Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»
- Можем мы как-то договориться? - спрашиваю одного из мужчин.
- Договориться о чем, новенькая?
- О том, чтобы вы с Маратом перестали ко мне приставать.
Андрей улыбается. Но улыбка эта обмануть не может. Она хищная. Как и он сам.
- И каковы твои предложения? Я не пристаю, а что взамен?
- А вы что-то хотите? - спрашиваю несмело.
- Во-первых, хочу, чтобы на ты перешла, новенькая.
- А во-вторых?
- Чтобы кое-что сняла с себя.
Я попала в закрытый клуб в качестве официантки. Мои клиенты: бизнесмен и бандит - очень испорченные мужчины, которые не знают слова нет. И которые решили получить меня любой ценой. Одну на двоих.
- Договориться о чем, новенькая?
- О том, чтобы вы с Маратом перестали ко мне приставать.
Андрей улыбается. Но улыбка эта обмануть не может. Она хищная. Как и он сам.
- И каковы твои предложения? Я не пристаю, а что взамен?
- А вы что-то хотите? - спрашиваю несмело.
- Во-первых, хочу, чтобы на ты перешла, новенькая.
- А во-вторых?
- Чтобы кое-что сняла с себя.
Я попала в закрытый клуб в качестве официантки. Мои клиенты: бизнесмен и бандит - очень испорченные мужчины, которые не знают слова нет. И которые решили получить меня любой ценой. Одну на двоих.
— Что вам нужно?! Кто вы такие?— кричу я, пытаясь вырваться из жесткого хвата громилы.
В руке у незнакомца пистолет, дуло упирается в лоб моего мужа. Время тянется бесконечно, каждый стук моего сердца отдается в висках.
— Ты погляди, кого в жены себе пригрел! Дочь Слесова, небось с приданым. И не ври, что тебе нечем отдавать долг! Небось, не зря ты к ней клешни тянул, а Орлов?! — громила с силой бьет Сашу ногой в живот. Муж сгибается пополам.
— Ладно, — цедит бандюга, презрительно оглядывая корчащегося на земле Сашу. — Неделя у тебя есть, — он словно выплевывает каждое слово.
Внезапно его черные, как два уголька, глаза вскинулись и остановились на мне. Ледяной взгляд пронзил меня насквозь.
— Но я забираю твою женушку в качестве залога. Не вернешь бабки — больше её не увидишь! — его слова, грубые и циничные, ударяют как пощечина.
Самое страшное не то, что меня похищают, а то, что мой муж спокойно соглашается отдать меня за свои долги бандиту…
В руке у незнакомца пистолет, дуло упирается в лоб моего мужа. Время тянется бесконечно, каждый стук моего сердца отдается в висках.
— Ты погляди, кого в жены себе пригрел! Дочь Слесова, небось с приданым. И не ври, что тебе нечем отдавать долг! Небось, не зря ты к ней клешни тянул, а Орлов?! — громила с силой бьет Сашу ногой в живот. Муж сгибается пополам.
— Ладно, — цедит бандюга, презрительно оглядывая корчащегося на земле Сашу. — Неделя у тебя есть, — он словно выплевывает каждое слово.
Внезапно его черные, как два уголька, глаза вскинулись и остановились на мне. Ледяной взгляд пронзил меня насквозь.
— Но я забираю твою женушку в качестве залога. Не вернешь бабки — больше её не увидишь! — его слова, грубые и циничные, ударяют как пощечина.
Самое страшное не то, что меня похищают, а то, что мой муж спокойно соглашается отдать меня за свои долги бандиту…
— Простите, но я вас не знаю.
— Заканчивай спектакль, Агата, — мужчина явно злится. — Мне не зашло. Собирайся, мы едем домой.
— Я никуда с вами не поеду, — сжимаюсь от страха и качаю головой.
— Поедешь! — шипит предостерегающе. — И будешь сидеть под замком, пока я не решу, что с тобой делать!
— Вы пугаете меня.
— Да я бы тебя задушил собственными руками, если бы не дочь.
— Какая дочь?
— Твоя!
— У меня есть дочь? — внутри все обрывается.
— Хватит! Мое терпение лопнуло, — строго чеканит незнакомец. — Жду в машине. Не придешь — ребенка больше не увидишь!
Я проснулась в больнице и не вспомнила даже своего имени. Но появился мужчина, утверждающий, что я его сбежавшая жена. А дома ждет маленькая дочка. Не чувствую себя частью этой семьи, но доказательства говорят об обратном. Где найти правду, если память отказывается возвращаться?
— Заканчивай спектакль, Агата, — мужчина явно злится. — Мне не зашло. Собирайся, мы едем домой.
— Я никуда с вами не поеду, — сжимаюсь от страха и качаю головой.
— Поедешь! — шипит предостерегающе. — И будешь сидеть под замком, пока я не решу, что с тобой делать!
— Вы пугаете меня.
— Да я бы тебя задушил собственными руками, если бы не дочь.
— Какая дочь?
— Твоя!
— У меня есть дочь? — внутри все обрывается.
— Хватит! Мое терпение лопнуло, — строго чеканит незнакомец. — Жду в машине. Не придешь — ребенка больше не увидишь!
Я проснулась в больнице и не вспомнила даже своего имени. Но появился мужчина, утверждающий, что я его сбежавшая жена. А дома ждет маленькая дочка. Не чувствую себя частью этой семьи, но доказательства говорят об обратном. Где найти правду, если память отказывается возвращаться?
Включаю видео с камеры в спальне и вижу, как муж входит в кадр с улыбкой, а за ним… нечто в розовом облегающем платье. Я кусаю щёку от досады. Я знаю эту девушку.
Муж просит голосовую колонку:
— Анфиса, поставь музыку для секса.
— Включаю плейлист «Будь моей тигрицей», — откликается она.
— Ой, какой плейлист, — мурлычет его любовница.
Я борюсь с желанием швырнуть телефон в стену, или ворваться к любовникам в самый разгар их игрищ.
***
После десяти лет брака я узнаю, что муж мне изменяет. Он был уверен, что я проглочу, прощу и останусь. А я ушла. И ушла красиво. Теперь он наблюдает, как я строю лучшую жизнь, и кусает себе локти.
Муж просит голосовую колонку:
— Анфиса, поставь музыку для секса.
— Включаю плейлист «Будь моей тигрицей», — откликается она.
— Ой, какой плейлист, — мурлычет его любовница.
Я борюсь с желанием швырнуть телефон в стену, или ворваться к любовникам в самый разгар их игрищ.
***
После десяти лет брака я узнаю, что муж мне изменяет. Он был уверен, что я проглочу, прощу и останусь. А я ушла. И ушла красиво. Теперь он наблюдает, как я строю лучшую жизнь, и кусает себе локти.
Он был моим лучшим другом, тайно в меня влюбленным. Дарил мне ромашки, пока однажды все не изменилось. Я стала той, кто разбил ему сердце. Променяла ромашки на розы и жестоко за это расплатилась. У роз есть шипы. Любите ромашки. И доверяйте им. Они всегда подтвердят, что "любит"...
— Разумовский, ты обещал не бросать меня и ребенка, — женский голос звучит слишком громко и отчетливо.
Я замираю у кабинета своего жениха. Прислушиваюсь…
— Рит, не устраивай скандал.
Вадим. Мой Вадим.
Я толкаю дверь, и передо мной — он... и незнакомка. Беременная.
— Аня?! — Вадим бледнеет.
— Вадим... это твой ребёнок? – мой голос звучит слишком неуверенно.
Он молчит…и этого молчания хватает, чтобы понять, что все кончено… только вот спустя время я вижу две полоски на тесте и я не знаю, что мне делать.
Я замираю у кабинета своего жениха. Прислушиваюсь…
— Рит, не устраивай скандал.
Вадим. Мой Вадим.
Я толкаю дверь, и передо мной — он... и незнакомка. Беременная.
— Аня?! — Вадим бледнеет.
— Вадим... это твой ребёнок? – мой голос звучит слишком неуверенно.
Он молчит…и этого молчания хватает, чтобы понять, что все кончено… только вот спустя время я вижу две полоски на тесте и я не знаю, что мне делать.
— Мам, глянь, как Тимоша вертится! Прямо как пропеллер! — Лена ввалилась в кухню с телефоном и победоносным видом.
— Угу… вертится. Не то слово, — буркнула я, сделав глоток уже остывшего кофе. Горечь напоминала мне, что я ещё жива.
Она не заметила моего настроения — как всегда.
Включила звук на полную, ткнула экраном мне под нос:
— Смотри, вон он танцует! А потом мы случайно попали на концерт, там всех снимали, ха-ха!
Я посмотрела.
Видео. Детская площадка. Визжащие дети. Тимоша в кроссовках на липучке.
Следующий файл — концерт на площади. Толпа, музыка, кто-то орёт «Вы с нами?!» — и вдруг… кадр.
Он. Борис. Муж.
Светлая рубашка, которой я гордилась.
Девица в мини и туфлях на каблуках выше моей самооценки.
Он гладит её по спине. Она целует его в шею.
Он улыбается — этой особенной, ленивой, чуть скользкой улыбкой. Моей.
— Борис! Она скучает! — кричит кто-то за кадром, смеясь.
— Угу… вертится. Не то слово, — буркнула я, сделав глоток уже остывшего кофе. Горечь напоминала мне, что я ещё жива.
Она не заметила моего настроения — как всегда.
Включила звук на полную, ткнула экраном мне под нос:
— Смотри, вон он танцует! А потом мы случайно попали на концерт, там всех снимали, ха-ха!
Я посмотрела.
Видео. Детская площадка. Визжащие дети. Тимоша в кроссовках на липучке.
Следующий файл — концерт на площади. Толпа, музыка, кто-то орёт «Вы с нами?!» — и вдруг… кадр.
Он. Борис. Муж.
Светлая рубашка, которой я гордилась.
Девица в мини и туфлях на каблуках выше моей самооценки.
Он гладит её по спине. Она целует его в шею.
Он улыбается — этой особенной, ленивой, чуть скользкой улыбкой. Моей.
— Борис! Она скучает! — кричит кто-то за кадром, смеясь.
— Опять вы, — сказала я сухо, без эмоций.
— Судьба, — пожал он плечами, легко мне улыбнувшись.
От его улыбки внутри что-то дрогнуло, но не более того. Покачав головой, я показательно уставилась на его руку, до сих пор удерживающую меня.
— Я в судьбу не верю.
— Тогда в совпадения?
Я промолчала, и Арсен отпустил локоть.
— Всё ещё не нужна помощь?
— Всё ещё нет.
— Понял. — В голосе мужчины появилось нечто другое. Усталость? Разочарование?
Он ушел. Снова. И почему-то… стало чуть холоднее. Наверное, всего дело в осеннем ветре, и моросящем дожде, что начался так внезапно.
______________________
Муж предал меня, изменив после двадцати лет брака. И я думала, что жизнь закончилась, пока не встретила его. Мужчину, который сумел исцелить мое разбитое сердце
— Судьба, — пожал он плечами, легко мне улыбнувшись.
От его улыбки внутри что-то дрогнуло, но не более того. Покачав головой, я показательно уставилась на его руку, до сих пор удерживающую меня.
— Я в судьбу не верю.
— Тогда в совпадения?
Я промолчала, и Арсен отпустил локоть.
— Всё ещё не нужна помощь?
— Всё ещё нет.
— Понял. — В голосе мужчины появилось нечто другое. Усталость? Разочарование?
Он ушел. Снова. И почему-то… стало чуть холоднее. Наверное, всего дело в осеннем ветре, и моросящем дожде, что начался так внезапно.
______________________
Муж предал меня, изменив после двадцати лет брака. И я думала, что жизнь закончилась, пока не встретила его. Мужчину, который сумел исцелить мое разбитое сердце
- Я так понимаю, вы всё-таки возобновили отношения с моим мужем, хотя, в прошлый раз были полны решимости их прекратить, - сказала она, указывая мне на кресло напротив её стола.
- Александр, мне клялся, что вы с ним договорились о разводе, я ему поверила. Несколько дней назад я увидела вас вместе, - прямо ответила я. - в «Белуге», после всех его рассказов о разводе, о новой жизни..., у меня окончательно открылись глаза.
- Ах да, развод, - она усмехнулась. - Александр всем женщинам это обещает, когда чувствует, что она готова от него уйти, это его... коронный проверенный ход.
- Сейчас он мне прохода не даёт, звонки, визиты в офис. Я работать не могу спокойно. Что мне делать? - спросила я, вздохнув с облегчением, что она не отказалась поговорить со мной. - Вы знаете его, как никто другой. Какой у меня выход? Я хочу, чтобы всё это прекратилось.
Вероника долго смотрела на меня, барабаня пальцами по столу.
- Есть вариант, - наконец сказала она. - только боюсь он вам не понравится.
- Александр, мне клялся, что вы с ним договорились о разводе, я ему поверила. Несколько дней назад я увидела вас вместе, - прямо ответила я. - в «Белуге», после всех его рассказов о разводе, о новой жизни..., у меня окончательно открылись глаза.
- Ах да, развод, - она усмехнулась. - Александр всем женщинам это обещает, когда чувствует, что она готова от него уйти, это его... коронный проверенный ход.
- Сейчас он мне прохода не даёт, звонки, визиты в офис. Я работать не могу спокойно. Что мне делать? - спросила я, вздохнув с облегчением, что она не отказалась поговорить со мной. - Вы знаете его, как никто другой. Какой у меня выход? Я хочу, чтобы всё это прекратилось.
Вероника долго смотрела на меня, барабаня пальцами по столу.
- Есть вариант, - наконец сказала она. - только боюсь он вам не понравится.
Думала ли я, чем обернется мое «тайное» задание. Наверное, нет. В тот момент, когда редактор поручил написать разоблачительную статью о местном криминальном авторитете, я думала только о деньгах, которые мне должны были заплатить за эту работу. Ведь я не только журналист, еще я сестра. Сестра мальчика, чья жизнь – тонкая нить, едва удерживающаяся над пропастью болезни. Мой брат… его хрупкое дыхание – моя самая острая боль, а необходимость собрать неподъемную сумму на лечение – вечный давящий груз. Именно поэтому я и согласилась на эту авантюру.
Завершенные книги - читать онлайн
Выберите полку для книги