Книги в жанре «Эротика» по тегу «rasskazi»
🔥ЗАВЕРШЕНА 🔥
****
— Ты не похожа на Виолетту.
Его шаги уверенные, твердые. Незнакомец подходит ко мне.
— Я.. — теряю дар речи.
— Новенькая? — приподнимает бровь.
— Нет.. — единственное, что получается произнести.
— Приступай к работе, у меня мало времени.
— Что? — округляю глаза, — вы подумали, что я .. — заикаюсь, — нет, это не то, что..
Вижу, как он расстегивает ремень на штанах. Звук щелчка отрезвил меня.
****
— Я пришла за зачёткой, мне сказали, что её видели здесь, это буквально одна минута, я не знала, что здесь нельзя..
****
— Ты не похожа на Виолетту.
Его шаги уверенные, твердые. Незнакомец подходит ко мне.
— Я.. — теряю дар речи.
— Новенькая? — приподнимает бровь.
— Нет.. — единственное, что получается произнести.
— Приступай к работе, у меня мало времени.
— Что? — округляю глаза, — вы подумали, что я .. — заикаюсь, — нет, это не то, что..
Вижу, как он расстегивает ремень на штанах. Звук щелчка отрезвил меня.
****
— Я пришла за зачёткой, мне сказали, что её видели здесь, это буквально одна минута, я не знала, что здесь нельзя..
— Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, Агата.
Поднимаю глаза на мужчину, которого боится весь город.
Мужчину, который должен стать мужем моей сестры.
— Ты дрожишь, — хрипло произносит он, проводя пальцами по моему шраму.
— Я… я боюсь…
— Меня, не стоит, — усмехается он. — Ты должна привыкать ко мне…
Я всю жизнь была позором для собственной семьи. Девушкой, которую прятали от чужих глаз и заставляли молчать.
Но однажды в наш дом приезжает Виктор Громов — влиятельный миллиардер, привыкший получать все, что захочет. Он должен стать мужем моей сестры.
Но все меняется в одну ночь…
Когда его взгляд останавливается на мне.
Поднимаю глаза на мужчину, которого боится весь город.
Мужчину, который должен стать мужем моей сестры.
— Ты дрожишь, — хрипло произносит он, проводя пальцами по моему шраму.
— Я… я боюсь…
— Меня, не стоит, — усмехается он. — Ты должна привыкать ко мне…
Я всю жизнь была позором для собственной семьи. Девушкой, которую прятали от чужих глаз и заставляли молчать.
Но однажды в наш дом приезжает Виктор Громов — влиятельный миллиардер, привыкший получать все, что захочет. Он должен стать мужем моей сестры.
Но все меняется в одну ночь…
Когда его взгляд останавливается на мне.
Меня бросили в камеру за преступление, которого я не совершала.
А муж предательски отчеканил в трубку: «Разводимся. Мне не нужна жена-зэчка».
Но реальный ад начался, когда на пороге изолятора появился его отец. Мой свёкор. Могущественный и опасный генерал Садыков, перед которым трепещут все.
— Я вытащу тебя отсюда, Катя, — произносит он, и от его голоса мороз по коже. — Но взамен ты согласишься на мои условия. Я требователен. Жесток. Но ты будешь делать всё, что я прикажу — без возражений и слёз. Никаких «нежнее» и «помедленнее». Или соглашаешься прямо сейчас, или завтра едешь по этапу!
И я согласилась. Пошла на сделку с дьяволом, даже не подозревая, какую цену мне придётся заплатить...
А муж предательски отчеканил в трубку: «Разводимся. Мне не нужна жена-зэчка».
Но реальный ад начался, когда на пороге изолятора появился его отец. Мой свёкор. Могущественный и опасный генерал Садыков, перед которым трепещут все.
— Я вытащу тебя отсюда, Катя, — произносит он, и от его голоса мороз по коже. — Но взамен ты согласишься на мои условия. Я требователен. Жесток. Но ты будешь делать всё, что я прикажу — без возражений и слёз. Никаких «нежнее» и «помедленнее». Или соглашаешься прямо сейчас, или завтра едешь по этапу!
И я согласилась. Пошла на сделку с дьяволом, даже не подозревая, какую цену мне придётся заплатить...
— Тебе конец, Алферова! — пообещал наглый мажор.
— Не надо! Послушай, я все отработаю!
Иван ухмыльнулся. Под взглядом ледяных голубых глаз я чувствовала себя голой и незащищенной.
— Отработаешь, значит? — усмехнулся мажор, облизнув губу. Рядом раздался смешок.
— Слышь, брат, она отработает. Дай шанс девчонке!
Я откашлялась и пояснила:
— Я в другом смысле «отработаю». Заплачу деньгами. Только со временем.
Морозов продолжил сверлить меня ненавидящим взглядом:
— Эта вещь мне дорога. Будешь теперь моей рабыней. И если мой мотоцикл не починят так, как надо - считай, ты труп.
График выкладки: каждый день
— Не надо! Послушай, я все отработаю!
Иван ухмыльнулся. Под взглядом ледяных голубых глаз я чувствовала себя голой и незащищенной.
— Отработаешь, значит? — усмехнулся мажор, облизнув губу. Рядом раздался смешок.
— Слышь, брат, она отработает. Дай шанс девчонке!
Я откашлялась и пояснила:
— Я в другом смысле «отработаю». Заплачу деньгами. Только со временем.
Морозов продолжил сверлить меня ненавидящим взглядом:
— Эта вещь мне дорога. Будешь теперь моей рабыней. И если мой мотоцикл не починят так, как надо - считай, ты труп.
График выкладки: каждый день
Я сиротка, которую похитили на улице и выставили на аукцион для очень богатых мужчин. Его боятся все. Он криминальный авторитет с Кавказа. Он купил меня для своих жестких утех.
***
– Что, если не хочу уходить? – шепчу я и сама удивляюсь своим словам.
Арсен смотрит на меня долгим, пронзительным взглядом. Он не улыбается, но что-то в его лице меняется..
– Хорошо. Тогда сядь на стул. Вон тот. Устроишь шоу для меня.
***
– Что, если не хочу уходить? – шепчу я и сама удивляюсь своим словам.
Арсен смотрит на меня долгим, пронзительным взглядом. Он не улыбается, но что-то в его лице меняется..
– Хорошо. Тогда сядь на стул. Вон тот. Устроишь шоу для меня.
— Ждала, что я сорвусь? Что поцелую тебя? — его ледяной шепот обжигает мои губы. — Не льсти себе. Ты для меня грязное пятно. И я не успокоюсь, пока не ототру его до блеска.
Он — ледяной король элитного университета, у которого есть всё. Я — девчонка в старых кедах, у которой нет ничего, кроме тайны, ради которой я должна была стать невидимкой.
Но один дерзкий ответ этому несносному мажору разрушил всё.
Теперь моя жизнь висит на волоске, а он сделал меня своей мишенью.
И я не знаю, что пугает меня больше: его жестокий шантаж или то, как предательски колотится мое сердце, когда мы остаемся наедине...
Он — ледяной король элитного университета, у которого есть всё. Я — девчонка в старых кедах, у которой нет ничего, кроме тайны, ради которой я должна была стать невидимкой.
Но один дерзкий ответ этому несносному мажору разрушил всё.
Теперь моя жизнь висит на волоске, а он сделал меня своей мишенью.
И я не знаю, что пугает меня больше: его жестокий шантаж или то, как предательски колотится мое сердце, когда мы остаемся наедине...
Он откладывает вилку. Я поднимаю голову. Сердце колотится — я не знаю почему. Может, сейчас он скажет что-то важное. Может, объяснит, зачем всё это было. Самолёт, отель, одежда, форум, ужины…
— Полина.
Я замираю.
— Я не из тех, кто ходит вокруг да около. Скажу прямо.
Внутри всё обрывается.
— Мне нужна женщина на время, пока я работаю в Екатеринбурге. Не любовница в привычном смысле. Не проститутка. Спутница.
Слова падают тяжёлые, как камни. Я не сразу понимаю.
— Которая будет рядом на мероприятиях, в командировках, в постели. Которая не задаёт лишних вопросов. Которая понимает правила.
Постели. Он сказал «в постели».
Я хочу встать и уйти. Но ноги не слушаются.
— Я предлагаю тебе сделку. Контракт на один год. Пока меня не отзовут в Москву.
— Полина.
Я замираю.
— Я не из тех, кто ходит вокруг да около. Скажу прямо.
Внутри всё обрывается.
— Мне нужна женщина на время, пока я работаю в Екатеринбурге. Не любовница в привычном смысле. Не проститутка. Спутница.
Слова падают тяжёлые, как камни. Я не сразу понимаю.
— Которая будет рядом на мероприятиях, в командировках, в постели. Которая не задаёт лишних вопросов. Которая понимает правила.
Постели. Он сказал «в постели».
Я хочу встать и уйти. Но ноги не слушаются.
— Я предлагаю тебе сделку. Контракт на один год. Пока меня не отзовут в Москву.
– Боишься меня, блондиночка?
– Мечтай, двуногий скот. Я таких, как ты, объезжаю по встречной.
Матвей Яров усмехается, и мне впервые приходит в голову, что хищники тоже умеют улыбаться. Особенно перед тем, как вцепиться человеку в горло.
Он – Ворон, предводитель «Мятежа». Жестокий, опасный, непредсказуемый. Его люди носят черного ворона на спине, его байк слышно раньше, чем появляется он сам, а в Нордвейке достаточно произнести его имя, чтобы умные люди перестали задавать вопросы.
Мне стоило держаться от него подальше.
Вместо этого я снова оказываюсь рядом.
– Еще раз полезешь в мой мир, назад я тебя уже не выпущу.
Серые глаза лезут под кожу. В них дождь, разлука…
– Это угроза?
Матвей подходит ближе и медленно проводит большим пальцем по моей нижней губе.
– Нет, Яна. Это единственное предупреждение, которое ты от меня получишь.
Он еще не знает, кто я на самом деле.
А когда узнает, захочет уже не поцеловать меня, а уничтожить.
– Мечтай, двуногий скот. Я таких, как ты, объезжаю по встречной.
Матвей Яров усмехается, и мне впервые приходит в голову, что хищники тоже умеют улыбаться. Особенно перед тем, как вцепиться человеку в горло.
Он – Ворон, предводитель «Мятежа». Жестокий, опасный, непредсказуемый. Его люди носят черного ворона на спине, его байк слышно раньше, чем появляется он сам, а в Нордвейке достаточно произнести его имя, чтобы умные люди перестали задавать вопросы.
Мне стоило держаться от него подальше.
Вместо этого я снова оказываюсь рядом.
– Еще раз полезешь в мой мир, назад я тебя уже не выпущу.
Серые глаза лезут под кожу. В них дождь, разлука…
– Это угроза?
Матвей подходит ближе и медленно проводит большим пальцем по моей нижней губе.
– Нет, Яна. Это единственное предупреждение, которое ты от меня получишь.
Он еще не знает, кто я на самом деле.
А когда узнает, захочет уже не поцеловать меня, а уничтожить.
— Если твоё агентство снова пришлёт мне девочку, я вас уничтожу.
Я заблудилась в лесу, попала под ливень и вошла в первый попавшийся дом. Но вместо помощи оказалась в плену у дикаря-отшельника, уверенного, что я подарок, который ему доставили на ночь.
Он не спросил имени, не позволил ничего объяснить, просто воспользовался ошибкой.
Утром я сбежала, думая забыть эту ночь навсегда.
Но месяц спустя я поняла — забыть не получится.
Теперь я беременна от мужчины, который всё ещё считает, что я была девочкой по вызову.
Я заблудилась в лесу, попала под ливень и вошла в первый попавшийся дом. Но вместо помощи оказалась в плену у дикаря-отшельника, уверенного, что я подарок, который ему доставили на ночь.
Он не спросил имени, не позволил ничего объяснить, просто воспользовался ошибкой.
Утром я сбежала, думая забыть эту ночь навсегда.
Но месяц спустя я поняла — забыть не получится.
Теперь я беременна от мужчины, который всё ещё считает, что я была девочкой по вызову.
Артур наклоняется и упирается одной рукой в мой стол, а второй – в спинку стула. Обдает меня своим гребаным парфюмом, а щеку – горячим дыханием. Сердцебиение ускоряется. Ох, не нравится мне это. Ох, не нравится.
– Слышь, лимита, – негромко говорит он, – я бы на твоем месте прикусил свой ядовитый язык. Ты моя должница, а я пока еще не придумал, как буду взыскивать долг. Так что в твоих интересах засунуть свой язык поглубже и сидеть ровно, не отсвечивая.
Я сжимаю челюсти до хруста зубов.
– Ты первый начал, – цежу в ответ.
– Я могу начинать и заканчивать, когда захочу. А ты теперь будешь чем-то вроде… моей зверушки. Я скажу прыгнуть, ты должна спросить, как высоко.
А вот это мы еще посмотрим!
– Слышь, лимита, – негромко говорит он, – я бы на твоем месте прикусил свой ядовитый язык. Ты моя должница, а я пока еще не придумал, как буду взыскивать долг. Так что в твоих интересах засунуть свой язык поглубже и сидеть ровно, не отсвечивая.
Я сжимаю челюсти до хруста зубов.
– Ты первый начал, – цежу в ответ.
– Я могу начинать и заканчивать, когда захочу. А ты теперь будешь чем-то вроде… моей зверушки. Я скажу прыгнуть, ты должна спросить, как высоко.
А вот это мы еще посмотрим!
Популярные эротические рассказы
Выберите полку для книги