Книги в жанре «Эротическая драма» по тегу «ochen-emotsionalno»
– Папа, мне страшно. Что происходит?
– Джульетта взрослая, – дьявол делает шаг ко мне, и я невольно пячусь назад. – Девятнадцать лет. Время, когда женщина расцветает. Ты не говорил, что она так хороша собой. Эти глаза... эти губы... Она будет моим лучшим творением.
Творением? Я перевожу взгляд на отца, ища спасения, объяснения, но он смотрит в пол.
– Папа... – мой голос дрожит. – Что он говорит? Что значит «привез»?
Отец наконец поднимает глаза. В них трусость. Да, трусость.
– Джульетта, прости меня, – выдыхает он. – Я должен был... У меня не было выхода. Я проиграл деньги. Много денег. Его деньги. И единственный способ покрыть долг...
– Джульетта взрослая, – дьявол делает шаг ко мне, и я невольно пячусь назад. – Девятнадцать лет. Время, когда женщина расцветает. Ты не говорил, что она так хороша собой. Эти глаза... эти губы... Она будет моим лучшим творением.
Творением? Я перевожу взгляд на отца, ища спасения, объяснения, но он смотрит в пол.
– Папа... – мой голос дрожит. – Что он говорит? Что значит «привез»?
Отец наконец поднимает глаза. В них трусость. Да, трусость.
– Джульетта, прости меня, – выдыхает он. – Я должен был... У меня не было выхода. Я проиграл деньги. Много денег. Его деньги. И единственный способ покрыть долг...
Она копала могилу отцу, когда за ней приехали — расплатиться его кровью. Айна хромая, бедная и не нужна никому, кроме одного: главы клана, которому её отец должен жизнь.
«Ты пришёл забрать долг».
«Я пришёл забрать тебя. Не жену. Не рабыню. Плату. Твой отец убил моего. Теперь ты платишь».
В его доме правила простые: молчать, терпеть, не позорить его имя. Холодная свекровь, ревнивая соперница и мужчина, который не умеет быть нежным — только требовать. Но Айна не умеет молчать, и однажды её упрямство перестаёт злить его, а начинает притягивать.
Она пришла как жертва. Останется — если выберет сама — как хозяйка его дома. Пока не всплывает правда об отце, способная разрушить всё, что они успели построить.
«Ты пришёл забрать долг».
«Я пришёл забрать тебя. Не жену. Не рабыню. Плату. Твой отец убил моего. Теперь ты платишь».
В его доме правила простые: молчать, терпеть, не позорить его имя. Холодная свекровь, ревнивая соперница и мужчина, который не умеет быть нежным — только требовать. Но Айна не умеет молчать, и однажды её упрямство перестаёт злить его, а начинает притягивать.
Она пришла как жертва. Останется — если выберет сама — как хозяйка его дома. Пока не всплывает правда об отце, способная разрушить всё, что они успели построить.
– Отвали от меня, – толкаю сына подруги в грудь. – Я замужем.
– Да пофиг мне, – хватает меня за запястья. – Ты моя. Собственность. Игрушка. И я буду делать с тобой, что пожелаю, Лиз.
***
Подруга предложила погостить в ее загородном доме. Вот только не сказала, что там будет ее повзрослевший сын. Я ехала туда, чтоб возродить отношения со своим неверным мужем, но попала в ловушку. Теперь я его. Грязная девчонка дерзкого молодняка. Игра началась, и она крайне пошлая. Выхода нет. От него никуда не деться.
– Да пофиг мне, – хватает меня за запястья. – Ты моя. Собственность. Игрушка. И я буду делать с тобой, что пожелаю, Лиз.
***
Подруга предложила погостить в ее загородном доме. Вот только не сказала, что там будет ее повзрослевший сын. Я ехала туда, чтоб возродить отношения со своим неверным мужем, но попала в ловушку. Теперь я его. Грязная девчонка дерзкого молодняка. Игра началась, и она крайне пошлая. Выхода нет. От него никуда не деться.
Я опоздала на самое важное собеседование в своей жизни.
За плечами — декрет, увольнение задним числом, сорок три отказа и маленькая дочь.
Я должна была произвести идеальное впечатление. Вместо этого ввалилась в кабинет небоскрёба с размазанной тушью, в мокрой блузке и отчаянно нуждающаяся в работе.
Я думала, что меня просто вышвырнут за дверь, не догадываясь, что это окажется самым горячим собеседованием в моей жизни.
За плечами — декрет, увольнение задним числом, сорок три отказа и маленькая дочь.
Я должна была произвести идеальное впечатление. Вместо этого ввалилась в кабинет небоскрёба с размазанной тушью, в мокрой блузке и отчаянно нуждающаяся в работе.
Я думала, что меня просто вышвырнут за дверь, не догадываясь, что это окажется самым горячим собеседованием в моей жизни.
Моя спальня стала причиной раздора братьем. Местом, где они выясняют, кто из них главный.
Они делят меня, как добычу, и я слышу их ссоры за закрытыми дверями, понимая, что стала причиной их вражды.
Теперь я не просто вещь. Я их наказание, их искупление и их последняя надежда выбраться из тьмы, в которой они живут.
Я узнала страшную тайну. Нужно бежать!
Они делят меня, как добычу, и я слышу их ссоры за закрытыми дверями, понимая, что стала причиной их вражды.
Теперь я не просто вещь. Я их наказание, их искупление и их последняя надежда выбраться из тьмы, в которой они живут.
Я узнала страшную тайну. Нужно бежать!
Меня ломали до тех пор, пока от прежней Алисы не осталось ничего. Но в самой глубокой бездне я нашла нечто, чего не ожидала — принятие.
Я вернулась к ним сама, потому что поняла: без них я пуста.
Теперь днём я хозяйка в их доме, а ночью — их рабыня, и в этой двойной жизни я обрела себя настоящую.
Я приняла их такими — жестокими, властными.
И в этой игре, где больше нет правил, я наконец перестала бороться и просто позволила себе быть счастливой.
Я вернулась к ним сама, потому что поняла: без них я пуста.
Теперь днём я хозяйка в их доме, а ночью — их рабыня, и в этой двойной жизни я обрела себя настоящую.
Я приняла их такими — жестокими, властными.
И в этой игре, где больше нет правил, я наконец перестала бороться и просто позволила себе быть счастливой.
Свёкор обвиняет меня в махинациях и краже трёх миллиардов активов его семьи. Фиктивному мужу явно плевать, что со мной будет, он уверен в моей виновности так же, как и его старший брат. Двухметровая гора мышц с жестоким взглядом. Свёкру нужно, чтобы я оговорила себя, он даже готов запереть меня в подвале и не выпускать, пока не признаюсь в том, чего я не делала. От этой участи меня спасает брат моего мужа.
Только он не спаситель. Он просто более изощрённый палач, готовый добиться от меня признания самостоятельно. И для этого он забирает меня к себе.
И самое ужасное во всём этом, я до сих пор влюблена в него. И у меня только один шанс выжить — доказать свою невиновность.
Только он не спаситель. Он просто более изощрённый палач, готовый добиться от меня признания самостоятельно. И для этого он забирает меня к себе.
И самое ужасное во всём этом, я до сих пор влюблена в него. И у меня только один шанс выжить — доказать свою невиновность.
Когда мне было десять, мама вышла замуж за очень влиятельного человека. Так у меня появился сводный брат Лука, наследник криминальной империи.
Прошли годы. После ссылки за роковую ошибку Лука возвращается домой. Он стал диким и агрессивным, полностью оправдывает своё прозвище «Тигр».
Мы по разные стороны баррикад: я – следователь по особо важным делам, а он – часть криминальной группировки.
Но кого это волнует, когда встреча впервые за девять лет перечёркивает все правила и планы? Из привычной отчуждённости вспыхивает то, к чему мы оба были не готовы.
Учитывая все обстоятельства, кто я на самом деле?
Жертва или всё же охотник?
Прошли годы. После ссылки за роковую ошибку Лука возвращается домой. Он стал диким и агрессивным, полностью оправдывает своё прозвище «Тигр».
Мы по разные стороны баррикад: я – следователь по особо важным делам, а он – часть криминальной группировки.
Но кого это волнует, когда встреча впервые за девять лет перечёркивает все правила и планы? Из привычной отчуждённости вспыхивает то, к чему мы оба были не готовы.
Учитывая все обстоятельства, кто я на самом деле?
Жертва или всё же охотник?
Я пришла на осмотр к гинекологу, но очень удивилась, увидев за столом Диму, лучшего друга своего брата Артура, которого не видела несколько лет. Первая мысль была сбежать. но я осталась...
Нура хромает с семнадцати лет — и давно смирилась, что такую, как она, никто не выберет. Пока отец не задолжал главе горного клана. За ней приезжает сам Халид Даудов — забрать долг. Забрать её.
— Ты боишься меня, — говорит он.
— Нет.
— Врёшь. Но ничего. Врёшь — значит, живая. Значит, будешь драться. Это мне в тебе нравится больше всего.
Он не обещает нежности. Он обещает то, что страшнее: сделать так, чтобы она сама захотела остаться. Брак по расчёту, который превращается в одержимость. Мужчина, для которого чужая слабость — не повод отвернуться, а повод подойти ближе и не отпускать. Если любите властных героев, которые не спрашивают разрешения, — эта книга для вас.
— Ты боишься меня, — говорит он.
— Нет.
— Врёшь. Но ничего. Врёшь — значит, живая. Значит, будешь драться. Это мне в тебе нравится больше всего.
Он не обещает нежности. Он обещает то, что страшнее: сделать так, чтобы она сама захотела остаться. Брак по расчёту, который превращается в одержимость. Мужчина, для которого чужая слабость — не повод отвернуться, а повод подойти ближе и не отпускать. Если любите властных героев, которые не спрашивают разрешения, — эта книга для вас.
Подборка эмоциональных эротических драм
Выберите полку для книги