Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»

— Ты дрожишь, — повторил он, и его палец медленно, дразняще, провел по тыльной стороне моей ладони. — Твоя кожа горит. Ты хочешь меня. Ты хочешь, чтобы я взял тебя, прямо здесь, на этом столе, чтобы все твои учебники полетели на пол, чтобы ты перестала быть отличницей и стала моей сукой.
— Хватит, — вырвалось у меня. Я рванула руку, но он держал крепко. — Хватит! Ты не имеешь права так со мной разговаривать!
— Имею, — ответил он, и его голос стал жестким, режущим, как лезвие. — Потому что ты не ушла. Ты сидишь здесь, смотришь на меня, и твои ноги сжаты так сильно, что я чувствую твое напряжение за метр. Ты хочешь убежать, но ты не убегаешь. Почему, Ира? Почему ты все еще здесь?

Я хотела отомстить изменнику-парню, но по ошибке разрисовала чужую машину. И не просто чужую — машину Арсения Воронцова, богатого, опасного и слишком привыкшего получать желаемое альфы.
Теперь я должна ему два миллиона рублей… либо одну ночь с ним.
Я выбираю долг, потому что не продаюсь, но Арсений почему-то уверен, что я ещё передумаю. И чем чаще он оказывается рядом, тем сложнее понять, чего я боюсь сильнее — его условий или собственного желания согласиться.

Уставшая от одиночества и серых будней Анна спонтанно улетает в Стамбул, где встретится с испанцем Энрике.
---
Он пил медленно, смотрел то на воду, то на неё. Взгляд задерживался на секунду дольше, чем нужно для простого разговора. Анна это чувствовала и от этого становилось немного неловко, но уходить не хотелось.
— Первый раз в Стамбуле? — спросил он.
— Да. Прилетела вчера.
— И как?
— Да вообще-то странно. И нормально. Боже, я не знаю столько английских слов, чтобы передать все свои чувства. Давайте так. Никто ничего не хочет, и это прекрасно.
Он кивнул, будто понял мешанину из слов.
— Это хорошее чувство. Вы, русские, не умеете отдыхать, особенно когда дома от тебя ждут слишком много.
— Простите? — удивилась Анна. — А вы много знакомы с русскими?
— Не особо. Только с женщинами. Они очень красивые.
Анна покраснела.

Думала, нашла новую обитаемую планету. О нет, оказалось, я нашла обитаемую… параллельную вселенную.
Здесь все чересчур слащаво и сахарно: люди любят друг друга и никогда не хамят.
Любвеобильные экстраверты – это страшный сон для интроверта и циника.
Боже, верните меня обратно на нашу несовершенную Землю! Я хочу видеть вредных бабулек, угрюмых небритых мужиков и визжащих детей.
Но оказалось, что меня не просто так занесло сюда. На все есть свои причины.

Она работает с мёртвыми. Он должен был опознать тело.
“Я соболезную”, - сказала она привычно.
И в это мгновение он понял, что пропал...

Она пришла к нему не за любовью. У Алисы Лисавцевой есть только одна цель — спасти отца, который умирает в больничной палате. Двадцать тысяч евро на операцию в Швейцарии. Единственный шанс — устроиться личным ассистентом к Руслану Байраеву, жестокому олигарху с репутацией монстра и пустыми глазами убийцы.
Но мир Руслана — это не офисные интриги и дорогие костюмы. Это клановые войны на Кавказе, яд в конском овсе, подставы с многомиллионными счетами и люди, которые готовы убить за одно неосторожное слово. Когда Алису подставляют в похищении его отца, единственный способ спастись — исчезнуть. Сменить лицо, имя, прошлое. Стать кем-то другим.Руслан идёт войной против собственной семьи, чтобы вернуть её. Но цена победы — не только кровь врагов. Это его душа, его империя и его последняя возможность остаться человеком. Он научил её выживать. Она научила его чувствовать. И теперь он готов уничтожить мир, который построил, только чтобы она осталась рядом.

Иногда судьба бронирует только один номер… для троих. Аннотация: Из-за ошибки бронирования я оказываюсь втянута в поездку с двумя совершенно разными мужчинами. Один — властный aтомный инженер (Илья Владимирович), привыкший всё держать под контролем. Второй — его давний друг, архитектор и партнёр (Максим Игнатьевич), спокойный, надёжный и умеющий видеть то, что скрыто за улыбкой. Дорога, гостиницы и вынужденная близость стирают границы между нами, заставляя каждого сделать непростой выбор.

Тридцать золотых за голову верховного судьи — отличный контракт. Жаль только, что цель развлекается в портовом борделе, а на пути у наёмной убийцы встают чересчур красивый эльф, чересчур огромный орк и чересчур розовый порошок. Лиаре придётся отложить заказ, ведь сначала нужно разобраться с последствиями одного очень неудачного вдоха.

#горячо

#откровенно

#эльф

#орк

#ММЖ

#бордель

#ХЭ

Москва.

Фестиваль молодёжи и студентов перевернул город. Москва гудела, как растревоженный улей. На улицах — африканцы в пёстрых одеждах, кубинцы с сигарами, француженки в коротких платьях. Мы, студенты филфака, бегали за ними с блокнотами, практиковали английский, француз, какой могли.
Я познакомилась с ним в кафе на Арбате. Лёша — высокий, худой, в очках в роговой оправе, с вечно растрёпанными волосами. Он говорил по-английски лучше всех нас, и именно к нему подошла девушка из Бразилии с огромными карими глазами. Они разговорились, а я сидела рядом и пила тёплый кофе из гранёного стакана, и сердце у меня сжималось от какой-то странной, кислой тоски.

У меня была комната в общежитии на Ленинских горах, крошечная, на двоих, но соседка уехала к родителям на выходные. Я сказала ему: «Пойдём ко мне»...

Нотр-Дам де Пари. Папа Римский Пий Седьмой приехал, чтобы короновать Наполеона. Но Наполеон вырвал корону из рук понтифика и сам возложил её на свою голову. А затем взял вторую, меньшую корону, и возложил её на меня.
Я стала императрицей Французов. Но я не забыла, каково это — сидеть в холодной камере и ждать смерти. Ко мне во дворец Тюильри приходили матери, жены, сёстры осуждённых. Они падали на колени, они целовали край моего шёлкового платья.
«Ваше Величество, спасите моего сына», — шептали они. И я шла к Наполеону. Я обвивала его шею руками, я смотрела в его серые глаза и просила о милосердии. И он, великий Наполеон, перед которым трепетала вся Европа, не мог мне отказать. Он говорил: «Жозефина, ты вырываешь у меня палача, но я не могу тебе отказать».
Моя подпись спасла сотни жизней. Я смягчала законы, я возвращала имущество эмигрантам, я мирила врагов. Я была влиятельной любовницей, а теперь — влиятельнейшей императрицей. Мое слово весило больше, чем указы министров.