Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
Марина привыкла быть удобной: не спорить, не требовать, сглаживать острые углы и сохранять семью даже тогда, когда внутри всё давно трещало по швам.
Но однажды муж предал её не просто как женщину. Он забрал у неё самое дорогое — дочерей.
После измены Павел оставил детей у себя, прикрывшись деньгами, связями, красивым домом и словами о «стабильности». Марине оставили короткие звонки, редкие встречи и роль матери, которой будто разрешают любить по расписанию. Рядом с девочками уже появилась другая женщина — мягкая, аккуратная, удобная для новой семейной картинки.
Только Марина больше не собирается молчать.
Теперь у неё есть боль, которую нельзя показать детям. Злость, которую нужно превратить в силу. Адвокат, сухие документы, свидетели, записи, детские рисунки, оранжевые носки старшей дочери и маленькая ладошка младшей, которая всё ещё ищет маму в темноте.
Это история не о мести.
Это история о женщине, которая перестала исчезать ради чужого спокойствия, вернула себе гол
Но однажды муж предал её не просто как женщину. Он забрал у неё самое дорогое — дочерей.
После измены Павел оставил детей у себя, прикрывшись деньгами, связями, красивым домом и словами о «стабильности». Марине оставили короткие звонки, редкие встречи и роль матери, которой будто разрешают любить по расписанию. Рядом с девочками уже появилась другая женщина — мягкая, аккуратная, удобная для новой семейной картинки.
Только Марина больше не собирается молчать.
Теперь у неё есть боль, которую нельзя показать детям. Злость, которую нужно превратить в силу. Адвокат, сухие документы, свидетели, записи, детские рисунки, оранжевые носки старшей дочери и маленькая ладошка младшей, которая всё ещё ищет маму в темноте.
Это история не о мести.
Это история о женщине, которая перестала исчезать ради чужого спокойствия, вернула себе гол
Кто бы подумал, что я окажусь перед закрытой дверью кабинета, в котором притаились мой муж и его любовница, но вот этот день настал.
– Кто там? – Если судить по недовольному голосу мужа, то я прервала его на самом интересном месте.
– Конь в пальто! Костя, а с какой это радости ты закрылся в кабинете?
Молчание – вот что последовало за моим вопросом.
– Лучше открой дверь, иначе будет хуже!
– Вера? Это ты?
– Что за глупый вопрос? Ты не можешь по голосу узнать собственную жену?
– А ты что здесь делаешь?
– А ты и дальше собираешься задавать мне нелепые вопросы?
Но в ответ снова последовало молчание.
– Кто там? – Если судить по недовольному голосу мужа, то я прервала его на самом интересном месте.
– Конь в пальто! Костя, а с какой это радости ты закрылся в кабинете?
Молчание – вот что последовало за моим вопросом.
– Лучше открой дверь, иначе будет хуже!
– Вера? Это ты?
– Что за глупый вопрос? Ты не можешь по голосу узнать собственную жену?
– А ты что здесь делаешь?
– А ты и дальше собираешься задавать мне нелепые вопросы?
Но в ответ снова последовало молчание.
Электричка приходит на вокзал. Я вернулась от мамы на день раньше.
Дверь квартиры открывается без звука. Хочу застать Артёма врасплох. Я толкаю дверь спальни и вижу их. Артём и Инна. Моя лучшая подруга. Двенадцать лет дружбы.
— Вера, — говорит он. — Ты вернулась раньше и похоже, что нам теперь надо поговорить. — Я предлагаю тебе остаться. Быть моей женой — официально, как и была. Инна — отдельно, и она беременна. Ничего не изменится. — Второй будешь? — произносит он.
Как спрашивают — чаю хочешь?
И я понимаю, что всё это время я не знала этого человека.
Я встаю.
— Вера, — говорит Артём. — Подумай.
Я смотрю на него.
— Я уже подумала, — говорю я. Открываю дверь.
— Ключи оставь, — говорит он.
Я смотрю на связку в своей руке.
Наш дом. Десять лет.
Я кладу ключи на полку у двери.
И выхожу.
Дверь квартиры открывается без звука. Хочу застать Артёма врасплох. Я толкаю дверь спальни и вижу их. Артём и Инна. Моя лучшая подруга. Двенадцать лет дружбы.
— Вера, — говорит он. — Ты вернулась раньше и похоже, что нам теперь надо поговорить. — Я предлагаю тебе остаться. Быть моей женой — официально, как и была. Инна — отдельно, и она беременна. Ничего не изменится. — Второй будешь? — произносит он.
Как спрашивают — чаю хочешь?
И я понимаю, что всё это время я не знала этого человека.
Я встаю.
— Вера, — говорит Артём. — Подумай.
Я смотрю на него.
— Я уже подумала, — говорю я. Открываю дверь.
— Ключи оставь, — говорит он.
Я смотрю на связку в своей руке.
Наш дом. Десять лет.
Я кладу ключи на полку у двери.
И выхожу.
Пять лет тайных встреч. Пять лет надежды. А он пришёл и сказал: «Я должен жениться на другой. Будь моей любовницей».
Я выгнала его.
А через месяц узнала, что беременна.
Я сказала, что ребёнок не от него. Чтобы он не вернулся из жалости. Чтобы не думал, что я пытаюсь его удержать.
Но он вернулся. Без денег, без семьи, без наследства. Просто сказал: «Я люблю тебя».
И теперь я должна сделать выбор: сказать правду или потерять его навсегда.
Я выгнала его.
А через месяц узнала, что беременна.
Я сказала, что ребёнок не от него. Чтобы он не вернулся из жалости. Чтобы не думал, что я пытаюсь его удержать.
Но он вернулся. Без денег, без семьи, без наследства. Просто сказал: «Я люблю тебя».
И теперь я должна сделать выбор: сказать правду или потерять его навсегда.
На юбилее семейной компании мой муж поднялся на сцену не со мной.
Он благодарил молодую помощницу, смотрел на неё так, как когда-то смотрел на меня, и называл её будущим нашего бизнеса. А я стояла в зале и понимала: меня уже вычеркнули. Из речи. Из ролика. Из буклета. Из истории компании, которую мы строили двадцать четыре года.
После праздника Виктор положил передо мной соглашение:
— Подпиши и уйди красиво, Марина.
Красиво — значит молча.
Красиво — значит без доли.
Красиво — значит оставить ему компанию, имя, партнёров и право рассказывать всем, что я была всего лишь его тенью.
Но он ошибся.
Я слишком долго стояла за его спиной и видела всё: кто приходил в компанию, какие документы он прятал, чьими связями пользовался и почему теперь так боится моей подписи.
Он хотел, чтобы я ушла тихо.
А я решила вернуть своё имя.
Он благодарил молодую помощницу, смотрел на неё так, как когда-то смотрел на меня, и называл её будущим нашего бизнеса. А я стояла в зале и понимала: меня уже вычеркнули. Из речи. Из ролика. Из буклета. Из истории компании, которую мы строили двадцать четыре года.
После праздника Виктор положил передо мной соглашение:
— Подпиши и уйди красиво, Марина.
Красиво — значит молча.
Красиво — значит без доли.
Красиво — значит оставить ему компанию, имя, партнёров и право рассказывать всем, что я была всего лишь его тенью.
Но он ошибся.
Я слишком долго стояла за его спиной и видела всё: кто приходил в компанию, какие документы он прятал, чьими связями пользовался и почему теперь так боится моей подписи.
Он хотел, чтобы я ушла тихо.
А я решила вернуть своё имя.
Меня назвали неформатом.
Слишком громкая. Слишком резкая. Слишком не такая.
А уже на следующий день властный Глеб Ордынцев предложил мне стать его фиктивной невестой. Всего-то нужно было улыбаться на семейном ужине, красиво молчать и не портить ему репутацию.
Он думал, что купил удобную роль.
Ошибся.
Я перечеркнула его договор, переписала правила и случайно стала женщиной, которую его семья запомнила слишком хорошо. Теперь вместо одного ужина меня ждёт почти свадьба, бывшая Глеба, семейные интриги, пресса и мужчина, который привык всё контролировать… кроме меня.
Он хотел невесту на время.
Получил женщину с характером.
И если Глеб Ордынцев решил, что моё счастье можно оформить пунктом договора, ему придётся узнать главное: у меня не только размер XL. У меня ещё и гордость такого же размера.
Слишком громкая. Слишком резкая. Слишком не такая.
А уже на следующий день властный Глеб Ордынцев предложил мне стать его фиктивной невестой. Всего-то нужно было улыбаться на семейном ужине, красиво молчать и не портить ему репутацию.
Он думал, что купил удобную роль.
Ошибся.
Я перечеркнула его договор, переписала правила и случайно стала женщиной, которую его семья запомнила слишком хорошо. Теперь вместо одного ужина меня ждёт почти свадьба, бывшая Глеба, семейные интриги, пресса и мужчина, который привык всё контролировать… кроме меня.
Он хотел невесту на время.
Получил женщину с характером.
И если Глеб Ордынцев решил, что моё счастье можно оформить пунктом договора, ему придётся узнать главное: у меня не только размер XL. У меня ещё и гордость такого же размера.
В мой свадебный салон внезапно приходит беременная дочь моей подруги, и я становлюсь невольным свидетелем ее разговора:
— Юра сказал, что мы поженимся, как только он разведется. Он уже сделал мне предложение, — раздается из примерочной голос Милы.
Из дальнейшей беседы становится ясно, что она ждет ребенка от моего мужа и собирается выйти за него.
У меня в голове это не укладывается.
Милана выросла на моих глазах, ее мать — моя лучшая подруга. Неужели у нее отношения с моим мужем, который старше ее на двадцать лет?
Мы много лет в браке, у нас взрослая дочь, которая скоро подарит нам внука, и тут словно гром среди ясного неба: муж уходит от меня к любовнице.
***
— Милана родила, — сообщает супруг. — Роды были тяжелыми. Она в реанимации. С ребенком все в порядке, но Миле придется долго восстанавливаться, поэтому я принял решение: через несколько дней я заберу сына из роддома и привезу сюда. Поможешь мне с ним, пока Мила в больнице. Она тебе не чужая все-таки. Выросла у тебя на глаз
— Юра сказал, что мы поженимся, как только он разведется. Он уже сделал мне предложение, — раздается из примерочной голос Милы.
Из дальнейшей беседы становится ясно, что она ждет ребенка от моего мужа и собирается выйти за него.
У меня в голове это не укладывается.
Милана выросла на моих глазах, ее мать — моя лучшая подруга. Неужели у нее отношения с моим мужем, который старше ее на двадцать лет?
Мы много лет в браке, у нас взрослая дочь, которая скоро подарит нам внука, и тут словно гром среди ясного неба: муж уходит от меня к любовнице.
***
— Милана родила, — сообщает супруг. — Роды были тяжелыми. Она в реанимации. С ребенком все в порядке, но Миле придется долго восстанавливаться, поэтому я принял решение: через несколько дней я заберу сына из роддома и привезу сюда. Поможешь мне с ним, пока Мила в больнице. Она тебе не чужая все-таки. Выросла у тебя на глаз
Валерия Крылова двадцать лет строила семейную клинику рядом с мужем. Она вкладывала деньги, силы, бессонные ночи и верила, что это их общее дело.
Но на юбилее клиники Станислав публично объявляет о разводе и выводит на сцену молодую любовницу — новое лицо бизнеса. Валерию пытаются списать как прошлое, лишить имени, права голоса и всего, что она помогала создавать.
Только Станислав забыл одну вещь: старые документы иногда говорят громче красивых речей.
Теперь Валерия должна доказать, что она не удобная бывшая жена, которую можно молча убрать из жизни. Она — соучредитель. Женщина, которую предали. И свидетель, способный разрушить чужую ложь.
Это история о разводе после 45, предательстве, возвращении достоинства и любви, которая приходит не спасать, а идти рядом.
Но на юбилее клиники Станислав публично объявляет о разводе и выводит на сцену молодую любовницу — новое лицо бизнеса. Валерию пытаются списать как прошлое, лишить имени, права голоса и всего, что она помогала создавать.
Только Станислав забыл одну вещь: старые документы иногда говорят громче красивых речей.
Теперь Валерия должна доказать, что она не удобная бывшая жена, которую можно молча убрать из жизни. Она — соучредитель. Женщина, которую предали. И свидетель, способный разрушить чужую ложь.
Это история о разводе после 45, предательстве, возвращении достоинства и любви, которая приходит не спасать, а идти рядом.
Валерия Крылова построила клинику с нуля и верила, что у неё есть всё: дело жизни, уважение сотрудников и крепкий брак. Но однажды утром она застаёт в своём кабинете молодую любовницу мужа — в её кресле, с её чашкой и с документами, где имя Валерии уже начали вычёркивать.
Олег решил не просто уйти к другой. Он решил подарить ей клинику, которую Валерия создавала десять лет.
Поддельные подписи, удалённое имя с сайта, предательство сотрудников, закрытые переговоры и попытка выставить её ревнивой брошенной женой — всё должно было заставить Валерию уйти красиво и молча.
Но в сорок пять она не собирается становиться прошлым.
Это история о женщине, которую пытались стереть из собственной жизни.
И о том, как она вернула себе имя, силу и право быть хозяйкой своей судьбы.
Олег решил не просто уйти к другой. Он решил подарить ей клинику, которую Валерия создавала десять лет.
Поддельные подписи, удалённое имя с сайта, предательство сотрудников, закрытые переговоры и попытка выставить её ревнивой брошенной женой — всё должно было заставить Валерию уйти красиво и молча.
Но в сорок пять она не собирается становиться прошлым.
Это история о женщине, которую пытались стереть из собственной жизни.
И о том, как она вернула себе имя, силу и право быть хозяйкой своей судьбы.
Катя графический дизайнер, живущая в Москве. За плечами огромное количество отношений. Манипуляторы, абьюзеры, эмоционально недоступные мужчины и один случайный брак, продлившийся всего полгода. В день, когда очередной «мужчина мечты» после бурной переписки исчезает, не назначив встречу, Катя достигает точки кипения. Не в силах больше выносить это, она принимает радикальное решение: «Год без мужчин».
Выберите полку для книги