Книги в жанре «Современная проза» по тегу «razvod»
— Ты скажешь ей о нас?
— Обязательно. Но сначала она должна ошибиться.
— А если не ошибётся?
— Поможем. Организуем роман. Пара фото — и клиника моя.
Я стояла за приоткрытой дверью и слушала, как мой муж планирует мою измену.
Не свою. Мою.
Двадцать лет брака. Общий бизнес. Общая фамилия. И один спокойный голос, который решает лишить меня всего — через грязь, через подставу, через беременную любовницу в его кабинете.
Он просчитался в одном. Я хирург. Когда режут по живому, я не падаю в обморок. Я запоминаю, где болит. И бью точно.
— Обязательно. Но сначала она должна ошибиться.
— А если не ошибётся?
— Поможем. Организуем роман. Пара фото — и клиника моя.
Я стояла за приоткрытой дверью и слушала, как мой муж планирует мою измену.
Не свою. Мою.
Двадцать лет брака. Общий бизнес. Общая фамилия. И один спокойный голос, который решает лишить меня всего — через грязь, через подставу, через беременную любовницу в его кабинете.
Он просчитался в одном. Я хирург. Когда режут по живому, я не падаю в обморок. Я запоминаю, где болит. И бью точно.
Порой отношения заходят в тупик, из них исчезает флёр романтики, и идеальный муж, с которым тебе было хорошо пять лет, предстаёт ленивым, эгоистичным мужчиной, для которого ты не более чем обслуживающий персонал.
И единственный выход выбраться из-под его пагубного влияния – это подать на развод, что я и сделала, собрав вещи и съехав из квартиры Игоря. Вот только он не собирался так легко меня отпускать.
– Почему просто не позвонил? Зачем надо было караулить меня у работы?
– А что такое? Я отвлёк тебя от чего-то важного? Или кого-то важного? Что это был за мужик?
И единственный выход выбраться из-под его пагубного влияния – это подать на развод, что я и сделала, собрав вещи и съехав из квартиры Игоря. Вот только он не собирался так легко меня отпускать.
– Почему просто не позвонил? Зачем надо было караулить меня у работы?
– А что такое? Я отвлёк тебя от чего-то важного? Или кого-то важного? Что это был за мужик?
Десятая годовщина нашей с Димой свадьбы. Ресторан «Панорама». Серо-зелёные глаза блестят от счастья, от праздника, когда точно знаешь: всё правильно.
— Алинка! — Карина машет мне с противоположного конца стола. — Ты потрясающе выглядишь, и в голосе — странный надлом. Как будто это извинение.
— Ты тоже, — улыбаюсь я.
— Дорогие, — Дима поднимает бокал. — Десять лет назад я сделал лучшее в своей жизни. Я женился на прекрасной женщине. — Пауза. Взгляд на меня. — Алина, ты моя опора, моя гордость. За нас.
— За вас! — подхватывают гости.
Я смотрю на Диму и думаю: как же хорошо. Последние годы были трудными — пять лет ожидания ребёнка, но у нас ничего не получалось. А мы держимся.
— Я тоже хочу сказать, — произносит Карина. — За Диму! — говорит она и смотрит прямо на моего мужа. — Почему ты никому не говоришь, что скоро станешь папой? Поздравляю!
Он смотрит на Карину. Он знает, о чём она говорит.
— За нашу дружбу, — говорю я ровным голосом. Никто ничего не понял, кроме нас троих!
— Алинка! — Карина машет мне с противоположного конца стола. — Ты потрясающе выглядишь, и в голосе — странный надлом. Как будто это извинение.
— Ты тоже, — улыбаюсь я.
— Дорогие, — Дима поднимает бокал. — Десять лет назад я сделал лучшее в своей жизни. Я женился на прекрасной женщине. — Пауза. Взгляд на меня. — Алина, ты моя опора, моя гордость. За нас.
— За вас! — подхватывают гости.
Я смотрю на Диму и думаю: как же хорошо. Последние годы были трудными — пять лет ожидания ребёнка, но у нас ничего не получалось. А мы держимся.
— Я тоже хочу сказать, — произносит Карина. — За Диму! — говорит она и смотрит прямо на моего мужа. — Почему ты никому не говоришь, что скоро станешь папой? Поздравляю!
Он смотрит на Карину. Он знает, о чём она говорит.
— За нашу дружбу, — говорю я ровным голосом. Никто ничего не понял, кроме нас троих!
— Папа! — маленький мальчик бросается к моему мужу прямо на плацу. — Ты обещал покатать меня на машине!
Я замираю среди гостей праздника части.
— Вадим… — голос срывается. — Это кто?
Муж бледнеет, но быстро берёт себя в руки.
— Кристина, не здесь.
— Отвечай. Кто этот ребёнок?
Беременная женщина из первого ряда вскакивает и тянет мальчика к себе.
— Мирон, иди к маме!
— К маме? — медленно повторяю я и смотрю на округлившийся живот любовницы. — То есть у тебя уже есть сын… и скоро будет ещё один ребёнок?
— Не устраивай сцену, — холодно цедит муж. — Ты жена офицера. Веди себя достойно.
В день части я узнаю, что мой муж-подполковник давно живёт на две семьи. У него есть сын от любовницы, а сама она снова беременна. Но измена оказывается только началом. Вскоре я узнаю, что Вадим не просто предал меня. Он украл у нашей дочери будущее, подделал мою подпись и годами скрывал тайну, из-за которой рухнула не одна жизнь.
Он уверен, что я промолчу ради его карьеры.
Зря.
Я замираю среди гостей праздника части.
— Вадим… — голос срывается. — Это кто?
Муж бледнеет, но быстро берёт себя в руки.
— Кристина, не здесь.
— Отвечай. Кто этот ребёнок?
Беременная женщина из первого ряда вскакивает и тянет мальчика к себе.
— Мирон, иди к маме!
— К маме? — медленно повторяю я и смотрю на округлившийся живот любовницы. — То есть у тебя уже есть сын… и скоро будет ещё один ребёнок?
— Не устраивай сцену, — холодно цедит муж. — Ты жена офицера. Веди себя достойно.
В день части я узнаю, что мой муж-подполковник давно живёт на две семьи. У него есть сын от любовницы, а сама она снова беременна. Но измена оказывается только началом. Вскоре я узнаю, что Вадим не просто предал меня. Он украл у нашей дочери будущее, подделал мою подпись и годами скрывал тайну, из-за которой рухнула не одна жизнь.
Он уверен, что я промолчу ради его карьеры.
Зря.
- Так переживаю, что Сережа нас встретить не сможет. Его срочно отправили в Заполярье… - поглаживая живот, делится со мной соседка по полету.
Надо же, какое совпадение. У нас обеих мужья летчики и Сережи. Только мой Сережа сейчас отсыпается после перелета в Сочи, а ее летит в Заполярье.
- А хотите я вам его покажу? - она быстро водит пальчиком по экрану телефона. - Вот, смотрите! Правда, он у меня офигенный?
- Хм… Правда, - вынуждена согласиться с ней, глядя в глаза собственному мужу, улыбающемуся мне с фото на чужом телефоне.
Только вопрос – Сережа офигенный или в край офигевший?!
Я склоняюсь ко второму варианту и гарантирую, что он офигеет еще больше, когда я с ним закончу.
Надо же, какое совпадение. У нас обеих мужья летчики и Сережи. Только мой Сережа сейчас отсыпается после перелета в Сочи, а ее летит в Заполярье.
- А хотите я вам его покажу? - она быстро водит пальчиком по экрану телефона. - Вот, смотрите! Правда, он у меня офигенный?
- Хм… Правда, - вынуждена согласиться с ней, глядя в глаза собственному мужу, улыбающемуся мне с фото на чужом телефоне.
Только вопрос – Сережа офигенный или в край офигевший?!
Я склоняюсь ко второму варианту и гарантирую, что он офигеет еще больше, когда я с ним закончу.
Я привыкла спасать чужие жизни и молчать о собственной боли. В клинике меня называли железной, дома — удобной. Мужу было спокойно: я держала отделение, улыбалась инвесторам, терпела усталость и не задавала вопросов, на которые он не хотел отвечать.
Но однажды после тяжёлой смены я услышала, как Олег обещает другой женщине мой кабинет, мою фамилию и место в своей жизни. А потом попросил меня всего лишь не портить вечер.
Он думал, я стерплю. Мама думала, я пойму. Отец велел не позорить семью. А любовница уже примеряла моё пальто.
Они ошиблись. Я собираюсь пережить предательство и решить с ними раз и на всегда.
Но однажды после тяжёлой смены я услышала, как Олег обещает другой женщине мой кабинет, мою фамилию и место в своей жизни. А потом попросил меня всего лишь не портить вечер.
Он думал, я стерплю. Мама думала, я пойму. Отец велел не позорить семью. А любовница уже примеряла моё пальто.
Они ошиблись. Я собираюсь пережить предательство и решить с ними раз и на всегда.
Я двадцать лет принимала чужих детей своими руками. Слышала первый крик, останавливала кровь, вытаскивала женщин оттуда, где уже никто не обещал счастливого финала.
А потом мой муж решил, что моё место в родзале можно подарить другой.
Молодой, красивой, удобной. Той, которая улыбается ему в коридорах и носит под сердцем его ребёнка.
— Ты же не надеешься у меня принимать роды, Нина? — спросила она при всех. — Кирилл сказал, тебе нельзя доверять.
Они хотели унизить, раздавить, забрать у меня кабинет, имя, отделение и право быть врачом.
Только забыли одну вещь: я слишком хорошо знаю, где у людей слабые места.
И скальпель мне для этого не понадобится.
А потом мой муж решил, что моё место в родзале можно подарить другой.
Молодой, красивой, удобной. Той, которая улыбается ему в коридорах и носит под сердцем его ребёнка.
— Ты же не надеешься у меня принимать роды, Нина? — спросила она при всех. — Кирилл сказал, тебе нельзя доверять.
Они хотели унизить, раздавить, забрать у меня кабинет, имя, отделение и право быть врачом.
Только забыли одну вещь: я слишком хорошо знаю, где у людей слабые места.
И скальпель мне для этого не понадобится.
— Саида, поднеси Лии платок. Старшие ждут.
— Зачем?
— Чтобы все видели: ты принимаешь решение мужа.
— Решение? Это теперь так называется?
На семейном торжестве я узнала, что у Рамзана давно есть другая женщина. Её сын зовёт моего мужа отцом, а родня уже приготовила для меня роль мудрой жены, которая сама благословит своё унижение.
Но Лия оказалась не единственной правдой этого вечера.
Мамин сад переписан без моего ведома. Дочь хотят выдать замуж ради чужой сделки. Брат смотрит в пол. Отец требует не позорить семью.
Все уже решили, как мне жить дальше.
И в тот вечер за двадцать лет брака я не спросила ни у кого разрешения.
— Зачем?
— Чтобы все видели: ты принимаешь решение мужа.
— Решение? Это теперь так называется?
На семейном торжестве я узнала, что у Рамзана давно есть другая женщина. Её сын зовёт моего мужа отцом, а родня уже приготовила для меня роль мудрой жены, которая сама благословит своё унижение.
Но Лия оказалась не единственной правдой этого вечера.
Мамин сад переписан без моего ведома. Дочь хотят выдать замуж ради чужой сделки. Брат смотрит в пол. Отец требует не позорить семью.
Все уже решили, как мне жить дальше.
И в тот вечер за двадцать лет брака я не спросила ни у кого разрешения.
— Отдай мне своего мужа, Ника. Он давно любит меня. И у нас будет ребенок, - заявила мне ворвавшаяся в раздевалку фитнес-клуба блондинка в алом-вырвиглаз-платье.
Я думала, она ошиблась дверью, но она позвонила при мне моему мужу и вытребовала с него признание в любви.
Я смотрела на то, как мой любимый мужчина улыбается с экрана, но не мне.
Охрана вывела ее, но, удаляясь, нахалка пообещала:
- Я все равно его у тебя заберу!
Мне казалось, я знаю о своей жизни все. Двадцать лет брака, взрослые дети, процветающий бизнес, гармония в постели. А оказалось, что в нашей постели был кто-то третий.
Теперь передо мной стоит выбор: поверить мужу, что это розыгрыш, или снять розовые очки и разыграть в ответ этих двоих. Так, что мало им не покажется!
Я думала, она ошиблась дверью, но она позвонила при мне моему мужу и вытребовала с него признание в любви.
Я смотрела на то, как мой любимый мужчина улыбается с экрана, но не мне.
Охрана вывела ее, но, удаляясь, нахалка пообещала:
- Я все равно его у тебя заберу!
Мне казалось, я знаю о своей жизни все. Двадцать лет брака, взрослые дети, процветающий бизнес, гармония в постели. А оказалось, что в нашей постели был кто-то третий.
Теперь передо мной стоит выбор: поверить мужу, что это розыгрыш, или снять розовые очки и разыграть в ответ этих двоих. Так, что мало им не покажется!
🔥СЕГОДНЯ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА
— Ты должна была вернуться завтра, Ева, — муж вальяжно выходит из ванной и даже не пытается прикрыться.
На моей подушке сидит полуголая девица, а у ног моей кошки валяются красные стринги, которые она вытащила из спальни.
— Прости, что сорвала встречу с любовницей, — шепчу я.
Восемь лет я жила по правилам мужа. Носила платья, которые он одобрял. Бросила работу, которую любила. Училась угадывать его желания раньше собственных.
— Успокойся, — приказывает муж, подходя ближе, — Ты моя жена. Перебесишься и останешься.
Тело послушно замирает. Так происходит всегда, когда он говорит этим голосом.
Только в эту ночь я впервые смотрю ему в глаза и произношу:
— Я больше не твоя паинька!
Вместе с кошкой я забираю деньги из его сейфа и исчезаю.
Два года спустя он находит меня на моём тридцатилетии — рыжую, дерзкую и счастливую без него.
— Ты должна была вернуться завтра, Ева, — муж вальяжно выходит из ванной и даже не пытается прикрыться.
На моей подушке сидит полуголая девица, а у ног моей кошки валяются красные стринги, которые она вытащила из спальни.
— Прости, что сорвала встречу с любовницей, — шепчу я.
Восемь лет я жила по правилам мужа. Носила платья, которые он одобрял. Бросила работу, которую любила. Училась угадывать его желания раньше собственных.
— Успокойся, — приказывает муж, подходя ближе, — Ты моя жена. Перебесишься и останешься.
Тело послушно замирает. Так происходит всегда, когда он говорит этим голосом.
Только в эту ночь я впервые смотрю ему в глаза и произношу:
— Я больше не твоя паинька!
Вместе с кошкой я забираю деньги из его сейфа и исчезаю.
Два года спустя он находит меня на моём тридцатилетии — рыжую, дерзкую и счастливую без него.
Подборка романов о разводе
Выберите полку для книги