Книги в жанре «Современная проза» по тегу «razvod»

- Квартиру я тебя попрошу освободить, - спокойно заявляет муж. - Наташе она очень понравилась. Но не переживай, я сниму вам с Антоном что-нибудь поменьше. На первое время… Ну а потом как-нибудь сама.
Ухмыльнувшись, Витя проходит мимо и слегка толкает меня плечом. Шатнувшись в сторону, я резко произношу:
- Я соглашусь на твои условия только в одном случае. Ты купишь квартиру Антону. Не снимешь, а купишь!
- Нет. Сейчас не лучшее время для покупки жилья, в бизнесе не всё гладко…
- Да что ты говоришь? Ты поэтому снял со счёта деньги, которые мы копили на квартиру для нашего сына? Чтобы купить цацку своей Наташеньке? Вить, у тебя вообще совесть есть или как?
Хмыкнув, Витя с издёвкой уточняет:
- Мы копили? Катюш, ты что-то путаешь. Счёт мой и деньги тоже мои. Запомни, ты не в том положении, чтобы со мной воевать. Силёнок не хватит.
Он разворачивается и уходит. А я зло смотрю ему вслед, цепляясь за мысль о найденном компромате…
Это мы еще посмотрим, у кого на что силёнок не хвати

— Твоя жена — жалкая курица, даже ребёнка родить не может. А я могу! Могу забеременеть! Хочешь, прямо здесь? На этом самом столе?
Стою за дверью кабинета мужа. Слушаю этот наглый шёпот секретарши, и в голове только одна мысль: «Сбежать!».
Что делать, когда счастье рассыпается на глазах?
Конечно, разводиться и прятаться в деревне. Только вот вместо спокойствия ждала суровая правда жизни в виде бабы Любы, сбежавшей коровы и мужа, который решил догонять меня в костюме от Армани.
Но как поверить снова, если доверие уже разбито вдребезги?

— Ты на паре?
— На паре. Экзамен.
— В девять сорок вечера? Экзамен?
Он замолчал. Этого хватило.
Я — фельдшер приёмного. Он — преподаватель. Дети, кот, вдруг кружка с чужой помадой на нашей кухне. «Ночь перед экзаменом» превращается в ночь вранья, а пресс-служба заканчивается поцелуем «за закрытой дверью».
Я включила диктофон раньше, чем он придумал алиби. Двадцать семь секунд — и тишина стала уликой. Кольцо — в воду. Предателя — за борт. Он пожалеет, начнет захлебываться, но назад дороги не будет.

— Это не шутка?
— Нет, Айгуль. Она теперь будет жить с нами.
— Она — моя сестра. Моя младшая сестра, Руслан!
— Так решили. Смирись.
Он привёл в дом вторую жену. Моё место заняла та, кому я доверяла всю жизнь. Младшая сестра. Родная кровь.
Родня велит молчать, «таковы традиции», но как молчать, если рушат твою семью?
Я не смирилась. Я видела, как мужа и сестру связывают тайные бумаги, доверенности, никях. Я чувствовала, как уводят детей у меня из рук. И каждый день проживала заново одну и ту же боль — предательство в собственном доме.
Но есть предел. И когда он наступил — я перестала быть жертвой. Я выбрала бороться. По-настоящему. Против всех.

— У тебя роман с ней?
— Она мой руководитель, Лена. Не придумывай.
— Правда? Тогда почему твоя «руководитель» беременна от тебя?
Я не кричала. Просто смотрела на мужа и думала, что хуже предательства не бывает.
Но ошибалась.
Хуже — узнать, что любовница твоего мужа — его начальница.
Та, ради которой он продал и честь, и семью.
Я ждала второго ребёнка. Он — новую должность.
А потом в мою жизнь вошёл её муж.
Властный. Холодный. Мужчина, перед которым весь город склоняет голову.

«Развод — это когда ты заказываешь одного щелкунчика на ёлку, а жизнь подсовывает тебе целого живого лесника с топором… и чувством юмора.»

Катерина Бондарева планировала встретить первый Новый год после развода в гордом одиночестве с бокалом вина и злорадными мыслями о бывшем. Но судьба, в лице её же собственной взбунтовавшейся взрослой дочери, забросила её в самый центр семейного праздника в чужом загородном доме. Где кроме милых родственников оказался ещё и он. Хозяин дома. Бывший военный, ныне владелец пекарни. Сложный, неудобный, с травмами прошлого и… абсолютно не готовый к тому, что в его жизнь ворвется психолог-неудачница с чемоданом обид и фирменным салатом «Оливье мести».

— Ты слышала? Генерал вернулся.
— Видела. И не один. Молодую привёз.
Я всё услышала первой. От соседей. А вечером он подтвердил сам.
— Я ухожу от тебя. Она будет со мной.
— А мы? Дети?
— Я вас обеспечу.
Двадцать лет брака он перечеркнул одним спокойным голосом. Привёл любовницу в наш город, в наш дом, к нашим детям. Думал, я смолчу — ради погон, ради статуса, ради удобства.
Он ошибся.
Я не уйду тихо. И не позволю использовать моих детей как инструмент.
Генерал решил начать войну в семье, но он ещё не знает, на что способна женщина, которую предали.
***
Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны. Сюжет является фантазией автора и не является руководством к действию.

— Мам, а папа вчера почему держал за руку другую девочку?
Я замерла с половником над кастрюлей и сначала даже не поняла, что именно услышала.
— Какую девочку?
— Маленькую. В розовой шапке. И рядом с ним была тётя. Красивая. Он ей улыбался.
Я думала, что страшнее измены ничего нет. Ошибалась. Страшнее — узнать, что у твоего мужа не просто любовница, а целая вторая жизнь. Другая женщина. Чужая девочка, которая зовёт его папой. И ребёнок, которого она носит под сердцем. Пока я варю кашу нашим детям, бегу на работу, проверяю уроки и живу обычной жизнью, мой муж покупает кроватку для малыша от другой и уверен, что я, как всегда, всё стерплю.
Он считал меня удобной. Слишком правильной. Той, которая пошумит и успокоится. Но он жестоко ошибся. Потому что я не собираюсь рыдать в углу и делить его с другой. Я покажу ему, каково это — потерять всё сразу. Дом. Детей. Лицо. Спокойную жизнь. И когда он поймёт, что натворил, будет уже поздно.
Это была моя месть, милый.

— Мир, мы будем родителями. Я беременна. — Озвучила я любимому радостную новость.
— Я ЖЕ ПРОСИЛ! — заорал он так, что я вздрогнула всем телом. — Я ЖЕ ТЕБЯ ПРОСИЛ ПОДОЖДАТЬ!
Слова ударили меня, как пощёчина.
— Мир… — начала я, но он не дал мне договорить.
— Как так получилось, а?! Ты же пила таблетки? Или ты специально? Решила меня привязать? Думала, если залетела, так я теперь никуда не денусь?
— Нет! Что ты! Я не специально! Это случайно, я не знаю, как так вышло, может, пропустила или антибиотики повлияли…
— Ты видишь, Ульяна? Ты видишь, в каких условиях мы живём, мать твою?! — Он обвёл рукой нашу прихожую, тесную, с облупившимися обоями, с дешёвым линолеумом.
— Мир, я всё равно сижу дома, — сказала я, чувствуя, как голос начинает дрожать, как слёзы уже текут по щекам. — У меня есть время.
— Я сказал тебе, — произнёс он медленно, чеканя каждое слово, — НИКАКИХ. ДЕТЕЙ. Пока. Ясно
— И что ты предлагаешь? — спросила я шёпотом, хотя уже знала ответ.
— А ты как думаешь?

Пятница. Илья должен вернуться к восьми. Красиво накрытый стол, свечи в низких подсвечниках. Платье, с открытыми плечами.
Ильи все нет. Я иду в гостиную. На столе — его телефон. Он забыл его утром. Тихая вибрация, одна, вторая. Я не хочу читать. Но... Три слова.
«Скучаю. Завтра увидимся?». Имя отправителя — «Настя (работа)».
Я знаю эту Настю. Видела на корпоративе — двадцать семь лет, светлые волосы до пояса, смеётся громко и запрокидывает голову. Илья тогда сказал: «Толковая девчонка, недавно к нам устроилась».
Я слышу, как поворачивается ключ в замке.
***
— Как долго? — спрашиваю я. — Илья. Как. Долго.
— Больше года. Я устал от этого, от того, как мы живём. Ты подстроила свою жизнь под меня, Марина. До такой степени, что я иногда смотрю на тебя и не понимаю — а чего ты хочешь?
И прямо сейчас, я задаю этот вопрос себе впервые за много лет — громко, внутри, почти вслух: Марина. Чего хочешь ты?
А в ответ — тишина.