Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
— Денис, мы сейчас перевернемся! — в ужасе кричу я, и через несколько секунд лодка переворачивается.
Я, мой муж, наша дочь, моя подруга и ее сын оказываемся в холодной воде прямо посреди озера.
— Денис, держи Милу! — кричу я, подхватывая дочку и пытаясь удержаться на плаву.
— Денис, спасай нашего сына! — из-за спины доносится голос моей подруги.
— Вашего сына? Мой муж и лучшая подруга… — ахаю я, уходя под воду, а затем сразу же выныриваю.
— Маша, не время для разборок, — рявкает муж, помогая моей подруге и ее сыну. — Хватай дочь и плыви.
— Но я плохо плаваю.
— Я должен спасти их. Они не умеют плавать, — отрезает муж.
— Денис, а мы? — шепчу я, чувствуя, как ноги сводит судорогой. — Спаси Милу.
Но муж со своей «второй» семьей, о которой я только что узнала, уже плывут в сторону берега, оставляя нас с Милой тонуть. Несколько секунд, и я ухожу под воду вместе с нашей дочерью…
Я, мой муж, наша дочь, моя подруга и ее сын оказываемся в холодной воде прямо посреди озера.
— Денис, держи Милу! — кричу я, подхватывая дочку и пытаясь удержаться на плаву.
— Денис, спасай нашего сына! — из-за спины доносится голос моей подруги.
— Вашего сына? Мой муж и лучшая подруга… — ахаю я, уходя под воду, а затем сразу же выныриваю.
— Маша, не время для разборок, — рявкает муж, помогая моей подруге и ее сыну. — Хватай дочь и плыви.
— Но я плохо плаваю.
— Я должен спасти их. Они не умеют плавать, — отрезает муж.
— Денис, а мы? — шепчу я, чувствуя, как ноги сводит судорогой. — Спаси Милу.
Но муж со своей «второй» семьей, о которой я только что узнала, уже плывут в сторону берега, оставляя нас с Милой тонуть. Несколько секунд, и я ухожу под воду вместе с нашей дочерью…
— У тебя кто-то есть? — спрашиваю мужа, после того как он подмигнул фигуристой брюнетке.
— Полин, ну что ты, я только твой! Клянусь тебе! Скоро ты получишь сюрприз...
Мы покидаем город из-за обстрелов. А ночью я слышу смех и вижу, как он развлекается с девицей прямо в эвакуационном автобусе, через три сиденья от меня!
— Да, я полюбил другую. Только давай без истерик, решим как взрослые люди! В конце-концов здесь ребёнок!
— Ребёнок... — смахиваю слёзы я. — А у тебя засос на шее. Это делать при ней ты не стеснялся?
Внезапно взрыв.
Автобус падает в реку и в салон стремительно врывается вода.
— Помоги, пожалуйста! — зову мужа, но не реагирует.
У меня осколок, Анечка — зажата под сиденьем.
А муж спасает чемоданы любовницы с брендовыми вещами. Затем подхватывает её на руки, выталкивая из аварийного люка.
— Поль, она беременна. Её жизнь важнее! Мне правда жаль. Но я уверен, ты попадёшь в рай.
И исчезает следом за ней.
А через минуту нас накрывает ледяной волной...
— Полин, ну что ты, я только твой! Клянусь тебе! Скоро ты получишь сюрприз...
Мы покидаем город из-за обстрелов. А ночью я слышу смех и вижу, как он развлекается с девицей прямо в эвакуационном автобусе, через три сиденья от меня!
— Да, я полюбил другую. Только давай без истерик, решим как взрослые люди! В конце-концов здесь ребёнок!
— Ребёнок... — смахиваю слёзы я. — А у тебя засос на шее. Это делать при ней ты не стеснялся?
Внезапно взрыв.
Автобус падает в реку и в салон стремительно врывается вода.
— Помоги, пожалуйста! — зову мужа, но не реагирует.
У меня осколок, Анечка — зажата под сиденьем.
А муж спасает чемоданы любовницы с брендовыми вещами. Затем подхватывает её на руки, выталкивая из аварийного люка.
— Поль, она беременна. Её жизнь важнее! Мне правда жаль. Но я уверен, ты попадёшь в рай.
И исчезает следом за ней.
А через минуту нас накрывает ледяной волной...
— Спасибо за полёт, — уверенно произнёс Артём.
— Хорошего дня, - она лишь коротко кивнула.
Фраза могла бы принадлежать любой стюардессе на рейсе в любом конце света. Но в её устах и она прозвучала так, словно значение имело не пожелание, а дистанция между ними.
— Мы ещё увидимся? — спросил Воронцов. Вопрос вырвался почти неожиданно даже для него самого.
Ева посмотрела на него спокойно. За иллюминатором уже золотел рассвет, а мягкий свет салона делал её лицо почти неуловимым, как будто оно и, правда, могло оказаться частью ночного видения.
— Люди часто так говорят в самолётах, — ответила Ева. — На земле они обычно быстро забывают, - сказав это, она пошла дальше.
Самолёт коснулся полосы. Колёса ударились о землю с привычным глухим толчком, корпус слегка тряхнуло, двигатели заревели глубже. Все вокруг вернулось в порядок: статус, расписание, встречи, деньги, контракты, жена, город, день. Реальность снова заняла своё место.
— Хорошего дня, - она лишь коротко кивнула.
Фраза могла бы принадлежать любой стюардессе на рейсе в любом конце света. Но в её устах и она прозвучала так, словно значение имело не пожелание, а дистанция между ними.
— Мы ещё увидимся? — спросил Воронцов. Вопрос вырвался почти неожиданно даже для него самого.
Ева посмотрела на него спокойно. За иллюминатором уже золотел рассвет, а мягкий свет салона делал её лицо почти неуловимым, как будто оно и, правда, могло оказаться частью ночного видения.
— Люди часто так говорят в самолётах, — ответила Ева. — На земле они обычно быстро забывают, - сказав это, она пошла дальше.
Самолёт коснулся полосы. Колёса ударились о землю с привычным глухим толчком, корпус слегка тряхнуло, двигатели заревели глубже. Все вокруг вернулось в порядок: статус, расписание, встречи, деньги, контракты, жена, город, день. Реальность снова заняла своё место.
Она не из тех, кто тает от его взгляда. Он не из тех, кто умеет слышать слово “нет”.
Тэян привык побеждать. Элия привыкла стоять на своём.
В их противостоянии не было крика — только взгляды, в которых столько напряжения, что воздух звенел.
Но именно в этом напряжении и рождается настоящая близость: когда ты видишь чужую силу и не хочешь её сломать, а хочешь понять.
Тэян привык побеждать. Элия привыкла стоять на своём.
В их противостоянии не было крика — только взгляды, в которых столько напряжения, что воздух звенел.
Но именно в этом напряжении и рождается настоящая близость: когда ты видишь чужую силу и не хочешь её сломать, а хочешь понять.
— Ты выйдешь за меня второй женой.
Я смотрю на деверя и не верю своим ушам.
— Ты сошел с ума! Я не стану второй женой.
Я разворачиваюсь, но его следующие слова заставляют меня замереть.
— Станешь. Или вся семья узнает, от кого на самом деле ты родила ребенка.
Когда-то мой муж сам отправил меня в постель к своему младшему брату. Ему нужен был ребенок, которого он не мог мне дать.
Я думала, об этом никто никогда не узнает. Но теперь я вдова, а Амирхан больше молчать не собирается.
— Ты не имеешь права шантажировать меня ребенком!
— А ты не имеешь права растить мою дочь вдали от меня.
— Чего ты хочешь, Амирхан?
Он смотрит мне прямо в глаза.
— Тебя. В моем доме. Моей женой.
— Второй женой, — с горечью поправляю я.
— Называй как хочешь. Но на этот раз ты от меня не уйдешь, Зарема.
Я смотрю на деверя и не верю своим ушам.
— Ты сошел с ума! Я не стану второй женой.
Я разворачиваюсь, но его следующие слова заставляют меня замереть.
— Станешь. Или вся семья узнает, от кого на самом деле ты родила ребенка.
Когда-то мой муж сам отправил меня в постель к своему младшему брату. Ему нужен был ребенок, которого он не мог мне дать.
Я думала, об этом никто никогда не узнает. Но теперь я вдова, а Амирхан больше молчать не собирается.
— Ты не имеешь права шантажировать меня ребенком!
— А ты не имеешь права растить мою дочь вдали от меня.
— Чего ты хочешь, Амирхан?
Он смотрит мне прямо в глаза.
— Тебя. В моем доме. Моей женой.
— Второй женой, — с горечью поправляю я.
— Называй как хочешь. Но на этот раз ты от меня не уйдешь, Зарема.
Выберите полку для книги