Книги в жанре «Эротика» по тегу «tag»
Я – наследная принцесса, гордая и независимая. Я – белая львица, грациозная и опасная. Я – пилот, решительная и отважная. Я должна спасти свою землю и свой народ. И лишь глубоко в душе я храню воспоминание о своем единственном. Увидимся ли мы вновь?
Вас ждет легкая восточная сказка, в которой будут индийские напевы, традиционные танцы и хищные кошки всех мастей, полеты над пустыней, а также роскошные дворцы и древние храмы, загадки и тайны, интриги и страсти. И, конечно, любовь.
Что получилось, Вам судить.
Вас ждет легкая восточная сказка, в которой будут индийские напевы, традиционные танцы и хищные кошки всех мастей, полеты над пустыней, а также роскошные дворцы и древние храмы, загадки и тайны, интриги и страсти. И, конечно, любовь.
Что получилось, Вам судить.
Отец женился на девушке, которая младше его собственного сына. Но когда отца не стало, именно она унаследовала бизнес. Теперь пасынок — её подчинённый, готовый на всё, чтобы уничтожить «золушку», занявшую не своё место. Он клянётся разрушить её жизнь, унизить и вышвырнуть вон. Она обещает выстоять и не сломаться. Но их ночные встречи в пустом офисе превращают ненависть в нечто большее — в страсть, которая жжёт заживо. А страсть, как известно, сильнее мести.
Она — молодая вдова его лучшего друга и мать его крестника. Он — жестокий и циничный мафиози, привыкший брать то, что хочет. Чтобы спасти мальчика от людей, убивших его отца, она соглашается стать женой Андрея Ветрова. Но запрет здесь даже не в возрасте. Запрет — в чувстве вины перед мёртвым другом. И в том, что с каждым днём она всё меньше хочет от него сбежать.
— Я не буду с тобой работать, — заявляю сразу, как вижу его.
Он улыбается как-то хитро и подходит так близко, что я упираюсь спиной в стену. Его руки по обе стороны от моей головы.
— Зачем сбежала? Разве тебе было плохо той ночью? — проводит пальцами по моей щеке.
— Ты сын моей подруги, это была ошибка…— не успеваю договорить, он резко дергает меня на себя и впивается в губы, жадно, с голодом, как утопающий, когда не хватает воздуха.
— Нет никакой ошибки, Ксюш, — говорит мне прямо в губы. — Я весь твой, весь для тебя. А ты… все равно будешь со мной.
Я отмечала день рождения в одиночестве и согласилась на интрижку с незнакомцем. А потом оказалось, что это сын моей подруги. И теперь он меня не отпустит.
Он улыбается как-то хитро и подходит так близко, что я упираюсь спиной в стену. Его руки по обе стороны от моей головы.
— Зачем сбежала? Разве тебе было плохо той ночью? — проводит пальцами по моей щеке.
— Ты сын моей подруги, это была ошибка…— не успеваю договорить, он резко дергает меня на себя и впивается в губы, жадно, с голодом, как утопающий, когда не хватает воздуха.
— Нет никакой ошибки, Ксюш, — говорит мне прямо в губы. — Я весь твой, весь для тебя. А ты… все равно будешь со мной.
Я отмечала день рождения в одиночестве и согласилась на интрижку с незнакомцем. А потом оказалось, что это сын моей подруги. И теперь он меня не отпустит.
Любовь, которая прошла через ненависть. Страсть, которая выжила после предательства.
Вера Власова никогда не была стройной. Она привыкла к шёпоту за спиной и косым взглядам. Но когда её муж — властный, успешный Демид Власов — изменяет ей с идеальной моделью, мир рушится окончательно.
Фотография в телефоне. Чужая помада на его шее. Запах чужих духов на подушке.
Вера подаёт на развод, но суд решает иначе — до окончания процесса они обязаны жить вместе. В одном доме. В разных спальнях. С одной болью на двоих.
Роман о том, что остаётся, когда любовь сгорает дотла. Очень откровенно. Очень эмоционально.
Вера Власова никогда не была стройной. Она привыкла к шёпоту за спиной и косым взглядам. Но когда её муж — властный, успешный Демид Власов — изменяет ей с идеальной моделью, мир рушится окончательно.
Фотография в телефоне. Чужая помада на его шее. Запах чужих духов на подушке.
Вера подаёт на развод, но суд решает иначе — до окончания процесса они обязаны жить вместе. В одном доме. В разных спальнях. С одной болью на двоих.
Роман о том, что остаётся, когда любовь сгорает дотла. Очень откровенно. Очень эмоционально.
У Кирилла Белова просрочка по кредитам, убыточные клубы и команда, которая тянет его на дно.
У меня — репутация лучшего антикризисника в городе и контракт на три месяца.
Я пришла спасать его бизнес. Я не планировала спасать его.
Первый поцелуй был ошибкой. Первый раз на его столе — профессиональным провалом. Но когда он смотрит на меня так, будто я — единственный актив, который стоит сохранить, я забываю про цифры, отчёты и дедлайны.
Он говорит, что я — его форс-мажор.
Я говорю, что у нас критическая задолженность друг перед другом.
Но кто заплатит по счетам, когда контракт закончится?
У меня — репутация лучшего антикризисника в городе и контракт на три месяца.
Я пришла спасать его бизнес. Я не планировала спасать его.
Первый поцелуй был ошибкой. Первый раз на его столе — профессиональным провалом. Но когда он смотрит на меня так, будто я — единственный актив, который стоит сохранить, я забываю про цифры, отчёты и дедлайны.
Он говорит, что я — его форс-мажор.
Я говорю, что у нас критическая задолженность друг перед другом.
Но кто заплатит по счетам, когда контракт закончится?
— Вы можете не шуметь?
Орк суёт мне что-то под нос. От удивления и смущения я теряю дар речи.
— Попробуешь? Крепкое, горячее, с начинкой на финише.
Я хотела тишины, он требовал попробовать его печенье. Теперь кто-то обязан уступить.
Орк суёт мне что-то под нос. От удивления и смущения я теряю дар речи.
— Попробуешь? Крепкое, горячее, с начинкой на финише.
Я хотела тишины, он требовал попробовать его печенье. Теперь кто-то обязан уступить.
Это история о давно одинокой женщине, которая однажды, упахавшись до бессознанки, в конце очередного производственного совещания на шутливый вопрос помощницы «Чего изволите?» вдруг созналась как на духу:
– Мужика хорошего. Сантиметров чтоб двадцать. Ну, или двадцать два…
И, конечно, о том, что из этого вышло!
– Мужика хорошего. Сантиметров чтоб двадцать. Ну, или двадцать два…
И, конечно, о том, что из этого вышло!
— А, вернулась? — хрипло бросает он, преграждая нам путь. — Пришла за тряпками? Или за деньгами?
Никита мгновенно загораживает меня собой. Его голос звучит холодно и твёрдо:
— Уйди с дороги.
Но Денис не унимается. Он начинает выкрикивать оскорбления, старается унизить меня при соседях. Его голос разносится по всему двору, привлекая внимание. Я чувствую, как краска стыда заливает лицо, слёзы катятся по щекам.
Никита мгновенно загораживает меня собой. Его голос звучит холодно и твёрдо:
— Уйди с дороги.
Но Денис не унимается. Он начинает выкрикивать оскорбления, старается унизить меня при соседях. Его голос разносится по всему двору, привлекая внимание. Я чувствую, как краска стыда заливает лицо, слёзы катятся по щекам.
Их встреча была случайностью. Всё остальное — закономерностью.
Алесса не искала приключений, но они нашли её — в виде раненого полукровки, рухнувшего посреди комнаты. Она перевязала, отпоила, вытащила с того света. И думала, что на этом всё закончится.
Зефирр думал иначе.
Он привёл её в свой мир — опасный, чужой, но завораживающий. Обещал защиту. Не сказал, что её эмоции — магическое топливо, а она сама — приз, за который убивают.
Когда её похищают, он срывается с цепи. Ему плевать, сколько врагов встанет на пути. Он вернёт свою «радость». И докажет, что «моя» — не просто слово.
Алесса не искала приключений, но они нашли её — в виде раненого полукровки, рухнувшего посреди комнаты. Она перевязала, отпоила, вытащила с того света. И думала, что на этом всё закончится.
Зефирр думал иначе.
Он привёл её в свой мир — опасный, чужой, но завораживающий. Обещал защиту. Не сказал, что её эмоции — магическое топливо, а она сама — приз, за который убивают.
Когда её похищают, он срывается с цепи. Ему плевать, сколько врагов встанет на пути. Он вернёт свою «радость». И докажет, что «моя» — не просто слово.
Выберите полку для книги