Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»

«Кому ты нужна в тридцать лет? С твоим прицепом из лишних килограммов и детских картинок?» — семь лет я верила мужу. А потом просто перестала втягивать живот и ушла.
Мне достался билет в новую жизнь: контракт с французским издательством, старинное шато в Провансе и работа иллюстратором для невыносимого французского автора. Жан-Пьер Ренар забраковал десятерых художников и не подпускает никого к своему сердцу. Меня он тоже встретил ледяным: «Исключено. Возвращайтесь в город».
Вот только мне слишком дорого дался этот побег, чтобы я сдалась.

Алина — ветеринар, которая привыкла спасать волков в заповеднике. Обычная ночь, обычная работа — и вдруг земля уходит из-под ног. Она падает в другой мир, где над горами парят драконы, а небо освещают две луны.
Здесь она находит его. Раненого. Истекающего кровью. Чёрного дракона с горящими янтарными глазами, который смотрит на неё с мольбой: «Спаси». Она не знает, как, но её руки сами тянутся к его ране. И когда она касается его чешуи, она чувствует — внутри неё просыпается огонь.
Он — Владыка Клана Огненных Драконов. Проклятый. Умирающий. Его тело медленно превращается в зверя, разум угасает. Он не верит, что она может помочь. Он привык полагаться только на свою силу. Но она — единственная, кто может его исцелить. Или уничтожить.
Она не хотела быть его парой. Она хотела домой.
Но война приближается, проклятие пожирает его изнутри, и только она может его остановить.
И теперь она стоит перед выбором:
Вернуться в свой мир — или остаться, чтобы спасти того, кого её сердце уже выбрал

Санкт-Петербург, 1820-е годы. Молодая графиня Анастасия Воронцова — холодная красавица, которая носит маску ледяной аристократки. Но под этой маской скрывается женщина, которая с детства любит только одного мужчину — своего крепостного камердинера Матвея.

— Переспи с ним, и контракт наш.
Эти слова мужа разбивают мою жизнь в один миг. Семь лет я тащила на себе его бизнес, закрывала долги, находила клиентов. А он предлагает меня пьяному партнёру, как вещь. Как дешёвый размен.
Я выбегаю в слезах. Но за мной выходит он — его отец. Он даёт пощёчину собственному сыну и говорит: «Я не позволю тебе её унижать».

Теперь я свободна. Я подаю на развод. Я не знаю, что ждёт нас впереди. Я знаю только одно: он — единственный мужчина в этой семье, которому я готова довериться.

— Ты понимаешь, что делаешь? — спросил мужчина хрипло.
— Нет, — честно ответила я. — Но мне всё равно.
Он наклонился. Медленно, давая мне шанс отстраниться. Но я не отстранилась.

Виктор Андреевич. Сильный, сдержанный, уважаемый человек. И отец моего парня. Знала бы я сразу, что эта история закончится вот так…

Я вышла замуж за Сергея и получила в подарок от свекра квартиру, но через три года муж превратился в неудачника, а меня уволили с работы, и я осталась одна с пустым холодильником и грудой долгов.
Тогда свекор, властный и богатый мужчина, которым я всегда восхищалась, предложил мне место своего секретаря — и я согласилась, не подозревая, что за этим последует ночь, которая разорвет мою жизнь на «до» и «после», когда я стану игрушкой для троих мужчин, включая собственного свекра.

Я думала, что командировка в Санкт-Петербург будет просто деловой встречей, но вместо контрактов меня ждали трое мужчин — властные, богатые и ненасытные, которые потребовали всю меня без остатка, и я отдалась им, потому что впервые в жизни почувствовала себя желанной и живой.

Маргарита Царева — дипломированный искусствовед, городская девчонка до мозга костей, только что пережившая болезненный разрыв с бывшим, который назвал ее «толстухой». Она мечтает о стажировке в престижном агентстве, а не о двух неделях в деревне с друзьями и комарами. Но друзья решают, что подруге просто необходим глоток свежего воздуха и покой. Однако приехав в деревню Марго знакомится с дерзким соседом Климом, который нарушает все ее планы на покой.
Ироничная, легкая и искрящаяся история о том, как одна поездка в деревню может изменить всё. Даже если ты этого совсем не планировала.

"Она почувствовала, как теплая ладонь Клима коснулась ее шеи. Большой палец скользнул по ее щеке, медленно, нежно, приближаясь к губам. По спине побежали мурашки, распространяясь по телу, которое отказывалось слушаться. Марго оцепенела и поняла, что не может пошевелиться. "

Меня зовут Дарья Мельник. Мне двадцать пять лет, и я забыла, как дышать.
Не буквально. Лёгкие работают. Кислород поступает. Сердце качает кровь. Но внутри, где-то под рёбрами, в том месте, где раньше жила я настоящая, — там вакуум. Пустота. Тишина, в которой не слышно собственного голоса.
Я сижу на подоконнике в квартире на сорок втором этаже. Панорамные окна от пола до потолка. За стеклом — Москва. Огни, машины, люди. Миллионы людей, которые идут, дышат, живут. А я сижу. В шёлковом халате, который стоит больше, чем моя прежняя зарплата за месяц. С чашкой остывшего чая в руках. И считаю вдохи.
Один. Два. Три. Четыре. Задержка. Выдох.
Так меня научил психолог. Три месяца назад. Когда я впервые сказала вслух: «Мне нечем дышать».
Его зовут Глеб. Глеб Орлов. Тридцать два года. Владелец инвестиционного фонда. Мой муж. Человек, который построил вокруг меня эту клетку. Золотую. Тёплую. Мягкую изнутри. Но клетку.
Он не бьёт меня. Не кричит. Не запрещает. Он делает хуже. Он решает за меня

Первый месяц мы жили как соседи. Он уходил в семь утра, возвращался в девять вечера. Ужинал молча. Читал документы. Ложился спать. Я не существовала для него. Я была мебелью. Декорацией. Строчкой в контракте.
Дом был огромным — три этажа, бассейн, зимний сад, библиотека. Я могла ходить где угодно. Могла тратить деньги с карты, которую он мне выдал. Могла заказывать еду, приглашать подруг, смотреть фильмы. Но не могла выйти за ворота без водителя. Не могла уехать. Не могла уйти.
«Побег невозможен», — написал он в брачном контракте. Пункт семнадцать: в случае развода по инициативе жены долг отца восстанавливается в полном объёме. Двести миллионов. У нас их нет. Не будет. Никогда.
Я была привязана. Невидимой цепью. Тонкой, прочной, как стальная нить. Не давит. Не режет. Но не отпускает.
Я ненавидела его. Тихо, молча, каждый день. Ненавидела за то, что он даже не смотрит на меня. За то, что я для него — функция. За то, что я живая, а он обращается со мной как с вещью.
Ночью я...