Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «ochen-emotsionalno»

Зал пахнет белыми лилиями и деньгами. Кирилл стоит у окна с бокалом и разговаривает с Дмитрием Фоминым, своим давним партнёром. Она появляется в дверях в четверть девятого.
Яркая. В платье цвета старого золота, которое чуть длиннее, чем нужно. На шее золотая цепочка, волосы убраны небрежно, несколько прядей выбились. Полина Крот. Журналист, пишет об урбанистике и девелопменте.
Я смотрю нас них. Полина что-то говорит — я не слышу, стекло толстое. Он отвечает. Его рука поднимается и убирает прядь с её лица. Медленно. Она не отстраняется. Он наклоняется. И целует её. Долго — несколько секунд, которые я считаю не дыша. Её рука поднимается и ложится ему на грудь.
У меня в груди — тишина. Странная, абсолютная тишина. Я достаю телефон.
Руки не дрожат. Навожу камеру. Нажимаю. Щелчок беззвучный. На экране снимок. Чёткий. Он и она. Угол террасы, оранжевый свет, его рука в её волосах.
Возвращаюсь в зал. Сажусь рядом с Ларисой.
— Всё хорошо? — спрашивает она.
— Да, — говорю я.

Солнце светило прямо на этот браслет.
Я видела гравировку. Не всю — только боковую часть, которая смотрела вверх. Две буквы.«Д» и «И».
Я прошла мимо. Не остановилась. Не споткнулась. Принесла воду, поставила стакан рядом с Даниилом, легла на свой лежак и снова открыла книгу.
Даниил Игоревич.
Две буквы. Просто инициалы. Может быть, её собственные — Дарья Ивановна, Диана Игоревна, Дина Ильинична. Сколько людей на свете с инициалами «Д. И.»? Миллионы. Это ничего не значит.
Буквы прыгали перед глазами и не складывались в слова.
Вечером мы поднялись в номер переодеться к ужину. Даниил встал под душ, я разбирала сумку.
Его телефон лежал на прикроватной тумбочке.
Я не собиралась. Честно — не собиралась. Я не тот человек, который читает чужие телефоны. За шесть лет брака я никогда — ни разу — не брала его телефон с намерением что-то проверить. Это было моим принципом, моим способом говорить себе: я доверяю ему. И телефон завибрировал. Экран засветился — одно уведомление, мессенджер...

Афонин - подлый жук...
Снова возник на горизонте и снова представлял в суде бедного-несчастного муженька.
- Как же я от тебя устала, - сказала я на выдохе и оглядела дорогущий ресторан, - чего тебе не жилось в столице? Деньги, власть, роскошные бабы?
- Соскучился по твоим провокациям и сладким губкам, Анют, - обошёл разозленного клиента, которому будущая бывшая жена устроила Ледовое побоище на глазах у десятка посетителей и коснулся моей щеки, - ты никак меня не отпускаешь. Столичные адвокаты в сравнении с тобой жалкая шушера.
- Я засужу тебя за домогательства, - ударила его по руке...

— Неудивительно, что мне приходится искать страсть на стороне, — выплевывает муж.
— Что? — оторопело выдыхаю. — Что ты сказал?
— Я сказал: не удивляйся, если мне придется искать страсть на стороне, — как ни в чем не бывало выдает, будто всерьез рассчитывает, что я поверю в свои слуховые галлюцинации. — Ты посмотри во что ты превратись, Ларис. Я женился на первой красавице факультета! Осанка! Прическа! Макияж всегда на высоте! А сейчас… ты самая обычная клуша.
— Я круглосуточно один на один нахожусь с ребенком, — оправдываюсь слабо. — Ты постоянно пропадаешь в командировках! Как я, по-твоему, должна успевать делать прически и макияж?
— А как я, по-твоему, должен тебя хотеть… вот такую? — размашисто машет руками в мою сторону. — Без обид, дорогая, но женился я не на этом вот. Так что будь добра, приведи себя в порядок, или не удивляйся, когда мне придется удовлетворять свои потребности на стороне.

Муж пригрозил изменой, но мне кажется, что… он уже изменяет.

– Она еще дышит! - крикнул кто-то еще, мужчина. - Вызовите скорую! Быстро!
Теплая рука коснулась моего плеча, осторожно, бережно.
– Не двигайтесь, - женщина наклонилась ко мне. Я видела её лицо сквозь пелену - среднего возраста, с добрыми глазами, полными слёз. - Сейчас приедет помощь. Держитесь. Как вас зовут
– Света, - попыталась выговорить я. Получилось только невнятное бульканье.
– Господи, сколько крови, - голос мужчины дрожал. - Что за сволочь... это был внедорожник, черный... я запомнил часть номера! А173... дальше не разглядел, слишком быстро уехал.
А173.
Номер Олега начинался именно так. А173ВМ.
Как это возможно? Нет. Это совпадение. Таких машин сотни! Но вмятина. Эта чертова вмятина на бампере. Я видела её. Видела.
Неужели мой муж только что сбил меня и уехал?

Звуки из спальни не прекращаются. Они становятся громче. Наглее. Женщина уже не хихикает — она постанывает. Артём что-то рычит ей в ответ.
Они так увлечены процессом, что не слышат, как я вошла.
Стою на пороге и смотрю.
Мой муж и какая-то блондинка на нашей кровати...
Единственное, что я могу в этот момент — я чувствую это физически, как прилив адреналина, — это взять что-то тяжёлое и швырнуть в них.
Артём подскакивает. Весь в поту. Глаза бешеные — секунду назад в них было желание, а теперь чистый, неподдельный ужас.
Он смотрит на меня. Я смотрю на него.
Блондинка визжит — тонко, по-поросячьи — и хватает одеяло. Она натягивает его до подбородка, будто ей так стыдно, что я увижу её тело. Будто не стыдно утешаться с чужим мужем в чужой постели...
— Даша… — выдавливает он наконец. Голос севший, чужой. — Даша… это не то, что ты подумала.

— Молодец малышка, что не сказала. Не нужно было это говорить сегодня. Не в день рождения Мишки. Хотя и про беременность не стоило. Рано. — Голос моего мужа, тихий, почти интимный.
— Может, тогда накажешь меня за это?
Маринка. Моя лучшая подруга. Крёстная моего сына запрыгнула на кухонный стол. Руки задрожали. Я вцепилась в перила, чтобы не упасть.
— Ну не здесь же. — Игорь придвинул ее к себе поближе. — Она может проснуться.
— Да она точно не проснётся. Весь день на ногах, орущая свора детей, плюс бокал шампанского.
Ноги подкосились. Я сползла по стене, зажала рот ладонью чтобы не закричать.
— Когда ты ей скажешь?
— Скоро.
— Скоро — это когда? Ты каждый раз говоришь «скоро», а я...
— Марин...
— Нет, послушай меня. У нас ребёнок будет. Твой ребёнок. Мне надоело прятаться. Надоело улыбаться ей в лицо и делать вид, что ты для меня просто муж подруги.
— Я знаю, — сказал он тихо. — Ты права…
— Тогда реши этот вопрос. Иначе я сама ей расскажу...

Аня проснулась в пятый раз за ночь — не женщиной, а функцией. Растяжки на коже, молочные пятна на любимой одежде, пустота вместо объятий мужа. Она смотрит в зеркало и не узнаёт себя. Дима больше не целует ее. Он целует Катю. Молодую, спортивную.

Когда Аня находит их переписку, мир рушится. "Малыш, вчера было волшебно" — пишет та, другая. Та, которая не знает, что такое швы, бессонные ночи и грудное вскармливание каждые два часа. Та, которой Дима дарит слова, украденные из их прошлого.

Но самый страшный удар впереди. Дима приходит с ней. И повесткой в суд. Он требует развода. И лишения родительских прав. Он называет Аню неадекватной. Опасной для ребёнка.

Что происходит, когда женщина, которую растоптали, поднимается с колен?
Когда мать, которую хотели отнять у дочери, сжимает кулаки и говорит: "Я порву любого"?

Это история не о любви. Это история о воскрешении. О том, как найти себя снова, когда отражение в зеркале стало чужим.

– Ира, нам нужно поговорить, – голос Максима звучит устало. – Это важно.
– О чём говорить? – я смотрю на мужа, которого, кажется, больше не знаю. – О том, что я провалила все ЭКО? Или о том, что ты задерживаешься на работе всё чаще?
– Ты не понимаешь...
– Понимаю всё прекрасно. Я просто бесплодная жалкая неудачница, которая не может дать тебе ребёнка. А ты... ты нашёл того, кто сможет.
– Откуда ты знаешь про...
– Неважно откуда. Важно, что семь лет я была идеальной женой. И всё это время боялась превратиться в обузу. Как моя мать для отца.
– Ира, послушай...
– Нет, Максим. Я ухожу.

Я не дала ему детей. Зато он дал мне повод для расставания.

Когда идеальная жизнь рушится в одно мгновение…
Она верила в их любовь шесть лет. Строила успешный бизнес, поддерживала семью, доверяла безоговорочно. Но в один роковой вечер всё изменилось.

В кармане пиджака мужа Лена находит снимок УЗИ с подписью ее родной сестры: «Скоро всё будет нашим, любимый».

Что скрывается за идеальной картинкой счастливой семьи? Как долго можно хранить тайну на глазах у того, кто тебе дорог? И главное — как жить дальше, когда мир, в котором ты жила, оказался ложью?

Эта история о предательстве самых близких людей, о силе духа и о том, как из пепла рождается новая жизнь. О том, что даже после самой темной ночи всегда наступает рассвет.