Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»

«Постараюсь» не означало «получится сразу». Через неделю Даниил сорвался. Кира задержалась в городе — ездила в библиотеку за каталогом. Вернулась на сорок минут позже, чем он ожидал. И он встретил её у двери с каменным лицом.
— Где ты была? Почему не предупредила? Телефон выключен.
— Телефон сел. Я в библиотеке была. Даниил, я взрослый человек и не обязана отчитываться за каждый час.
— Ты обязана, потому что живёшь в моём доме!
Голос сорвался на крик. Первый крик за долгое время. Кира почувствовала, как внутри всё сжимается. Старый страх — не его, свой, генетический, женский страх перед мужской яростью. Но она не отступила.
— Нет, — сказала она. Тихо. Твёрдо. — Не обязана. И если ты снова начнёшь на меня кричать — я уйду. Навсегда. Долг отца — не повод превращать мою жизнь в ад.
Он замолчал. Дышал тяжело. Сжимал и разжимал кулаки. Кира видела борьбу в его глазах — старого Даниила, который хотел запереть, контролировать, подчинить, и нового, который учился отпускать.
— Прости...

В декабре случился откат. Марк сорвался на работе — крупный проект рухнул, партнёры подвели. Он пришёл домой чёрный, сжатый, с каменными скулами. И когда Алиса спросила, как дела, он рявкнул:
— Не лезь!
Она отшатнулась. Старый страх шевельнулся внутри, как змея, которую она считала мёртвой. Алиса вышла из кухни. Закрылась в мастерской. Села на пол, обняла колени.
Через десять минут в дверь постучали.
— Алиса. — Голос Марка был глухим. — Открой. Пожалуйста.
Она открыла. Он стоял на пороге, и лицо у него было виноватым, растерянным. Как у мальчишки.
— Прости. Я не хотел. Я не должен был.
Алиса смотрела на него. Внутри боролись два чувства: страх и вера. Страх говорил: «Вот оно. Настоящее лицо. Сейчас всё вернётся». Вера говорила: «Он извинился. Сам. Без принуждения».
— Мне было больно, — сказала она тихо. — Когда ты так кричишь. Мне кажется, что я снова в той квартире. Что стены сжимаются.
Марк закрыл глаза. Выдохнул.
— Я знаю. Я помню. Я не хочу быть тем человеком. Помоги мне.

Я пришла к нему, чтобы похудеть. А научилась быть желанной.
Мой муж называл меня бегемотом, а его отец называл меня богиней — и я поверила ему.
Когда он взял пригласил меня в сауну, а его друг вошел следом, я поняла: я не игрушка для них.
Я — их навязчивая идея, их общая тайна, и я хочу, чтобы они никогда не останавливались.

🍓 СТРОГО 18+ 🍓

Каждое утро я просыпалась с мыслью, что я не та, кого можно любить.
Но когда я попала к четверым мужчинам в плен их прикосновений, я поняла, что ошибалась.
Они не сломали меня — они помогли мне раскрыть мою истинную сущность.
Я не их жертва, я их выбор, и мой ответ этому выбору — «да»! Навсегда.

🍓 СТРОГО 18+ 🍓

Следующие три недели я жила одна. Ходила на работу — я занималась маркетингом в строительной компании, скучно, но платили хорошо. Ходила в зал. Готовила себе ужины. Читала. Спала одна на широкой кровати и не раскидывалась по диагонали, потому что не перед кем было изображать равнодушие.
Это было странно. Непривычно. В двадцать лет я не могла пробыть одна больше двух дней. Всегда кто-то был рядом. Мальчик, мужчина, любовник. Кто угодно. Лишь бы не тишина. Лишь бы не оставаться наедине с собой. Потому что в тишине слышно, как скрипят шестерёнки в голове. Как что-то не сходится. Как ты не та, кем себя считаешь.
Но я выдержала. Три недели. Без мужских рук. Без чужого дыхания на своей коже. Без необходимости быть чьей-то. Своей. Только своей.
И в конце третьей недели я поняла: мне не нужно было ни бросать Артёма, ни изменять ему. Мне нужно было сказать...

— Даш, я хочу объяснить. То, что ты видела...
— Я знаю, что я видела, Максим. — Она села рядом. Близко. Так близко, что их колени соприкоснулись. — Но я хочу услышать от тебя.
Он рассказал. Запутанно, сбивчиво. Коллега. Корпоратив. «Это ничего не значило. Один раз. Я не знаю, как это вышло». Дарья слушала. Кивала. Не перебивала.
Когда он закончил, она молчала. Долго. Смотрела на него — в глаза, прямо. Максим не выдержал, отвёл взгляд.
— Я не хочу тебя терять, — сказал он тихо. — Даш. Я люблю тебя. Это была ошибка. Ужасная, тупая ошибка.
Дарья наклонилась. Положила ладонь ему на щёку. Повернула его лицо к себе.
— Я знаю, — сказала она. — Я знаю, что ошибка.
И поцеловала его.
Максим замер. Потом обхватил её руками, притянул к себе. Целовал жадно, отчаянно, как утопающий хватается за воздух. Дарья отвечала. Медленно. Мягко. Позволяя ему думать, что прощено. Что всё хорошо. Что она снова его.

На следующем занятии Марк объявил, что они будут работать над пластикой. Не шаги, не связки. А тело. Волны. Изоляция бёдер. Движение грудной клетки.
— Полина, вы вперёд, — сказал Марк. — Встаньте перед зеркалом. Не прячьтесь.
Она встала. Перед зеркалом. В облегающем бордовом платье. Вся. Мягкий живот, полная грудь, широкие бёдра. Раньше она бы умерла от стыда. А теперь — стояла. И смотрела на себя.
— Смотрите на себя, — сказал Марк, подходя сзади. Его ладони легли на её бёдра. — Почувствуйте, где начинается движение. Не от головы. Не от плеч. Отсюда.
Он повёл её бёдра. Медленно, по кругу. Его руки были горячими, уверенными. Полина закрыла глаза и почувствовала, как тело отзывается. Как бёдра двигаются сами, тяжёлые, плавные, как волны.
— Да, — выдохнул Марк. — Вот это. Вы чувствуете? Это женственность. Это сила. Не худоба. Не размер. А вот это. Движение. Жизнь.
Его руки скользнули чуть выше. Пальцы коснулись нижнего края туники. Полина вздрогнула.
— Можно? — спросил он тихо.

Отец проиграл меня своим друзьям. Я их едва знаю. Они меня пугают.
Привезли в свой дом и сказали, что я их игрушка.
– Мы все разные. Марк – животное. Молчаливый – тень. А я... – дьявол разворачивает меня лицом к себе, поднимает мой подбородок. – Я тот, кто будет беречь тебя. Но и остальные от тебя не откажутся.

— Пошла на...р! — кулак мужа врезается в моё лицо. При всех. В день его рождения.
Я падаю на пол, а меня подхватывает он — отец моего мужа. Мудрый, сильный. Он загораживает меня собой: «Ещё раз тронешь — убью».
Три года я терпела побои и унижения. Теперь я на даче, где пахнет соснами и свободой. А потом я, пьяная от боли, обнимаю его и целую.
Я больше не боюсь.
Но что будет, когда бывший муж узнает, с кем я строю своё счастье?

Меня купили, как редкую драгоценность, не спрашивая согласия. Сирота без имени и прошлого, я получила титул графини фон Крейц, холодные прикосновения мужа-инквизитора и мастерскую, где меня научили подчинять драгоценные камни. Мой редкий дар стал моим спасением и моим оружием.
Я научилась выживать в тени человека, который видел во мне лишь ценное для Храма. Я привыкла к интригам, броне и холодному расчету, превратив дар в безупречное мастерство.
Внезапная гибель графа разрушила хрупкий иллюзорный покой. Оставшись вдовой с лицензией огранщицы Храма, я оказалась в центре опасной игры, где каждый шаг выверен, а за ошибку платят жизнью. Храм берет на учет каждый мой вдох, а молодого инквизитора с выжженной душой ведут поиски давнего врага.
Пытаясь сохранить независимость и разгадать секреты покойного мужа, я подхожу слишком близко к тайнам, которые никогда не должны были всплыть на свет. И когда чужая ложь начнет рушиться, цена правды окажется слишком высокой для нас обоих.