Книги в жанре «Эротическая драма» по тегу «besplatnie»
В нашу с мужем квартиру ворвался огромный мужик в балаклаве. Я стала игрушкой в его грязных играх.
Ситуация стала и вовсе дикой, когда до меня дошло, что под маской родной брат моего мужа. Такая грязь лилась, что я не знаю, как теперь смотреть мужу в глаза.
Ситуация стала и вовсе дикой, когда до меня дошло, что под маской родной брат моего мужа. Такая грязь лилась, что я не знаю, как теперь смотреть мужу в глаза.
— Ты моя, — говорит друг отца. — Это для тебя. Как подтверждение.
Протягивает мне великолепное ювелирное украшение.
Я стала его игрушкой. Взрослого, успешного, порочного… друга моего отца.
— У меня нет подходящего платья под такое.
— Не нужно больше ничего. Только украшение. Повинуйся.
Протягивает мне великолепное ювелирное украшение.
Я стала его игрушкой. Взрослого, успешного, порочного… друга моего отца.
— У меня нет подходящего платья под такое.
— Не нужно больше ничего. Только украшение. Повинуйся.
Мой отчим — зверь. Его имя произносят исключительно с дрожью в голосе. Весь Кавказ уважает его и боится.
Он берет все, что хочет. Однажды я становлюсь его навязчивой идеей.
Запретная история страсти, которая разворачивается высоко в горах.
***
— Не трогай меня!
— Скоро сама будешь умолять меня о прикосновениях.
Он берет все, что хочет. Однажды я становлюсь его навязчивой идеей.
Запретная история страсти, которая разворачивается высоко в горах.
***
— Не трогай меня!
— Скоро сама будешь умолять меня о прикосновениях.
— Кричи, если хочешь, Дана. Я тебя всё равно не отпущу.
Меня толкнули, и мой ноутбук разбил стекло машины Матвея Бессонова. Теперь я должна Бесу сумму, которой у меня никогда не было.
Он силой привозит меня в свой дом и решает, когда мне учиться, работать и уходить. Каждый отказ грозит оставить меня без средств и крыши над головой. И я боюсь однажды узнать, что из этого дома уже не выйду.
Меня толкнули, и мой ноутбук разбил стекло машины Матвея Бессонова. Теперь я должна Бесу сумму, которой у меня никогда не было.
Он силой привозит меня в свой дом и решает, когда мне учиться, работать и уходить. Каждый отказ грозит оставить меня без средств и крыши над головой. И я боюсь однажды узнать, что из этого дома уже не выйду.
Сердце тревожно стучит в груди, когда я слышу, как ручка двери проворачивается и следом идут шаги.
— Привет, — говорю робко и тихо.
В ответ лишь тишина. На слух определяю, что мужчина подошёл ближе.
— О Боже, — выдыхаю, когда он касается меня.
Меня зовут Анна, но одногруппники называют меня Анькой Колобком. Мне девятнадцать, и я до сих пор не была с мужчиной: с моими пышными формами парни меня просто не замечают. Поэтому, когда лучшая подруга находит мне для первого раза опытного парня, я решаюсь. Вечеринка в загородном доме, тёмная спальня и повязка на глазах. Вот только, когда я снимаю повязку, передо мной оказывается вовсе не он, а отец моей лучшей подруги.
— Привет, — говорю робко и тихо.
В ответ лишь тишина. На слух определяю, что мужчина подошёл ближе.
— О Боже, — выдыхаю, когда он касается меня.
Меня зовут Анна, но одногруппники называют меня Анькой Колобком. Мне девятнадцать, и я до сих пор не была с мужчиной: с моими пышными формами парни меня просто не замечают. Поэтому, когда лучшая подруга находит мне для первого раза опытного парня, я решаюсь. Вечеринка в загородном доме, тёмная спальня и повязка на глазах. Вот только, когда я снимаю повязку, передо мной оказывается вовсе не он, а отец моей лучшей подруги.
«Кому ты нужна в тридцать лет? С твоим прицепом из лишних килограммов и детских картинок?» — семь лет я верила мужу. А потом просто перестала втягивать живот и ушла.
Мне достался билет в новую жизнь: контракт с французским издательством, старинное шато в Провансе и работа иллюстратором для невыносимого французского автора. Жан-Пьер Ренар забраковал десятерых художников и не подпускает никого к своему сердцу. Меня он тоже встретил ледяным: «Исключено. Возвращайтесь в город».
Вот только мне слишком дорого дался этот побег, чтобы я сдалась.
Мне достался билет в новую жизнь: контракт с французским издательством, старинное шато в Провансе и работа иллюстратором для невыносимого французского автора. Жан-Пьер Ренар забраковал десятерых художников и не подпускает никого к своему сердцу. Меня он тоже встретил ледяным: «Исключено. Возвращайтесь в город».
Вот только мне слишком дорого дался этот побег, чтобы я сдалась.
Все просто и очень развратно.
Я девственница. Мне девятнадцать. Живу с тремя отчимами, потому что моя мать запуталась в мужиках.
Уже заводит, верно?
Однажды они решают, что мне нужно особое воспитание.
Честно говоря, вам лучше это не читать, потому что это все за гранью дозволенного. Они… Я…
Я девственница. Мне девятнадцать. Живу с тремя отчимами, потому что моя мать запуталась в мужиках.
Уже заводит, верно?
Однажды они решают, что мне нужно особое воспитание.
Честно говоря, вам лучше это не читать, потому что это все за гранью дозволенного. Они… Я…
Когда мать сбежала из дома, я стала ее заменой.
Мой отчим – жестокий человек. И он получает все, чего хочет. На этот раз он желает играть в меня.
Я влюбилась в него до потери души, а он эту душу выпил до дна.
Мой отчим – жестокий человек. И он получает все, чего хочет. На этот раз он желает играть в меня.
Я влюбилась в него до потери души, а он эту душу выпил до дна.
– Отдай ее мне, – говорит он отцу, не глядя на него. Его голос низкий, спокойный, и от этого еще более ужасный.
В комнате повисает тишина. Такая плотная, что звенит в ушах.
– Что? – выдавливает отец.
– Я сказал, отдай мне свою дочь, – повторяет Давид, лениво растягивая слова. – Твою драгоценную пианистку. Твою невинную розу. Прощу весь долг. Все до последнего рубля. Просто отдай ее мне.
В комнате повисает тишина. Такая плотная, что звенит в ушах.
– Что? – выдавливает отец.
– Я сказал, отдай мне свою дочь, – повторяет Давид, лениво растягивая слова. – Твою драгоценную пианистку. Твою невинную розу. Прощу весь долг. Все до последнего рубля. Просто отдай ее мне.
Теперь я живу с самым опасным парнем в городе. Между нами — стены, тишина и метры воздуха, которые сжигают меня дотла. Он загадочный и дерзкий. Он заставляет моё сердце биться быстрее, но даже не смотрит в мою сторону.
Я для него — пустое место. А он для меня — всё.
Сколько я ещё выдержу, прежде чем сломаюсь рядом с ним?
Мне не следует любить его...
Я для него — пустое место. А он для меня — всё.
Сколько я ещё выдержу, прежде чем сломаюсь рядом с ним?
Мне не следует любить его...
Подборка книг
Выберите полку для книги