Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»

Я помню день, когда ты исчез Эйдан Харрис. Мальчишка живущий по соседству. Мой лучший друг, что обещал никогда меня не оставлять.
Я научусь жить без тебя. Буду стойко идти по тем углям, в которых ты оставил меня. Заставлю себя поверить, что могу быть счастлива с другим. Буду верить, что вполне справляюсь без тебя.
Пока ты вновь не появишься в моей жизни. И не заставишь сомневаться в том , что знала до этого дня.
Призрак из прошлого, который все еще беспокоит мое сердце.

Владимир Петрович неожиданно попал в беду. Ну, не то, чтобы прям в беду... Он, как водится, даже из такой задницы нашёл выход! Правда, этот самый выход был завязан на неподходящую вздорную, нелепую и непредсказуемую фигуру, которая в его исключительно блестящем расчётливом плане была ключевой... Но именно от этой полной идиотки многое, очень многое зависит!
Мария Александровна, как это в её тихой спокойной жизни водится, откликнулась на просьбу помочь. Правда, всех нюансов она до конца всё ещё не понимала.
Но её убедительно попросили! Да и человек ей показался, пусть и с придурью, но неплохим. Почему б не помочь? Не оказать хорошему человеку услугу?
План был выверенным и блестящим - это да! Но вот кто б знал, что даже в всесторонне выверенном деле найдутся просчёты?!
Владимир Петрович, доверяя этой глупой и алогичной курице свою судьбу, даже не представлял, каким цирком всё это обернётся!
И да, Владимиру Петровичу - почти 60. А милой и симпатичной Марии Александровне - 48...

- Прошу тебя, Марк, - смотрю на него умоляюще.
Он в своей обычной манере прожигает меня взглядом, но молчит. А мне нужно его согласие. Хочу с ним. Всегда так было, а его бесило.
- Зачем ты мне там? – высокомерно, засунув руки в карманы джинсов.
- Я просто хочу с тобой, - поджимаю губы.
Не могу отпустить его, он встрял в этот спор из-за меня и отпустить его одного неправильно.
- Ты мне не нужна, я влез в это и сам разберусь, - разворачивается и идет к своему байку.
Со всех ног бегу на ним и хватаю за руку разворачивая к себе.
Он зол. Желваки ходуном ходят и зубы едва не скрипят.
Смотрит на место прикосновения моей руки к своей.
- Руку убери, - требует. - Вали домой принцесса, давно время спать, - издевается Марк.
- Я папе расскажу и он байк у тебя отберет, а еще лучше домой вернет, - я ненавижу шантаж, тем более с ним, но вижу, что по-другому не выйдет.
Марк прожигает меня ненавистным взглядом.
- Ненавижу тебя, - говорит серьезно, разбивая мое сердце в который раз.

Я обычная медсестра, хоть и работаю в не совсем обычной больнице. А он - мой пациент, хоть и тоже не совсем обычный. Слишком импозантный и загадочный мужчина для простого психа.
И как бы это ни было глупо и против всех правил, я позволяла себе иногда общаться с ним. Вот только не могла предположить, что этот пациент - совсем не тот, за кого себя выдаёт.
И чем грозит мне такая дружба... Моя жизнь поменялась в один миг, и больше никогда не станет прежней.

В жизни Джосселин хватило уроков, из которых она сделала вывод: шикарные мужчины зачастую любят исключительно самих себя. Также Тёрнер старалась обходить стороной любезных молодых людей, вьющихся плющом вокруг каждой юбки. Но однажды что-то пошло не так...

- Бедный мужик. Живёт себе, строит карьеру и даже не догадывается о том, что у него есть ребёнок, - демонстративно вздыхала младшая сестра, бросая косые взгляды на телевизор, где показывали моего бывшего.
- Так, может, он и смог построить карьеру благодаря тому, что я когда-то ему не сказала о своей беременности?
***
Когда-то он любил меня настолько, что был готов отказаться от всего, лишь бы остаться со мной. Но оказался не готов к тому, что от него откажусь я.
Когда-то у нас была любовь. Сейчас у него осталась только ненависть, и ни одной причины полюбить меня вновь.

— У вас тут адекватные не служат, что ли? — спрашивает она, но в ответе не нуждается. — Хотя, о чем это я, — закатывает красавица глазки.
— Ты сиськи свои еще больше оголи и подол повыше задери, тогда вокруг тебя одни адекваты соберутся, — отрезаю я, взяв себя в руки.
Нет, с наездом на ее наряд я, конечно, переборщил, просто нужно же было оправдать свою ненормальную реакцию на эту страстную малышку.
— О, а у этого индивида еще и функция связывания двух слов имеется, — ехидничает она.

Она безумно красивая, но ядовита как змея. Влезла мне под кожу, так глубоко что ничем ее теперь не вытравить. Моя Малышка.
Он наглый хам и грубиян. Так отчего же его поцелуи заставляют сердце биться чаще? Разве я могу ему довериться?

— За что мне все это, Кусь? — успокоившись, вздохнула Оля и икнула. — Может, правду говорят, что дети отвечают за грехи родителей…
Смирнова часто об этом думала и как-то легче ей было, что ли. Жертвенность — все лучше, чем тотальное невезение.
— Так. Ты из головы фигню выбрось, ага? Давай думать, что можно сделать, — Вика осушила свой бокал и налила еще. До краев. — Да уж, ситуевина. Короче, я денег скопила немного. Поедем завтра же к другому доктору. Если просвета ноль целых зеро десятых, то будем думать о генофонде. Договорились?
— Кусь… — попыталась возразить Оля, зная, как подруга мечтает купить машину. Копит на нее уже полтора года.
— Давай только без нюней и соплей, — отрезала та, прекрасно понимая, что хочет противопоставить ей Оля.
— Думаешь, мне смогут ЭКО сделать со скидкой?

Крокус – одно из самых ядовитых растений, содержащее колхицин, смертельное вещество, не имеющее противоядия. Отравление им приводит к критическому снижению кровяного давления и остановке сердца.
Другое его название – шафран. Самая дорогая в мире пряность с сильным своеобразным ароматом и горьковатым пряным вкусом.
Но прежде всего крокус – это хрупкий, нежный цветок, безупречный в своей красоте. Кусочек неба на земле.
Вопрос в том, кем окажется этот цветок для Майкла: смертельным ядом или драгоценностью?

— Ты все знал, Фин? Ну конечно ты знал, что мой муж мне изменяет! Ты же тенью за ним ходишь. Давно?
— Яра, успокойся, пожалуйста.
— Давно?! — ее безумно красивые глаза наполняются слезами.
— Да, — отвечать тяжело, будто я признаюсь ей в собственной измене.
— Предатель. Вы оба предатели! — горько плачет, закрыв лицо ладонями. — Что мне делать теперь? — поднимает на меня совершенно растерянный взгляд. — Что делать, Фин? — доверчиво утыкается носом мне в рубашку и дрожит…
***
Я — всего лишь телохранитель ее мужа. Тень, как прозвала меня Яра.
Она досталась ему юной сиротой и влюбилась без памяти. Взрослела рядом с ним, родила ему дочь. Он сделал все, чтобы Яра не могла, не умела обходиться без него.

Она очаровательно улыбается и безоговорочно верит мужу, а я… Я — тот, кто по контракту должен молчать о том, сколько грязи он приносит в свой дом. Тот, кто однажды потеряв все, запретил себе любить. Но чертово сердце не подчиняется приказам.