Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «besplatnoe»
Герой романа — известный писатель Пётр, который, столкнувшись с экзистенциальным кризисом, пытается написать последний и, как ему кажется, главный роман, ветви повествования которого — реальная и вымышленная, переплетаются фантастическим образом. В это же время в его жизни появляется незнакомка, поклонница его таланта, которая не только начинает влиять на судьбу героев ещё не написанного романа, но и оказывается напрямую связана с происходящими на его страницах событиями.
-Ты со своей Анфисой мириться не собираешься? Зачем эту притащил?
-А ты моралистом заделался? Тогда не нужно было припираться к моей девушке утром с веником, -ответил Гордей. –И разве не ты уверял, что я слишком завис в этих отношениях. Слишком серьезен.
-Просто видел, как Фиса переживала вчера за тебя. Решил поддержать, -невозмутимо произнес Ефим. -Да, говорил. Надоело, что ты по каждому звонку как собачка бежал. Живи по легкости.
Гордей хмыкнул, и быстро пересек небольшое расстояние между ними, чтобы схватить Ефима за ворот рубашки, вытащив его голову из авто.
-Как бы там ни было, ты не должен к ней приближаться.
-Это угроза, брат? –без страха спросил Ефим, во взгляде которого мелькало не меньшее безумие.
-Предупреждение, брат, -процедил Гордей, и отпихнув Ефима, направился в корпус.
-А ты моралистом заделался? Тогда не нужно было припираться к моей девушке утром с веником, -ответил Гордей. –И разве не ты уверял, что я слишком завис в этих отношениях. Слишком серьезен.
-Просто видел, как Фиса переживала вчера за тебя. Решил поддержать, -невозмутимо произнес Ефим. -Да, говорил. Надоело, что ты по каждому звонку как собачка бежал. Живи по легкости.
Гордей хмыкнул, и быстро пересек небольшое расстояние между ними, чтобы схватить Ефима за ворот рубашки, вытащив его голову из авто.
-Как бы там ни было, ты не должен к ней приближаться.
-Это угроза, брат? –без страха спросил Ефим, во взгляде которого мелькало не меньшее безумие.
-Предупреждение, брат, -процедил Гордей, и отпихнув Ефима, направился в корпус.
Вокруг меня кружатся яркие купюры — вау, это удача? Нет. Это муж выставляет меня из дома.
Вокруг все ломается, начиная с ключа и заканчивая отношениями — оу, это конец? Нет, это начало новой жизни.
Влюбиться, когда всё рушится? Да. Это вообще лучшее время.
Потому что появляется он — спокойный, надежный, способный решить любую проблему и подставить плечо.
Я готова поклясться, что это просто дружба. Он клянётся, что это просто дружба. Мы ошибаемся.
История о том, как потерять всё, чтобы найти себя. И мужчину, который никогда не уходит.
Вокруг все ломается, начиная с ключа и заканчивая отношениями — оу, это конец? Нет, это начало новой жизни.
Влюбиться, когда всё рушится? Да. Это вообще лучшее время.
Потому что появляется он — спокойный, надежный, способный решить любую проблему и подставить плечо.
Я готова поклясться, что это просто дружба. Он клянётся, что это просто дружба. Мы ошибаемся.
История о том, как потерять всё, чтобы найти себя. И мужчину, который никогда не уходит.
Его слово — закон. Его ночной клуб — крепость, где не существует запретов. Я вошла сюда, спасаясь от прошлого, но не знала, что цена за спасение будет слишком высокой, а двери за спиной захлопнутся навсегда.
***
Мир вокруг меня сужается, до размеров приватной комнаты и окрашивается в тяжелый бордовый оттенок. Я лежу на груди у мужчины, мое сердце почти остановилось, а вот его продолжает биться ровно и четко. Кожей чувствую каждый удар, каждый толчок...
Такие механизмы, как Пашаев, не дают сбоев.
«Тик-так, тик-так» — почему-то звучит в голове. Легкое дуновение ветра, касается моих волос и запускает мурашки по всему телу, и мне кажется, что я на свободе, меня отпустили.
Только это не так... Осознание накрывает, когда я понимаю, что это не ветер, это дыхание. Пашаев словно хищник принюхивается к добыче и решает, как поступить дальше.
- Ты будешь танцевать, — шепчет на ушко. - Как бы ни старалась, будешь. Только танцевать и столько, сколько я попрошу.
***
Мир вокруг меня сужается, до размеров приватной комнаты и окрашивается в тяжелый бордовый оттенок. Я лежу на груди у мужчины, мое сердце почти остановилось, а вот его продолжает биться ровно и четко. Кожей чувствую каждый удар, каждый толчок...
Такие механизмы, как Пашаев, не дают сбоев.
«Тик-так, тик-так» — почему-то звучит в голове. Легкое дуновение ветра, касается моих волос и запускает мурашки по всему телу, и мне кажется, что я на свободе, меня отпустили.
Только это не так... Осознание накрывает, когда я понимаю, что это не ветер, это дыхание. Пашаев словно хищник принюхивается к добыче и решает, как поступить дальше.
- Ты будешь танцевать, — шепчет на ушко. - Как бы ни старалась, будешь. Только танцевать и столько, сколько я попрошу.
— Закрой дверь, — Дима не просит, а приказывает ледяным голосом. — Не дотерпела до дома?
— Ты ж не хотел детей? — спрашиваю с порога, даже не поздоровавшись. — Какого хрена, Озеров?
— Причём тут дети?
— При том, что у тебя то «не время», то «не хочу», то понос, то золотуха! Так какого чёрта?
— Дети тут не при чём, — отрезает Дима.
— А что при чём? Что она моложе?Расскажи мне, что «при чём», Дим, мне прямо интересно послушать.
— Ты сейчас закатываешь сцену на рабочем месте.
— Ты офигел? — пытаюсь выбраться из кресла, но Дима опускает ладонь на плечо, не давая пошевелиться.
— Такое поведение не приемлемо, Лолита Григорьевна, — шипит он, наклоняясь ниже.
— Ты сейчас разговариваешь со мной, как с сотрудницей, которая опоздала на планёрку!
— Может, потому что ты и есть сотрудница, — бросает он резко.
— Знаешь что, — говорю раньше, чем успеваю обдумать слова, — я уже заявление на развод подала.
— Нет, — ухмыляется он нагло.
— Да. И, кстати, я тебе изменяла.
— Ты ж не хотел детей? — спрашиваю с порога, даже не поздоровавшись. — Какого хрена, Озеров?
— Причём тут дети?
— При том, что у тебя то «не время», то «не хочу», то понос, то золотуха! Так какого чёрта?
— Дети тут не при чём, — отрезает Дима.
— А что при чём? Что она моложе?Расскажи мне, что «при чём», Дим, мне прямо интересно послушать.
— Ты сейчас закатываешь сцену на рабочем месте.
— Ты офигел? — пытаюсь выбраться из кресла, но Дима опускает ладонь на плечо, не давая пошевелиться.
— Такое поведение не приемлемо, Лолита Григорьевна, — шипит он, наклоняясь ниже.
— Ты сейчас разговариваешь со мной, как с сотрудницей, которая опоздала на планёрку!
— Может, потому что ты и есть сотрудница, — бросает он резко.
— Знаешь что, — говорю раньше, чем успеваю обдумать слова, — я уже заявление на развод подала.
— Нет, — ухмыляется он нагло.
— Да. И, кстати, я тебе изменяла.
— Я замужняя женщина на пятом десятке.
— А я бывший военный и привык брать своё.
Она убегала от мужа, от предательства, от собственной боли. И вошла в чужую калитку — к трём незнакомым мужчинам, которые просто пожарили шашлык.
❤️ Измена мужа.
❤️ Героиня 45+.
❤️ Трое харизматичных соседей.
❤️ Новая любовь.
❤️ ХЭ для тех, кто заслужил.
— А я бывший военный и привык брать своё.
Она убегала от мужа, от предательства, от собственной боли. И вошла в чужую калитку — к трём незнакомым мужчинам, которые просто пожарили шашлык.
❤️ Измена мужа.
❤️ Героиня 45+.
❤️ Трое харизматичных соседей.
❤️ Новая любовь.
❤️ ХЭ для тех, кто заслужил.
Двадцать пять лет Алексей был мужем, отцом и врачом — человеком, на которого все привыкли опираться. Когда дочь получает право поступить в медицинский и готовится начать взрослую жизнь, он решает: долг выполнен. Пора уйти из брака, где давно не осталось любви.
Новая женщина и её трое детей дают ему то, чего он так жаждал: тепло, восхищение и ощущение, что дома его действительно ждут. Но очень скоро свобода превращается в новый груз, а за попытку начать сначала приходится платить доверием дочери, болью бывшей жены и собственной уверенностью.
Чтобы понять, чего он хочет на самом деле, Алексею придётся признать: уйти от семьи проще, чем перестать жить из чувства долга.
Новая женщина и её трое детей дают ему то, чего он так жаждал: тепло, восхищение и ощущение, что дома его действительно ждут. Но очень скоро свобода превращается в новый груз, а за попытку начать сначала приходится платить доверием дочери, болью бывшей жены и собственной уверенностью.
Чтобы понять, чего он хочет на самом деле, Алексею придётся признать: уйти от семьи проще, чем перестать жить из чувства долга.
- Приди в себя, дура! - кричит муж, занося надо мной руку, и я инстинктивно съеживаюсь, прикрывая голову. - Что ты собралась делать? Разводиться? Кому ты в сорок пять нужна-то будешь? Останешься у разбитого корыта!
Я застала мужа с любовницей прямо на свадьбе нашей дочери! Двадцать пять лет брака превратились в пепел. Моя жизнь рухнула в одночасье. Я раздавлена, унижена, но должна терпеть? Вот уж нет! Я начну все сначала и докажу всем, что в 45 жизнь только начинается. Но есть одна проблема - муж готов пойти на все, чтобы вернуть меня.
Я застала мужа с любовницей прямо на свадьбе нашей дочери! Двадцать пять лет брака превратились в пепел. Моя жизнь рухнула в одночасье. Я раздавлена, унижена, но должна терпеть? Вот уж нет! Я начну все сначала и докажу всем, что в 45 жизнь только начинается. Но есть одна проблема - муж готов пойти на все, чтобы вернуть меня.
Она приехала к нему за томатами. А нашла то, что давно перестала искать.
Кира — успешный шеф-повар, привыкший держать под контролем кухню, сотрудников, поставщиков и собственные чувства. После смерти жениха она решила, что больше никогда не позволит случайности разрушить ее жизнь.
И у нее почти получилось.
Пока новый проект не приводит ее на ферму Матвея.
Спокойный, упрямый и слишком проницательный фермер раздражает Киру с первой встречи. А его маленький сын Илья покоряет ее с первого взгляда. Их ферма живет по совершенно невозможному принципу: не все в этом мире нужно торопить.
Даже чувства.
Но прошлое не исчезает только потому, что однажды встретился тот, с кем хочется будущего.
И когда привычный мир снова потребует от Киры сделать выбор, ей придется решить, что страшнее: еще раз потерять любовь или отказаться от нее вовсе.
Кира — успешный шеф-повар, привыкший держать под контролем кухню, сотрудников, поставщиков и собственные чувства. После смерти жениха она решила, что больше никогда не позволит случайности разрушить ее жизнь.
И у нее почти получилось.
Пока новый проект не приводит ее на ферму Матвея.
Спокойный, упрямый и слишком проницательный фермер раздражает Киру с первой встречи. А его маленький сын Илья покоряет ее с первого взгляда. Их ферма живет по совершенно невозможному принципу: не все в этом мире нужно торопить.
Даже чувства.
Но прошлое не исчезает только потому, что однажды встретился тот, с кем хочется будущего.
И когда привычный мир снова потребует от Киры сделать выбор, ей придется решить, что страшнее: еще раз потерять любовь или отказаться от нее вовсе.
— Любимая, как наш сын?! — мой муж влетает в родильный зал и падает на колени перед пациенткой.
Я замираю, не в силах сделать и вдоха. Женщина на кресле — его молодая помощница. А ребенок, которого я только что собственными руками чудом вытащила с того света — его.
Антон медленно оборачивается и смотрит на меня без капли стыда:
— Да, Катя, это мой наследник. А ты просто выполняй свою работу.
Пять лет брака оказались чудовищной иллюзией. В один миг я теряю всё: идеальную семью, дом и даже клинику покойного отца, которую муж расчетливо переписал на себя. Меня вышвыривают на улицу — растоптанную, без копейки денег, сфабриковав против меня подлое уголовное дело.
Я замираю, не в силах сделать и вдоха. Женщина на кресле — его молодая помощница. А ребенок, которого я только что собственными руками чудом вытащила с того света — его.
Антон медленно оборачивается и смотрит на меня без капли стыда:
— Да, Катя, это мой наследник. А ты просто выполняй свою работу.
Пять лет брака оказались чудовищной иллюзией. В один миг я теряю всё: идеальную семью, дом и даже клинику покойного отца, которую муж расчетливо переписал на себя. Меня вышвыривают на улицу — растоптанную, без копейки денег, сфабриковав против меня подлое уголовное дело.
Выберите полку для книги