Книги в жанре «Эротическая драма» по тегу «vlastnyy-geroy»
Крохотная комнатка, скрипучая кровать с панцирной сеткой и он.
Огромный зэк, чьей игрушкой я стала.
— Прошу вас, не надо, — умоляю, прикрываясь руками.
— Я с бабой не был месяц. Буду отрываться.
Делает шаг ко мне, и пространства между нами не остается.
Огромный зэк, чьей игрушкой я стала.
— Прошу вас, не надо, — умоляю, прикрываясь руками.
— Я с бабой не был месяц. Буду отрываться.
Делает шаг ко мне, и пространства между нами не остается.
Я просто развозила пиццу, пока дверь роскошного особняка не открыл он. Вадим. Бывший муж моей мамы. Властный, взрослый мужчина, по которому я тайно сохла все эти годы.
— У нас с друзьями сегодня мужской вечер, маленькая птичка, — он хищно улыбается и запирает за мной дверь. — И ты останешься с нами.
Мне двадцать один, и я считаю себя "бракованной", не способной испытывать удовольствие. Но у моего бывшего отчима и двух его шикарных друзей на этот счет совсем другие планы. Эти трое невероятно опытных мужчин собираются сорвать с меня курьерскую форму, стереть в порошок все страхи и на практике доказать, что я создана для наслаждения. И, кажется, я совсем не хочу сопротивляться...
— У нас с друзьями сегодня мужской вечер, маленькая птичка, — он хищно улыбается и запирает за мной дверь. — И ты останешься с нами.
Мне двадцать один, и я считаю себя "бракованной", не способной испытывать удовольствие. Но у моего бывшего отчима и двух его шикарных друзей на этот счет совсем другие планы. Эти трое невероятно опытных мужчин собираются сорвать с меня курьерскую форму, стереть в порошок все страхи и на практике доказать, что я создана для наслаждения. И, кажется, я совсем не хочу сопротивляться...
Я обычная студентка, которая училась быть незаметной. Он — наследник нефтяной империи, который привык покупать всё, даже людей. Встреча в баре перевернула мою жизнь. Этот дерзкий мажор увидел во мне не девушку, а вызов. Игрушку, которую просто интересно подразнить.
Я подписала контракт на месяц. Думала — справлюсь. А оказалась в золотой клетке. Только потом поняла: за его игрой стояла не просто похоть, а настоящая сделка.
Теперь у меня есть выбор: сбежать или остаться там, где меня сломали, чтобы собрать заново?
Я подписала контракт на месяц. Думала — справлюсь. А оказалась в золотой клетке. Только потом поняла: за его игрой стояла не просто похоть, а настоящая сделка.
Теперь у меня есть выбор: сбежать или остаться там, где меня сломали, чтобы собрать заново?
— Вкусно пахнешь, птичка, — ведёт носом по шее и остервенело вдыхает мой запах.
Дрожь пускает по моему телу. Нездоровую и противоестественную.
— Прошу вас... — вся трясусь и задыхаюсь.
— Ты теперь моя! — жестко дергает за волосы, требуя смотреть в его черные глаза. — Будешь вести себя хорошо, — притворно нежно гладит по волосам, — и я не буду не таким грубым.
— Пожалуйста... — сдавленный писк срывается с губ.
— А если нет, — больно хватает за подбородок и опаляет горячим дыханием кожу лица.
Мой личный монстр не договаривает, лишь красноречиво ведёт пальцем по молнии платья.
— Посмотрим на твоё красивое тело! — мерзко скалится. — Раздевайся, птичка!
Дрожь пускает по моему телу. Нездоровую и противоестественную.
— Прошу вас... — вся трясусь и задыхаюсь.
— Ты теперь моя! — жестко дергает за волосы, требуя смотреть в его черные глаза. — Будешь вести себя хорошо, — притворно нежно гладит по волосам, — и я не буду не таким грубым.
— Пожалуйста... — сдавленный писк срывается с губ.
— А если нет, — больно хватает за подбородок и опаляет горячим дыханием кожу лица.
Мой личный монстр не договаривает, лишь красноречиво ведёт пальцем по молнии платья.
— Посмотрим на твоё красивое тело! — мерзко скалится. — Раздевайся, птичка!
— На колени, Алина.
— Я жена вашего сына.
— Уже нет. Кольцо сняла утром. Я видел.
Его пальцы смыкаются у меня на горле — не давят, держат. Большой палец на пульсе.
— Повтори. Чья ты.
— …ваша.
— Громче.
_______________________
Год я была женой его сына — мальчика с чужими помадами на воротнике. Год свёкор смотрел на меня как на ошибку. Пока не увидел, как меня ломают в его доме.
Теперь сорокапятилетний мужчина с холодными глазами и тяжёлыми руками ждёт, пока я сама приду к нему босиком. Без кольца. Без имени. Только чтобы услышать, как он шепчет мне на ухо одно слово — и завязывает мои запястья поясом своего халата.
"Моя".
— Я жена вашего сына.
— Уже нет. Кольцо сняла утром. Я видел.
Его пальцы смыкаются у меня на горле — не давят, держат. Большой палец на пульсе.
— Повтори. Чья ты.
— …ваша.
— Громче.
_______________________
Год я была женой его сына — мальчика с чужими помадами на воротнике. Год свёкор смотрел на меня как на ошибку. Пока не увидел, как меня ломают в его доме.
Теперь сорокапятилетний мужчина с холодными глазами и тяжёлыми руками ждёт, пока я сама приду к нему босиком. Без кольца. Без имени. Только чтобы услышать, как он шепчет мне на ухо одно слово — и завязывает мои запястья поясом своего халата.
"Моя".
Антон называл меня «скучными ощущениями». Хвастался любовницей перед друзьями, пока я накрывала стол. И даже не заметил, что я всё слышала.
Но он забыл: у нас ночевал его старший брат — Дима. Холодный, молчаливый, опасный. Тот, кто смотрел на меня так, что подкашивались колени.
Он зашёл в спальню. Я развязала пояс халата.
Пусть весь мир узнает, каких «скучных ощущений» Антон лишился. Месть — это блюдо, которое подают горячим. А Дима оказался слишком горяч.
Но он забыл: у нас ночевал его старший брат — Дима. Холодный, молчаливый, опасный. Тот, кто смотрел на меня так, что подкашивались колени.
Он зашёл в спальню. Я развязала пояс халата.
Пусть весь мир узнает, каких «скучных ощущений» Антон лишился. Месть — это блюдо, которое подают горячим. А Дима оказался слишком горяч.
— Это не больно? — спрашиваю у отца подруги.
Сижу на его кресле. Он гинеколог, да. Неудобно и очень…пошло.
— Немного, — отвечает, — но я сделаю это аккуратно. — Я весьма опытен и компетентен в подобных процедурах.
Сижу на его кресле. Он гинеколог, да. Неудобно и очень…пошло.
— Немного, — отвечает, — но я сделаю это аккуратно. — Я весьма опытен и компетентен в подобных процедурах.
Они называли нас идеальной парой. Я верила в это шесть лет. Пока моя лучшая подруга не прислала мне видео с корпоратива. На нём мой муж целует не меня, а другую. Не одну. Не двух...
Откровенный, чувственный и беспощадный роман о том, как разбить фарфоровый брак и собрать себя заново. Из осколков. Из лжи. Из права быть неудобной.
Откровенный, чувственный и беспощадный роман о том, как разбить фарфоровый брак и собрать себя заново. Из осколков. Из лжи. Из права быть неудобной.
Днём я — серая мышка, неприметный стажёр. Ночью — пламя на пилоне, Ледяная Лина.
Я думала, что никто никогда не узнает. Но однажды трое боссов заказали меня на приват-танец. Они смотрели, трогали, засовывали деньги под белье. И узнали…
Я думала, это конец, но они сделали мне предложение. Точнее, поставили ультиматум, не дав выбора.
💙ЖЕСТКО, ГОРЯЧО, НЕЗАБЫВАЕМО
💙ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
💙ОКЕАН СТРАСТИ
Я думала, что никто никогда не узнает. Но однажды трое боссов заказали меня на приват-танец. Они смотрели, трогали, засовывали деньги под белье. И узнали…
Я думала, это конец, но они сделали мне предложение. Точнее, поставили ультиматум, не дав выбора.
💙ЖЕСТКО, ГОРЯЧО, НЕЗАБЫВАЕМО
💙ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
💙ОКЕАН СТРАСТИ
Ненавижу отчима и его сына. Сплю с обоими. Беременна — неизвестно от кого. Они хотят быть отцами. Но сделать выбор сложнее всего...
Подборка эротических драм с властным героем
Выберите полку для книги