Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
-Я сплю с твоим мужем. Он оставил свое обручальное кольцо у меня. Оно ему не нужно, как и ваш протухший брак. Миша любит меня, а с тобой из жалости. Ты же умная, должна понимать, что не удержишь его детьми!
Я едва не выронила пакет с вещами из рук. Откровенные фото рассыпаются веером у моих ног. Сердце болезненно сжимается.
Оборачиваюсь и смотрю на мужа. Предатель ведет себя как ни в чем не бывало.
-Как давно ты изменяешь мне? - с хрипом вырывается из горла.
В глазах моего мужа минутно мелькает смятение, будто я застала его с любовницей здесь и сейчас.
-Кристина, я все объясню. Только давай без истерик, - холодно произносит, не глядя в мою сторону.
-Ничего не нужно объяснять. Мы разводимся, - отвечаю ему мертвым голосом.
-Если тебе будет легче от этого, - выдавил он и хлопнул дверью
Я жила, как в сказке и считала нашу семью идеальной, но в один день все закончилось. Я ушла от предателя, и думала, что на этом точка.
Но бывший муж снова ворвался в мою спокойную жизнь...
Я едва не выронила пакет с вещами из рук. Откровенные фото рассыпаются веером у моих ног. Сердце болезненно сжимается.
Оборачиваюсь и смотрю на мужа. Предатель ведет себя как ни в чем не бывало.
-Как давно ты изменяешь мне? - с хрипом вырывается из горла.
В глазах моего мужа минутно мелькает смятение, будто я застала его с любовницей здесь и сейчас.
-Кристина, я все объясню. Только давай без истерик, - холодно произносит, не глядя в мою сторону.
-Ничего не нужно объяснять. Мы разводимся, - отвечаю ему мертвым голосом.
-Если тебе будет легче от этого, - выдавил он и хлопнул дверью
Я жила, как в сказке и считала нашу семью идеальной, но в один день все закончилось. Я ушла от предателя, и думала, что на этом точка.
Но бывший муж снова ворвался в мою спокойную жизнь...
Я открыла дверь и сначала подумала, что ошиблись. Молодая, очень ухоженная, с холодной улыбкой и глазами, в которых не было ни капли сомнения, а лишь злость и зависть.
Она не представилась. Просто бросила на тумбу у входа плотный белый конверт. Из него выскользнули фотографии.
Тимур. Постель. Она.
— Он мой, — сказала она. Ровно, спокойно, будто повторяла фразу из старой пьесы. — У нас будет двойня. Два сына. Так что, лошадка, можешь скакать отсюда. Ты своё уже отскакала. Наследника ты не дала — я дам.
Она развернулась и ушла.
А я стояла. В своём доме. С чужими фото в руках.
И будто вся жизнь — та, что была до этого момента — сгорела за один вдох.
Только пепел остался.
Пепел и огонь в груди.
И я ещё не знаю, как встану.
Но знаю точно: встану. И пусть горит всё к чертям. Но не я.
Она не представилась. Просто бросила на тумбу у входа плотный белый конверт. Из него выскользнули фотографии.
Тимур. Постель. Она.
— Он мой, — сказала она. Ровно, спокойно, будто повторяла фразу из старой пьесы. — У нас будет двойня. Два сына. Так что, лошадка, можешь скакать отсюда. Ты своё уже отскакала. Наследника ты не дала — я дам.
Она развернулась и ушла.
А я стояла. В своём доме. С чужими фото в руках.
И будто вся жизнь — та, что была до этого момента — сгорела за один вдох.
Только пепел остался.
Пепел и огонь в груди.
И я ещё не знаю, как встану.
Но знаю точно: встану. И пусть горит всё к чертям. Но не я.
— Женюсь на первой девушке, которая сюда войдет! Мамой клянусь! — раздается низкий голос мужчины.
Я вошла в кафе национальной кавказской кухни.
В помещении резко становится тихо.
Все замерли.
Кто-то из мужчин за столом произносит:
— Ваха, а ты слово держишь? Ты мамой поклялся, что женишься…
***
Я и не подозревала, что именно я стану той самой девушкой, на которой поклялся жениться горячий кавказец.
Мы друг другу не нравимся.
Он считает меня глупой Барби, а я его — грубым дикарем.
Кажется, у нас нет ничего общего.
Или все-таки есть?
Я вошла в кафе национальной кавказской кухни.
В помещении резко становится тихо.
Все замерли.
Кто-то из мужчин за столом произносит:
— Ваха, а ты слово держишь? Ты мамой поклялся, что женишься…
***
Я и не подозревала, что именно я стану той самой девушкой, на которой поклялся жениться горячий кавказец.
Мы друг другу не нравимся.
Он считает меня глупой Барби, а я его — грубым дикарем.
Кажется, у нас нет ничего общего.
Или все-таки есть?
Лена собралась к подруге на день рождения. Но перед этим ей надо заглянуть ко врачу — прямо в вечернем платье, при полном параде. Ведь она давно мучается от бессонницы, а другого времени у врача просто не было. Встреча врача и пациентки сразу не задалась. Но кто мог подумать, что уже спустя пару часов на дне рождения у подруги Лена испытает самое большое предательство в её жизни, и именно он, этот врач, окажется рядом, чтобы помочь ей пережить горечь и боль. Он буквально научит Лену заново дышать!
Эмоциональная череда событий — отчасти случайных, отчасти произошедших в результате поступков героев… И летний дождь. Много летнего дождя, который сплетает две жизни.
Эмоциональная череда событий — отчасти случайных, отчасти произошедших в результате поступков героев… И летний дождь. Много летнего дождя, который сплетает две жизни.
— Вика, ты разрушаешь нашу семью. Зачем?
— Я?! Ты думаешь, что говоришь, Петенька?! Ты сделал все за меня единолично!
— Вик, то, что ты видела…
— Замолчи!!! — горло взрывается болью от надрывного крика. Руки трясутся, сердце долбит в грудную клетку. Сильным толчком я пихаю чемодан к нему, глядя, как он катится к его ногам. — Я знала. Знала давно. Только надеялась, дура такая, что ты ушел от нее. Ведь мы пытались… — слезы застилают глаза, голос срывается.
— Вик… — он делает шаг навстречу, — так получилось.
— Нет, Петя. Так не получилось. Ты специально согласился и спал со мной, пока твоя Маша была беременна! Да! Я знаю, как ее зовут!
— Боже… — Петя садится на чемодан, обхватывая голову.
— Не вспоминай бога! Просто уходи. Так больно, что я готова убить тебя. Пил таблетки, чтобы у нас ничего не вышло?
Один взгляд на меня, и я вижу в нем ответ.
— Гад. Какой же ты гад.
Крыть больше нечем. Я только горько усмехаюсь ему в лицо.
— Я?! Ты думаешь, что говоришь, Петенька?! Ты сделал все за меня единолично!
— Вик, то, что ты видела…
— Замолчи!!! — горло взрывается болью от надрывного крика. Руки трясутся, сердце долбит в грудную клетку. Сильным толчком я пихаю чемодан к нему, глядя, как он катится к его ногам. — Я знала. Знала давно. Только надеялась, дура такая, что ты ушел от нее. Ведь мы пытались… — слезы застилают глаза, голос срывается.
— Вик… — он делает шаг навстречу, — так получилось.
— Нет, Петя. Так не получилось. Ты специально согласился и спал со мной, пока твоя Маша была беременна! Да! Я знаю, как ее зовут!
— Боже… — Петя садится на чемодан, обхватывая голову.
— Не вспоминай бога! Просто уходи. Так больно, что я готова убить тебя. Пил таблетки, чтобы у нас ничего не вышло?
Один взгляд на меня, и я вижу в нем ответ.
— Гад. Какой же ты гад.
Крыть больше нечем. Я только горько усмехаюсь ему в лицо.
Ася, столкнувшись с изменой мужа, пытается убежать от проблем, и судьба приводит её в глухую деревню, к человеку, который сам пережил предательство и нашёл спасение в одиночестве.
Жизнь Петра – это не про деревенский уют, а убежище бойца на «переднем крае» собственной жизни. Всё функционально, всё на своём месте, ничего лишнего.
В его осознанном одиночестве появление Аси становится резким контрастом: она – хаос, нежность, вопрос без ответа в его чётко выстроенном мире.
История о том, как боль может стать началом исцеления, а одиночество – путём к настоящей близости.
Жизнь Петра – это не про деревенский уют, а убежище бойца на «переднем крае» собственной жизни. Всё функционально, всё на своём месте, ничего лишнего.
В его осознанном одиночестве появление Аси становится резким контрастом: она – хаос, нежность, вопрос без ответа в его чётко выстроенном мире.
История о том, как боль может стать началом исцеления, а одиночество – путём к настоящей близости.
– Ты привез в мою больницу свою беременную любовницу, Антон! Это вообще как?!
Я кричу от боли, а мой муж лишь смотрит на меня.
– Ты использовал меня, Антон. Осознанно!
– Прекрати драматизировать, Катя. Я не мог иначе, – отвечает уверенно.
У меня душа разрывается на части, когда я, глотая слезы, проговариваю:
– Ты мог вызвать скорую. Ты мог отвезти ее в любую другую больницу в этом городе. Но ты привез ее ко мне. К своей жене. Почему?!
Ковалев окидывает меня внимательным взглядом, ухмыляется и отвечает уверенно:
– Потому что никто, кроме тебя, не смог бы спасти моего долгожданного сына…
Муж предал, вонзил нож в спину, только он не мог знать, что затем случится то, что полностью изменит все…
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
Я кричу от боли, а мой муж лишь смотрит на меня.
– Ты использовал меня, Антон. Осознанно!
– Прекрати драматизировать, Катя. Я не мог иначе, – отвечает уверенно.
У меня душа разрывается на части, когда я, глотая слезы, проговариваю:
– Ты мог вызвать скорую. Ты мог отвезти ее в любую другую больницу в этом городе. Но ты привез ее ко мне. К своей жене. Почему?!
Ковалев окидывает меня внимательным взглядом, ухмыляется и отвечает уверенно:
– Потому что никто, кроме тебя, не смог бы спасти моего долгожданного сына…
Муж предал, вонзил нож в спину, только он не мог знать, что затем случится то, что полностью изменит все…
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
— Алёна, не начинай, — устало бросил муж. — Майя беременна.
Я смотрела на него и пыталась понять, в какой момент мой Олег превратился в чужого мужчину.
— От тебя?
Он помолчал. И этим молчанием добил больше даже, чем признанием.
— Не знаю.
Я улыбнулась от идиотизма ситуации. Наверное, некрасиво или даже зло. Но после двадцати шести лет брака женщина имеет право улыбаться, когда муж говорит про беременность любовницы и не знает, от кого ребёнок.
— Собирай вещи, Олег. Я подаю на развод.
Он даже не испугался. Только посмотрел на меня так, будто я снова должна была быть разумной.
— Развод? Не смеши. Ты поможешь мне всё уладить. Ради дочери. Ради внука. Ради семьи.
Ради семьи.
Только дальше выяснилось, что беременность его любовницы — не самая страшная правда…
Я смотрела на него и пыталась понять, в какой момент мой Олег превратился в чужого мужчину.
— От тебя?
Он помолчал. И этим молчанием добил больше даже, чем признанием.
— Не знаю.
Я улыбнулась от идиотизма ситуации. Наверное, некрасиво или даже зло. Но после двадцати шести лет брака женщина имеет право улыбаться, когда муж говорит про беременность любовницы и не знает, от кого ребёнок.
— Собирай вещи, Олег. Я подаю на развод.
Он даже не испугался. Только посмотрел на меня так, будто я снова должна была быть разумной.
— Развод? Не смеши. Ты поможешь мне всё уладить. Ради дочери. Ради внука. Ради семьи.
Ради семьи.
Только дальше выяснилось, что беременность его любовницы — не самая страшная правда…
Тарас — человек, который за деньги решает любые проблемы. Эля — правильная девушка, привыкшая всё контролировать. Их миры не должны были пересечься.
Эля всегда была идеальной: умной, собранной, целеустремлённой. Но однажды ей приходится обратиться к тому, за плечами которого не одна сломанная жизнь.
Тарас не ищет любви, не строит планов и никому не доверяет. Но встреча с Элей заставляет вспомнить, что значит быть живым.
Они договариваются о сделке, которая меняет всё. Он даёт ей защиту, она лечит его душу. Но когда у них появляется шанс на будущее, тени прошлого возвращаются.
Эля всегда была идеальной: умной, собранной, целеустремлённой. Но однажды ей приходится обратиться к тому, за плечами которого не одна сломанная жизнь.
Тарас не ищет любви, не строит планов и никому не доверяет. Но встреча с Элей заставляет вспомнить, что значит быть живым.
Они договариваются о сделке, которая меняет всё. Он даёт ей защиту, она лечит его душу. Но когда у них появляется шанс на будущее, тени прошлого возвращаются.
— Тётя Милана, а ты опять придёшь к нам ночевать? — спрашивает моя шестилетняя дочь Снегурочку на утреннике. При всём зале.
— Фантазёрка, — говорю я соседке. И смеюсь, чтобы не завыть.
Через десять минут я своими глазами вижу, кого фантазировала моя дочь.
Муж без бороды Деда Мороза. Снегурочка у него на коленях.
А ещё через минуту — что заведующая садом всё это время была не свидетелем, а сообщницей. Матерью той самой Снегурочки.
Муж не оправдывается. Он объявляет развод — и забирает квартиру. Служебную. Записанную на него.
Я ухожу из этого кабинета женщиной, у которой отняли всё за один вечер.
Но домой я вернусь уже другой.
— Фантазёрка, — говорю я соседке. И смеюсь, чтобы не завыть.
Через десять минут я своими глазами вижу, кого фантазировала моя дочь.
Муж без бороды Деда Мороза. Снегурочка у него на коленях.
А ещё через минуту — что заведующая садом всё это время была не свидетелем, а сообщницей. Матерью той самой Снегурочки.
Муж не оправдывается. Он объявляет развод — и забирает квартиру. Служебную. Записанную на него.
Я ухожу из этого кабинета женщиной, у которой отняли всё за один вечер.
Но домой я вернусь уже другой.
Подборка эмоциональных любовных романов
Выберите полку для книги