Книги в жанре «Эротика» по тегу «tag»
Любимый человек может оказаться не тем, кем ты его считаешь. Так случилось со мной. Влад, мой преподаватель и любимый, бросил меня, разбив мне сердце, но я мечтаю его вернуть и решаю разрушить его новые отношения с первокурсницей Настей, чудом подговорив моего друга-соседа Дэна помочь мне.
В процессе нашей безобидной операции происходят чудовищные вещи, из-за которых страдает множество людей. Стечение обстоятельств заставляет Дэна влюбиться в Настю, а я попадаю в плен, связавшись с плохой компанией. Меня насилуют, унижают и планируют похоронить заживо. Теперь все зависит от случайного прохожего и от моего желания выжить.
В процессе нашей безобидной операции происходят чудовищные вещи, из-за которых страдает множество людей. Стечение обстоятельств заставляет Дэна влюбиться в Настю, а я попадаю в плен, связавшись с плохой компанией. Меня насилуют, унижают и планируют похоронить заживо. Теперь все зависит от случайного прохожего и от моего желания выжить.
Он — типичный представитель золотой молодежи, а я... Обычная неудачница, никому не нужная, потерявшая интерес ко всему, плывущая по течению. Случайная встреча переворачивает мое представление о жизни. Привычный уклад: университет, дом, друзья... дает трещину. Я знаю, что он — зло. И я знаю, что мои чувства — погубят меня. Но какая-то страшная сила заставляет нас тянуться друг к другу… Что такой крутой парень нашел во мне? Почему он заботится обо мне? Сегодня я поняла, что наши отношения не случайны и я влипла действительно по-крупному...
«Ник и Лизбет» — один из коротких рассказов для знакомства с автором.
История об уставшем детективе и девчонке, которая вечно влипает в неприятности... и в его жизнь.
Одна ночь, старый диван, торшер, шерстяная рубашка — и слишком многое, что давно зрело между ними.
Чувственно. Живо. С характером.
История об уставшем детективе и девчонке, которая вечно влипает в неприятности... и в его жизнь.
Одна ночь, старый диван, торшер, шерстяная рубашка — и слишком многое, что давно зрело между ними.
Чувственно. Живо. С характером.
Мой молодой сожитель обожает печь, а я – пробовать его сладкие булочки. Вот только после того, как я показала ему самые волнующие грани греховных удовольствий, я поняла, что именно с ним готова окунуться в глубины наслаждений. Однако для лучшего итога стоит сделать кое-что ещё…
Олеся погружается в новый мир. Узнав о себе больше, она начинается сомневаться в том, что её прежняя жизнь приносила ей удовольствие.
В 40 лет ты собираешься на свидание как на бой.
Особенно, если это свидание не первое.
Особенно, если по всем параметрам он идеален и дурой будешь, если упустишь такого мужика!
Особенно, если при всем этом мужик тебя не цепляет от слова совсем!
Нижнее белье с кружевами, духи с феромонами, крем, способный разбудить желание даже у мертвого и маленькая вибрируящая штучка, о которой никто не узнает!
Отправляясь на свидание в 40, ты готова ко всему. Но не к тому, что твой поклонник сбежит, не оплатив счет в ресторане.
- И как будем возвращать долг, милочка? – Спрашивает здоровый, два на два метра официант.
Щеки краснеют, в порыве закусываю губу, готовая расплакаться. Не от обиды! Наконец, подействовали и духи с феромонами, и крем, способный разбудить желание даже у мертвого!
- Натурой принимаете? – Спрашиваю я, чувствуя, как жар разливается по телу.
Особенно, если это свидание не первое.
Особенно, если по всем параметрам он идеален и дурой будешь, если упустишь такого мужика!
Особенно, если при всем этом мужик тебя не цепляет от слова совсем!
Нижнее белье с кружевами, духи с феромонами, крем, способный разбудить желание даже у мертвого и маленькая вибрируящая штучка, о которой никто не узнает!
Отправляясь на свидание в 40, ты готова ко всему. Но не к тому, что твой поклонник сбежит, не оплатив счет в ресторане.
- И как будем возвращать долг, милочка? – Спрашивает здоровый, два на два метра официант.
Щеки краснеют, в порыве закусываю губу, готовая расплакаться. Не от обиды! Наконец, подействовали и духи с феромонами, и крем, способный разбудить желание даже у мертвого!
- Натурой принимаете? – Спрашиваю я, чувствуя, как жар разливается по телу.
Мало того, что я сломала ноготь после дорогущего маникюра, из под носа увели брендовую шмотку по дичайшей распродаже, так еще и какой-то бедолага решил скопытиться под бампером моей восьмицилиндровой кобылки.
А после вообще какая-то дичь произошла!
Куча очень странных, но дико красивых мужиков просят спасти их род от вымирания…
Эй, а ну-ка руки убрали от меня!
А после вообще какая-то дичь произошла!
Куча очень странных, но дико красивых мужиков просят спасти их род от вымирания…
Эй, а ну-ка руки убрали от меня!
Сокращение на службе, деньги тают… Жизнь серая и унылая, как погода за окном. И внезапное приглашение в таинственный особняк. Что меня ждет? Новая работа, опасность или… большая любовь?
"Он сделал шаг ближе. От него пахло морозным воздухом, дорогим табаком и чем-то неуловимо опасным. – Не боишься?
– Было страшно, – призналась я честно, удивляясь собственному голосу. – Сейчас… интересно."
"Он сделал шаг ближе. От него пахло морозным воздухом, дорогим табаком и чем-то неуловимо опасным. – Не боишься?
– Было страшно, – призналась я честно, удивляясь собственному голосу. – Сейчас… интересно."
Розовый май — платиновая европейская концептуальная творческая работа Liberal Crush — нео-декадента, гламурного нео-маньериста, постмодерниста Вячеслава Игоревича Казакова.
В Розовом мае во всей красе представлено новаторство нео-маньеризма, который благодаря интеллектуальному и творческому труду Вячеслава Казакова был доведён до уровня эстетически мягкой гламурной красоты.
Другие направления, которые представлены в работе: нео-декаданс, поэтический поп-панк, европейская лирика, американская альтернатива, символизм, готика.
В Розовом мае во всей красе представлено новаторство нео-маньеризма, который благодаря интеллектуальному и творческому труду Вячеслава Казакова был доведён до уровня эстетически мягкой гламурной красоты.
Другие направления, которые представлены в работе: нео-декаданс, поэтический поп-панк, европейская лирика, американская альтернатива, символизм, готика.
- Раздевайся, Алина Соловьева, - абсолютно спокойным, будничным тоном. - Медленно.
- Нет. Нет! - Мотаю я головой, на глазах выступают слезы бессилия и страха.
- Да, - произносит он, и у меня ледяные мурашки бегут по коже. - Да. Давай, девочка. Лететь еще долго, и только я устанавливаю здесь правила — а ты подчиняешься. Раздевайся. Будешь послушной — долетишь до Эмиратов живой и относительно целой. Начнешь рыпаться — проблем у тебя будет по самое не хочу. Всё поняла?
- Нет. Нет! - Мотаю я головой, на глазах выступают слезы бессилия и страха.
- Да, - произносит он, и у меня ледяные мурашки бегут по коже. - Да. Давай, девочка. Лететь еще долго, и только я устанавливаю здесь правила — а ты подчиняешься. Раздевайся. Будешь послушной — долетишь до Эмиратов живой и относительно целой. Начнешь рыпаться — проблем у тебя будет по самое не хочу. Всё поняла?
Выберите полку для книги