Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
Измученная, эмоционально выжженная и находящаяся на седьмом месяце беременности Марьяна сломалась.
У неё просто не осталось внутренних сил сопротивляться двум семьям сразу.
Она тупо, безразлично согласилась.
Свадьба была тихой, закрытой, больше похожей на поминки.
Марьяна, бледная, в платье, не скрывающем живот, без тени улыбки на лице вышла замуж за младшего брата своего мертвого парня.
Тинал, надевая ей кольцо на палец, смотрел на неё с такой безграничной, болезненной нежностью и преданностью, что у присутствующих сжималось сердце.
Он знал, что берет в жены женщину, которая любит призрак его брата. Но он был готов ждать всю жизнь.
У неё просто не осталось внутренних сил сопротивляться двум семьям сразу.
Она тупо, безразлично согласилась.
Свадьба была тихой, закрытой, больше похожей на поминки.
Марьяна, бледная, в платье, не скрывающем живот, без тени улыбки на лице вышла замуж за младшего брата своего мертвого парня.
Тинал, надевая ей кольцо на палец, смотрел на неё с такой безграничной, болезненной нежностью и преданностью, что у присутствующих сжималось сердце.
Он знал, что берет в жены женщину, которая любит призрак его брата. Но он был готов ждать всю жизнь.
Я верила, что у нас с Данилой — настоящая близость. Шесть лет верила. Пока однажды не услышала его разговор с другой женщиной. Он говорил ей то, что я когда-то сочинила для него. Те самые истории. Те самые интонации. Те самые жесты. Всё, что я считала нашим.
Это было не просто предательство. Это было системное воровство. И чем дальше я копала, тем яснее становилось: я не единственная жертва. Есть и другие — обманутые, обокраденные, молчавшие годами.
Когда мы нашли друг друга, всё изменилось. Потому что женщины, которым больше нечего терять, способны на многое. Особенно когда нам есть что возвращать.
Это было не просто предательство. Это было системное воровство. И чем дальше я копала, тем яснее становилось: я не единственная жертва. Есть и другие — обманутые, обокраденные, молчавшие годами.
Когда мы нашли друг друга, всё изменилось. Потому что женщины, которым больше нечего терять, способны на многое. Особенно когда нам есть что возвращать.
— Ты слишком сладкая для моего спокойствия, пышка…
Я пришла в ресторан Аслана Бекова всего лишь на работу.
Хотела печь десерты, получать зарплату и не влюбляться в опасных мужчин.
Но в первый же день я уронила торт прямо на кавказского босса.
Теперь он смотрит на меня так, будто уже присвоил.
Слишком большой.
Слишком властный.
Слишком опасный.
А ещё — безумно красивый.
Только вот такие мужчины не ухаживают.
Они забирают.
— Не подходи ко мне!
— Поздно, девочка. Я уже подсел на тебя.
Он ненавидит, когда на меня смотрят другие.
Ревнует.
Контролирует.
Сводит с ума своими прикосновениями.
А я слишком хорошо помню, как больно быть «неидеальной» для мужчины…
Вот только Аслан, кажется, готов уничтожить любого, кто посмеет назвать меня недостаточно красивой.
Я пришла в ресторан Аслана Бекова всего лишь на работу.
Хотела печь десерты, получать зарплату и не влюбляться в опасных мужчин.
Но в первый же день я уронила торт прямо на кавказского босса.
Теперь он смотрит на меня так, будто уже присвоил.
Слишком большой.
Слишком властный.
Слишком опасный.
А ещё — безумно красивый.
Только вот такие мужчины не ухаживают.
Они забирают.
— Не подходи ко мне!
— Поздно, девочка. Я уже подсел на тебя.
Он ненавидит, когда на меня смотрят другие.
Ревнует.
Контролирует.
Сводит с ума своими прикосновениями.
А я слишком хорошо помню, как больно быть «неидеальной» для мужчины…
Вот только Аслан, кажется, готов уничтожить любого, кто посмеет назвать меня недостаточно красивой.
Они вышли на крыльцо вместе.
Андрей привычным движением приобнял её за талию под бежевым пальто, резко притянул к себе, и они поцеловались. Не быстро, не украдкой, не оглядываясь по сторонам. Они целовались посреди дня, посреди оживлённой улицы. Как люди, которым больше нечего скрывать.
— Так вот какая у тебя важная встреча, — сказала я.
— Прости. Так получилось. Может, оно даже и к лучшему. Всё равно надо было решать. Я завтра приеду домой, заберу свои вещи. Давай только без сцен.
— Да, Андрей. Так действительно даже лучше, — мягко согласилась я. — Я и сама давно не знала, как тебе сказать. Только завтра приезжать не нужно. Вещи свои забери сегодня. Ключи оставишь на тумбочке в прихожей.
— В смысле — сегодня? — почти воскликнул он, и в его баритоне прорезалась обиженная, капризная и глубоко возмущённая нотка, которая всегда бывает у эгоистичных людей, когда у них резко отбирают то, что они уже мысленно успели присвоить. — Нина, ты это ещё о чём вообще?
Андрей привычным движением приобнял её за талию под бежевым пальто, резко притянул к себе, и они поцеловались. Не быстро, не украдкой, не оглядываясь по сторонам. Они целовались посреди дня, посреди оживлённой улицы. Как люди, которым больше нечего скрывать.
— Так вот какая у тебя важная встреча, — сказала я.
— Прости. Так получилось. Может, оно даже и к лучшему. Всё равно надо было решать. Я завтра приеду домой, заберу свои вещи. Давай только без сцен.
— Да, Андрей. Так действительно даже лучше, — мягко согласилась я. — Я и сама давно не знала, как тебе сказать. Только завтра приезжать не нужно. Вещи свои забери сегодня. Ключи оставишь на тумбочке в прихожей.
— В смысле — сегодня? — почти воскликнул он, и в его баритоне прорезалась обиженная, капризная и глубоко возмущённая нотка, которая всегда бывает у эгоистичных людей, когда у них резко отбирают то, что они уже мысленно успели присвоить. — Нина, ты это ещё о чём вообще?
— Ты выбрал другую. Почему снова вернулся ко мне?
— Потому что так и не смог тебя разлюбить.
Алина сбежала от любви Ярослава, когда поняла: рядом с ним ей становится тесно дышать.
Он женился на другой, пытаясь забыть женщину, которую так и не отпустил.
Но всё меняется, когда Алина сообщает о беременности.
Теперь между ними — ревнивая жена, ненависть свекрови, ложь, старые обиды и маленькая девочка, которая может либо разрушить их окончательно, либо подарить второй шанс.
История о любви, которая оказалась сильнее развода, чужого брака и страха снова открыть сердце.
— Потому что так и не смог тебя разлюбить.
Алина сбежала от любви Ярослава, когда поняла: рядом с ним ей становится тесно дышать.
Он женился на другой, пытаясь забыть женщину, которую так и не отпустил.
Но всё меняется, когда Алина сообщает о беременности.
Теперь между ними — ревнивая жена, ненависть свекрови, ложь, старые обиды и маленькая девочка, которая может либо разрушить их окончательно, либо подарить второй шанс.
История о любви, которая оказалась сильнее развода, чужого брака и страха снова открыть сердце.
Два года назад Марина оставила в Греции не только море и солнце. Она оставила там девятнадцатилетнего Платона - сына своей лучшей подруги. Ту запретную любовь, после которой она клялась забыть всё.
Теперь у неё спокойная жизнь, достойный жених, планы на свадьбу. Она почти научилась не вспоминать. Почти.
Но в её офисе появляется новый сотрудник. Молодой, дерзкий, невыносимо красивый. И от его взгляда у неё подкашиваются колени, а тело предательски жаждет его прикосновений.
Теперь у неё есть два месяца до свадьбы. Жених, который её не слышит. Подруга, которая молчит о сыне. И любовник, который готов перевернуть её жизнь.
Но какой ценой?
Теперь у неё спокойная жизнь, достойный жених, планы на свадьбу. Она почти научилась не вспоминать. Почти.
Но в её офисе появляется новый сотрудник. Молодой, дерзкий, невыносимо красивый. И от его взгляда у неё подкашиваются колени, а тело предательски жаждет его прикосновений.
Теперь у неё есть два месяца до свадьбы. Жених, который её не слышит. Подруга, которая молчит о сыне. И любовник, который готов перевернуть её жизнь.
Но какой ценой?
Дверь была приоткрыта ровно настолько, чтобы я могла видеть.
Я не толкала её. Не прикасалась. Она просто стояла так — с этой тонкой золотой полосой света у порога, с женским смехом за ней — и я смотрела в щель, как смотрят в замочную скважину чужой жизни. Только это была моя жизнь. Моя — и всё же совершенно чужая.
Я увидела фрагменты. Как в разбитом зеркале — осколки, каждый из которых отражает что-то отдельное, и мозг судорожно пытается сложить их в картину, хотя лучше бы не складывал.
Прикроватная тумба. На ней — бутылка. Тёмно-бордовая, с характерной этикеткой. «Бароло». То самое. Не такое же — именно то, потому что такое в Москве не найти просто так, я искала неделю и была единственным человеком в этом городе, который нашёл последнюю бутылку в маленьком магазине на Чистых прудах.
Я стояла и смотрела на эту бутылку.
Потом увидела его.
Женщину я увидела через секунду...
Я не толкала её. Не прикасалась. Она просто стояла так — с этой тонкой золотой полосой света у порога, с женским смехом за ней — и я смотрела в щель, как смотрят в замочную скважину чужой жизни. Только это была моя жизнь. Моя — и всё же совершенно чужая.
Я увидела фрагменты. Как в разбитом зеркале — осколки, каждый из которых отражает что-то отдельное, и мозг судорожно пытается сложить их в картину, хотя лучше бы не складывал.
Прикроватная тумба. На ней — бутылка. Тёмно-бордовая, с характерной этикеткой. «Бароло». То самое. Не такое же — именно то, потому что такое в Москве не найти просто так, я искала неделю и была единственным человеком в этом городе, который нашёл последнюю бутылку в маленьком магазине на Чистых прудах.
Я стояла и смотрела на эту бутылку.
Потом увидела его.
Женщину я увидела через секунду...
Узнав об измене мужа, Марина не рушится, а собирает себя заново — проект парка, крошечный клочок земли у новой квартиры и право на собственную жизнь. Пока бывший муж тонет в иллюзиях новой свободы, она доказывает: иногда лучший способ пережить долгую зиму — вырастить свой сад.
«Жизнь не ломается в один день — она тихо выцветает, как старая ткань». Катя была удобной женой успешного ресторатора, пока однажды не поняла, что исчезает. Уйти из особняка в съёмную квартиру, развестись, начать всё с нуля после сорока — страшно. Но ещё страшнее однажды проснуться мёртвой внутри. Этот роман — не о том, как женщина мстит бывшему. Это история о том, как она возвращает себе голос, учится дышать и встречает любовь, в которой не нужно уменьшаться.
Он женат. У него двое детей. И он мой босс.
Я должна была помнить это каждую минуту.
Я пришла в «Северный сад», чтобы спасти репутацию элитной школы после громкого скандала. Работа, три месяца контракта — и никаких личных слабостей.
Но Артем Вольский оказался не просто владельцем школы.
Он был мужчиной, рядом с которым опасно дышать глубже.
Его идеальная жена улыбалась слишком холодно. Его дочь смотрела на меня с ненавистью. Его младший сын молчал после происшествия, о котором все боялись говорить.
А сам Артем смотрел так, будто я видела его настоящим.
Я не хотела этой любви. Не имела права. Моя мать однажды уже вошла в чужую семью и разрушила ее, а я всю жизнь жила с последствиями ее ошибки.
Но чем ближе я подходила к правде, тем яснее понимала: в этом доме давно нет счастливой семьи.
Есть страх. Ложь. Дети, которых заставили молчать.
И мужчина, который должен сначала потерять свою красивую ложь, чтобы получить право на настоящее чувство.
Я должна была помнить это каждую минуту.
Я пришла в «Северный сад», чтобы спасти репутацию элитной школы после громкого скандала. Работа, три месяца контракта — и никаких личных слабостей.
Но Артем Вольский оказался не просто владельцем школы.
Он был мужчиной, рядом с которым опасно дышать глубже.
Его идеальная жена улыбалась слишком холодно. Его дочь смотрела на меня с ненавистью. Его младший сын молчал после происшествия, о котором все боялись говорить.
А сам Артем смотрел так, будто я видела его настоящим.
Я не хотела этой любви. Не имела права. Моя мать однажды уже вошла в чужую семью и разрушила ее, а я всю жизнь жила с последствиями ее ошибки.
Но чем ближе я подходила к правде, тем яснее понимала: в этом доме давно нет счастливой семьи.
Есть страх. Ложь. Дети, которых заставили молчать.
И мужчина, который должен сначала потерять свою красивую ложь, чтобы получить право на настоящее чувство.
Подборка эмоциональных любовных романов
Выберите полку для книги