Романы о неверности читать книги онлайн
— Ты только не злись… но мы его вчера видели.
— Кого?
— Твоего мужа. Он был с женщиной… держал её за руку.
— Вы уверены, что это был он?
Я верила, что у нас настоящая семья. Дом, ребёнок, годы вместе — всё казалось крепким и надёжным. Пока чужие слова не начали складываться в страшную картину. Случайные взгляды, странные задержки, ложь, которую он говорил слишком спокойно. Я долго пыталась убедить себя, что это ошибка, сплетни, совпадение. Но правда всё равно догнала меня.
Он решил, что я промолчу и привыкну. А я решила узнать всё до конца. Потому что предательство не заканчивается словами «прости». Иногда оно только начинается. И тогда кому-то придётся ответить за каждую ложь.
— Кого?
— Твоего мужа. Он был с женщиной… держал её за руку.
— Вы уверены, что это был он?
Я верила, что у нас настоящая семья. Дом, ребёнок, годы вместе — всё казалось крепким и надёжным. Пока чужие слова не начали складываться в страшную картину. Случайные взгляды, странные задержки, ложь, которую он говорил слишком спокойно. Я долго пыталась убедить себя, что это ошибка, сплетни, совпадение. Но правда всё равно догнала меня.
Он решил, что я промолчу и привыкну. А я решила узнать всё до конца. Потому что предательство не заканчивается словами «прости». Иногда оно только начинается. И тогда кому-то придётся ответить за каждую ложь.
Три года идеального брака рухнули в одно мгновение, когда на телефон мужа пришло фото от другой женщины. Злата, красивая рыжеволосая бухгалтер, узнает об измене, а любовница сообщает ей жаркие подробности о Аристархе. Скандал, развод, страшные слова: «Я никогда тебя не любил». Поставили точку в их отношениях.
Через три месяца Злата понимает, что беременна. Она решает растить сына одна, скрыв это от бывшего мужа. Четыре года она строила новую жизнь, пока случайная встреча в супермаркете не сталкивает их вновь. Рыжий мальчик Руслан — точная копия отца.
Это история о предательстве и прощении, о материнском подвиге и цене ошибок. И о том, можно ли построить счастье заново, когда рухнул целый мир.
Через три месяца Злата понимает, что беременна. Она решает растить сына одна, скрыв это от бывшего мужа. Четыре года она строила новую жизнь, пока случайная встреча в супермаркете не сталкивает их вновь. Рыжий мальчик Руслан — точная копия отца.
Это история о предательстве и прощении, о материнском подвиге и цене ошибок. И о том, можно ли построить счастье заново, когда рухнул целый мир.
— Она молодая?
— Двадцать три.
— Двадцать три! — Не могу сдержать горький смех. — Господи, Вить! Ты серьёзно?
— Возраст не имеет значения. Я её люблю.
Тру пальцами переносицу, пытаясь осознать, что это реальность, а не дурной сон.
— Хорошо. Раз уж ты так решил, я препятствовать твоему счастью не буду. Собирай вещи и проваливай к своей Вике.
— Ань, ты не поняла. Я хочу, чтобы ты уехала. Вы с Машей должны освободить дом. Вика беременна, и скоро у нас будет ребёнок.
— Нет, — решительно качаю головой. — Мы с Машей никуда не уйдём отсюда. Это и наш дом тоже. Я не позволю тебе его отнять.
— Двадцать три.
— Двадцать три! — Не могу сдержать горький смех. — Господи, Вить! Ты серьёзно?
— Возраст не имеет значения. Я её люблю.
Тру пальцами переносицу, пытаясь осознать, что это реальность, а не дурной сон.
— Хорошо. Раз уж ты так решил, я препятствовать твоему счастью не буду. Собирай вещи и проваливай к своей Вике.
— Ань, ты не поняла. Я хочу, чтобы ты уехала. Вы с Машей должны освободить дом. Вика беременна, и скоро у нас будет ребёнок.
— Нет, — решительно качаю головой. — Мы с Машей никуда не уйдём отсюда. Это и наш дом тоже. Я не позволю тебе его отнять.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ РАСПИТИЯ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ. ПОМНИТЕ, ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.
— Василиса? Что ты делаешь в моем кабинете? — холодно спросил Максим.
— Сюрприз! Я соскучилась. Разве ты не рад?
— Мы оба знаем, что наш брак — фальшивка.
— Ошибаешься. Для меня он настоящий. Сначала ты изменил мне с подружкой невесты, потом разрушил мою жизнь и исчез. Думал, я забуду?
— Приехала отомстить? — его голос опасно понизился.
— Не все так просто, дорогой, но ты пожалеешь, что встретил меня.
Максим усмехнулся, в его глазах блеснул охотничий азарт.
— Значит, мы либо уничтожим друг друга, либо...
— Либо? — я затаила дыхание в ожидании подвоха.
— Либо сгорим вместе, — прорычал он, притягивая меня к себе.
✅ ДЛЯ ПОСТОЯННЫХ ЧИТАТЕЛЕЙ В ТЕЧЕНИИ 3 ДНЕЙ ЦЕНА: 99руб.
— Василиса? Что ты делаешь в моем кабинете? — холодно спросил Максим.
— Сюрприз! Я соскучилась. Разве ты не рад?
— Мы оба знаем, что наш брак — фальшивка.
— Ошибаешься. Для меня он настоящий. Сначала ты изменил мне с подружкой невесты, потом разрушил мою жизнь и исчез. Думал, я забуду?
— Приехала отомстить? — его голос опасно понизился.
— Не все так просто, дорогой, но ты пожалеешь, что встретил меня.
Максим усмехнулся, в его глазах блеснул охотничий азарт.
— Значит, мы либо уничтожим друг друга, либо...
— Либо? — я затаила дыхание в ожидании подвоха.
— Либо сгорим вместе, — прорычал он, притягивая меня к себе.
✅ ДЛЯ ПОСТОЯННЫХ ЧИТАТЕЛЕЙ В ТЕЧЕНИИ 3 ДНЕЙ ЦЕНА: 99руб.
— О, Зоя Виталиевна… Какая встреча, — её голос звучит бархатно, с лёгкой ноткой превосходства.
Мне становится дурно.
Я сглатываю, но не отвожу взгляда.
Марина скользит по мне оценивающим взглядом и чуть склоняет голову.
— Вы к мужу?
Я чувствую, как что-то внутри меня сжимается.
Мне хочется ударить её. Стереть с её лица это довольное выражение.
Но я не могу.
Я прокурорская жена.
Я научилась терпеть.
Поэтому я лишь ровно смотрю ей в глаза и говорю:
— Да.
Она усмехается ещё шире.
— Что ж… Надеюсь, ваш разговор будет продуктивным.
И, чуть замедлив шаг, проходит мимо.
Я слышу её каблуки, слышу, как хлопает дверь...
Мне становится дурно.
Я сглатываю, но не отвожу взгляда.
Марина скользит по мне оценивающим взглядом и чуть склоняет голову.
— Вы к мужу?
Я чувствую, как что-то внутри меня сжимается.
Мне хочется ударить её. Стереть с её лица это довольное выражение.
Но я не могу.
Я прокурорская жена.
Я научилась терпеть.
Поэтому я лишь ровно смотрю ей в глаза и говорю:
— Да.
Она усмехается ещё шире.
— Что ж… Надеюсь, ваш разговор будет продуктивным.
И, чуть замедлив шаг, проходит мимо.
Я слышу её каблуки, слышу, как хлопает дверь...
Я была наивной дурой и верила, что любимый человек не может предать. А он не просто предал, а обокрал и безжалостно выкинул на улицу, как ненужную вещь.
Я не простила этого!
Я поднялась с колен и вернулась в родной город, чтобы растоптать предателя.
Я не простила этого!
Я поднялась с колен и вернулась в родной город, чтобы растоптать предателя.
— Ты подал на меня в суд?
— Оксан, это просто… формальность. Чтобы ты… не позорила меня.
— Я говорила правду. Ты понимаешь, что натворил?
— И что? Я не хотел, чтобы всё вышло наружу.
— Тогда не надо было изменять мне девочкой, которой я спасла жизнь.
Я — врач скорой. Женщина, которая всегда все тянула на себе. Мужа. Дом. Дочь.
А он — просто взял и предал.
Сначала — втихаря, как крыса. Потом — в наглую. А в конце ещё и подал на меня в суд «за моральный вред».
Он ждал, что я буду молчать. Он надеялся, что я проглочу. Но я сказала: пощады теперь не жди!
— Оксан, это просто… формальность. Чтобы ты… не позорила меня.
— Я говорила правду. Ты понимаешь, что натворил?
— И что? Я не хотел, чтобы всё вышло наружу.
— Тогда не надо было изменять мне девочкой, которой я спасла жизнь.
Я — врач скорой. Женщина, которая всегда все тянула на себе. Мужа. Дом. Дочь.
А он — просто взял и предал.
Сначала — втихаря, как крыса. Потом — в наглую. А в конце ещё и подал на меня в суд «за моральный вред».
Он ждал, что я буду молчать. Он надеялся, что я проглочу. Но я сказала: пощады теперь не жди!
— Мы разводимся.
— У тебя любовница?
— Да. Она беременна. Я обязан быть рядом.
Это всё. Без объяснений. Без сожалений. Просто вычеркнул тридцать лет жизни.
Он ушёл к молодой, наглой, самоуверенной.
Та не просто забрала мужа — она требовала всего: статус, деньги, уважение.
А я? Я не унижалась. Не бегала. Вышла из брака с достоинством — и начала свою игру.
На моих правилах. И в этой игре победитель будет один.
— У тебя любовница?
— Да. Она беременна. Я обязан быть рядом.
Это всё. Без объяснений. Без сожалений. Просто вычеркнул тридцать лет жизни.
Он ушёл к молодой, наглой, самоуверенной.
Та не просто забрала мужа — она требовала всего: статус, деньги, уважение.
А я? Я не унижалась. Не бегала. Вышла из брака с достоинством — и начала свою игру.
На моих правилах. И в этой игре победитель будет один.
Звук был первым, что пробилось сквозь пелену оцепенения. Сладострастный стон, который принадлежал… моему мужу, Антону.
Второй была вонь. Дешёвый мускусный парфюм, обожаемый Ксенией, смешался с запахом пота и чего-то ещё… греховно-интимного, превратившись в тошнотворный коктейль предательства. Я знала этот аромат, могла выделить из сотни других – сколько раз подруга оставляла его шлейф в моей машине, на диване в гостиной, за обеденным столом…
Ксюша жила недалеко от нас, в соседнем квартале снимала квартиру. «Будем как в американских фильмах, — смеялась она. — Забегать друг к другу за солью и вином».
Забежала. В постель к моему мужу.
Мой муж и моя лучшая подруга. В моей кровати. В моём доме. На моих простынях.
— Не это, вовсе не это я ожидала застать по возвращении домой, - громко, чётко выговаривая каждое слово, сказала я и благоверный, как ошпаренный, откатился от любовницы.
Я уничтожу его. Отомщу.
Он ответит за всё.
Второй была вонь. Дешёвый мускусный парфюм, обожаемый Ксенией, смешался с запахом пота и чего-то ещё… греховно-интимного, превратившись в тошнотворный коктейль предательства. Я знала этот аромат, могла выделить из сотни других – сколько раз подруга оставляла его шлейф в моей машине, на диване в гостиной, за обеденным столом…
Ксюша жила недалеко от нас, в соседнем квартале снимала квартиру. «Будем как в американских фильмах, — смеялась она. — Забегать друг к другу за солью и вином».
Забежала. В постель к моему мужу.
Мой муж и моя лучшая подруга. В моей кровати. В моём доме. На моих простынях.
— Не это, вовсе не это я ожидала застать по возвращении домой, - громко, чётко выговаривая каждое слово, сказала я и благоверный, как ошпаренный, откатился от любовницы.
Я уничтожу его. Отомщу.
Он ответит за всё.
— Скажи мне правду, Максим, сейчас.
В его глазах появляется то, чего я никогда раньше не видела — отчаяние, переходящее в злость. Злость на меня, за то, что я его поймала. За то, что заставила это говорить.
— Хорошо! — он рявкает, делая шаг ко мне. Я не отпрянула. Я просто смотрю. — Хорошо, ты хочешь правды? Да, была измена! Один раз! Один гребаный раз, Алиса! В командировке месяц назад! Я был пьян в стельку, это ничего не значило! Абсолютно! Я даже не помню, как это произошло!
Тогда я разжимаю пальцы. Его телефон падает на пол, на липкую жижу из кофе и осколков, с глухим и окончательным стуком.
***
Осталась только тишина. Оглушительная, всепоглощающая тишина после взрыва. А внутри — выжженное, пустое поле, где еще несколько часов назад цвел и пах сад моей любви.
В его глазах появляется то, чего я никогда раньше не видела — отчаяние, переходящее в злость. Злость на меня, за то, что я его поймала. За то, что заставила это говорить.
— Хорошо! — он рявкает, делая шаг ко мне. Я не отпрянула. Я просто смотрю. — Хорошо, ты хочешь правды? Да, была измена! Один раз! Один гребаный раз, Алиса! В командировке месяц назад! Я был пьян в стельку, это ничего не значило! Абсолютно! Я даже не помню, как это произошло!
Тогда я разжимаю пальцы. Его телефон падает на пол, на липкую жижу из кофе и осколков, с глухим и окончательным стуком.
***
Осталась только тишина. Оглушительная, всепоглощающая тишина после взрыва. А внутри — выжженное, пустое поле, где еще несколько часов назад цвел и пах сад моей любви.
Выберите полку для книги