Просто потому что может. Просто потому что здесь все решает сила и власть, а не справедливость.

— Ты — моя, — говорит он, наклоняясь к самому уху. — И эту ночь ты запомнишь надолго. Я сломаю твою гордость, как ломают сухой аргамак. Но когда ты заплачешь, я же вытру твои слезы… и возьму тебя снова.

Мы учились в одной группе. Четверо друзей и я. Я выбрала не того.
Годы спустя, когда я потеряла все и осталась с мужем-алкоголиком, который загнал меня в долги, получаю приглашение.
Одна ночь в закрытом особняке.
Бельевой комплект на столе и неприличное предложение.
Никаких тормозов.
Их желания – мой закон. Я не имею права сказать «нет». Да и не хочу.