Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «izmena-i-predatelstvo»

— Мам, папа пригласил меня на свою свадьбу.

Через тридцать семь дней мой муж собирается жениться на другой женщине.

Есть только одна проблема: мы все еще женаты. А о том, что наш двадцатилетний брак, оказывается, закончен, я узнаю из свадебного приглашения, которое прислали нашей дочери.

Эдуард уверен, что дальше все будет просто. Быстрый развод. Подпись под уже подготовленным соглашением. И свадьба в назначенный день.

Он все продумал заранее.

Кроме одного — меня.

Я не стану бороться за мужчину, который полтора года жил другой жизнью. Но и делать его ложь удобной, чтобы он спокойно успел к собственной свадьбе, не собираюсь.

Мне сорок один. Вчера я была женой человека, с которым прожила половину жизни. Сегодня впервые должна решить, чего хочу сама.

И именно тогда рядом появляется мужчина, который ничего за меня не решает.

Я сидела во главе обеденного стола. Передо мной зияла открытая матовая коробка из бутика. Из картона водопадом струился изумрудный шелк. На самом видном месте, прямо под светом дизайнерской люстры, словно издеваясь, горели золотые инициалы “А.С.”.
Я смотрела на мужа с холодным любопытством энтомолога, изучающего конвульсии жука, посаженного на булавку.
- Вера… это… - Вадим судорожно сглотнул. Он сделал шаг вперёд, лихорадочно натягивая на лицо маску солидного и честного бизнесмена. - Это совсем не то, что ты думаешь!
- А вот теперь становится интересно, - я сцепила руки в замок. - И что я, по твоему, думаю? А, Вадик?

— Забудь про суд. Или ты его больше не увидишь совсем.
Это сообщение я получила ночью. С фотографией. Мой пятилетний сын спал на чужой кровати, укрытый чужим одеялом, в доме, которого я никогда не видела. Муж похитил его, чтобы заставить меня отказаться от развода.
Я не отказалась.
Я ехала через полстраны, чтобы вернуть сына. Я судилась с человеком, который подделал мою подпись на документах, изменил мне с моей лучшей подругой и распустил слухи на работе. Я собирала доказательства, смотрела ему в глаза в зале суда, слушала, как он кричит, обвиняя меня в том, что я сама во всём виновата.
И когда всё закончилось — суд, развод, переезд — мой сын посмотрел на мужчину, который помог нам выжить, и сказал одно слово, которое изменило всё:
— Пап.

Любовница моего мужа пришла на нашу годовщину с ключами от моего дома.

Она уже выбрала стену, которую снесёт первой. Виктор обещал ей всё: спальню, веранду, новую жизнь. От меня требовалась только подпись.
Мне сорок пять. За двадцать лет брака я многое ему прощала. Но свой дом и себя отдавать не собиралась.

Я отказалась подписывать бумаги. А в тот же вечер у моей машины пропали тормоза.

Максим вытащил меня из разбитого автомобиля. Тридцатилетний красавец с сильными руками — мужчина, которого нанял мой муж. Я ещё держалась за него, когда он признался:
— Ваш муж действительно заплатил мне, Марина. Только не за то, чтобы я вас охранял.

Теперь я не знаю, что страшнее: остаться без его защиты — или поверить человеку, который всё ещё может выполнять заказ.

Он отступает на шаг, упирается спиной в дверной косяк. Челюсть напряжена, кулаки сжаты. И вдруг – взрыв.
– Ты сама меня туда отправила! – голос его срывается на крик. – Помнишь?! В мае! Ты сказала: «Макс, съезди на собрание, я не успеваю»! Ты сама меня туда послала!
– Я тебя не посылала спать с ней!
– Дай сказать! – он делает шаг вперёд, глаза горят, и я впервые за много лет вижу в этом взгляде что-то, чего никогда не видела. Не вину. Не стыд. Одержимость. – Я пришёл на это чёртово собрание, сел на заднюю парту, приготовился скучать полтора часа, как обычно. А потом она вошла.
Он говорит быстро, взахлёб, будто выпускает пар, который копился месяцами.
– Она посмотрела на меня, Настя. Просто посмотрела. И весь мир перевернулся. Весь мир! Ты понимаешь, что это такое? Пятнадцать лет я живу в этой квартире, хожу на эту работу, прихожу домой, ем этот ужин, ложусь в эту кровать – и ничего, ничего не чувствую! А она посмотрела на меня один раз – и я вспомнил, что я мужчина!

– Интересная у тебя работа. Проект, я смотрю, действительно горит. – сказала я мужу, глядя на девицу у него за спиной.
– Ты увидела то, что увидела. Я не собираюсь делать вид, что ничего не было. – ответил муж. – Но сейчас ты злая, я тоже не в том состоянии, чтобы нормально разговаривать. Закажи такси, я оденусь, и мы вместе поедем домой. Там спокойно всё обсудим.
– Ты мне изменил, а теперь ведешь себя словно ничего не произошло. Ты нормальный вообще?
Меня трясло от его будничного тона и самодовольного вида.
– Перестань устраивать драму и послушай меня… – договорить я ему не дала, перебила.
– Нет, это ты меня послушай. Мы разводимся. – уверенно и без колебаний произнесла я.
– Развод? Да ты все равно вернешься. У тебя выбора не будет! Остынешь и простишь! – сказал он чуть ли не с усмешкой.

— Автор проекта — Алиса Березина, — объявляет мой муж со сцены. — И женщина, с которой я начинаю новую жизнь.

Гости аплодируют. Алиса кладёт ладонь на беременный живот. А я смотрю на особняк, который восстанавливала три года, и понимаю: Роман украл не только мой брак. Он украл моё имя.

Через минуту в парадном зале рушится потолок. Под опасной перепланировкой стоит моя подпись — только я её не ставила.

Чтобы не ответить за чужое преступление, мне придётся довериться Илье Маркову — инженеру, которого я когда-то не защитила от такой же подставы. Он единственный знает, где искать правду. И единственный помнит женщину, которой я была до удобного брака.

Я испекла торт беременной любовнице мужа. Сама. В день двенадцатой годовщины нашей свадьбы.

«Папа, жди сына!» — написала голубым кремом. А потом увидела адрес доставки. Наша квартира. Та, которую мы берегли для его дочери.
— Серёжа сказал, вы уже всё знаете. И сами предложили испечь нам этот торт.

Дарья уверена, что мы с Сергеем разведены уже два года. Я ещё утром целовала мужа перед работой.

Но измена — только начало. В его папке лежит письмо, которое я должна была получить четырнадцать лет назад. Мужчина, написавший его, помнит мой ответ. А я впервые вижу эти строки.

Мне тридцать пять. У меня своя пекарня, чужая ложь вместо брака и Керем Демир — богатый, взрослый, невозможный красавец, рядом с которым хочется остаться.

Даже если его капибара уже взяла мою сумку в залог.
Чтобы снова поверить мужчине, мне нужно узнать правду. Что муж сделал с моей жизнью ещё до того, как я стала его женой?

– Мама, что ты делаешь в постели моего мужа?
Мама сидит на моей стороне кровати. Прижимает простыню к груди, но одно плечо остается открытым. Рядом с ней Илья.
– Мам, – говорю я. – Зачем?
– Алиночка, я не хотела, чтобы…
– Что?
– Я не хотела тебя обидеть.
– Ты с ним спала?
Илья резко втягивает воздух.
– Алина, ты можешь меня выслушать?
– Я у мамы спрашиваю.
Она опускает глаза на блузку, комкает ее в руках.
– Прости меня.
Я рассказывала маме, что муж перестал меня замечать. Просила совета, плакала, верила каждому ее слову. А она в это время спала с ним.
Теперь я собираю вещи, а мама освобождает себе полку в моем шкафу. Меня просят не позорить семью, понять их чувства и не мешать чужому счастью.
Только я еще не знаю самого страшного: мама давно ждала, когда мой муж уйдет к ней. И заранее решила, почему я должна уступить.
«Ты еще молодая. У тебя будет другой».

Мужа я могу сделать бывшим. А как сделать бывшей собственную мать?

— Вадим? — позвала я.
Он вздрогнул, быстро заблокировал экран и повернулся ко мне.
— Да, Василис?
— Всё в порядке? — я подошла ближе. — Что-то случилось?
— Нет-нет, всё отлично, — он встал, обнял меня. — Просто коллега прислал сообщение про проект.
Я посмотрела ему в глаза. Он улыбался, но что-то в этой улыбке было… не то. Что-то натянутое.
— Точно всё хорошо?
— Абсолютно, — он поцеловал меня в лоб. — Ложись спать, невеста моя. Завтра нас ждёт куча звонков и поздравлений.
Я легла в кровать, он лёг рядом, обнял меня. Но я ещё долго не могла заснуть. В голове крутилось его напряжённое лицо, быстро заблокированный экран телефона.
И то сообщение. Неделю назад.
«Было приятно увидеться. Давай не будем терять друг друга снова».
Я закрыла глаза и заставила себя отпустить эту мысль.
Всё хорошо. Мы помолвлены. Мы любим друг друга. Всё будет хорошо.
Но почему-то сон не шёл.