Книги в жанре «Романы о неверности»
Все, что у меня осталось после смерти дочки — мой муж.
Муж, которого от меня сейчас отделяет только балконная перегородка.
Который вжимает в стену какую-то темноволосую женщину.
Боже.
Арсений что-то шепчет ей в шею, та счастливо улыбается.
Он берет ее за руку, увлекая за собой.
Жду.
Приоткрываю дверь. Плеск воды, их счастливые голоса.
Они в ванной!
На носочках крадусь к выходу.
— Мне нравится экономить с тобой воду! — женщина.
Смех. Счастливый, беззаботно-игривый смех.
Арсений там, в ванной, задыхается от удовольствия.
Пока я собирала себя по кускам, муж решил, что горе надо проживать в чужой постели. Я шла и думала: зачем жить дальше, если все рушится?
Но появился он. Тот, который хотел отомстить моему мужу даже больше меня.
А я? Я поняла, что муж заслуживает самого худшего. И это мы ему обеспечим!
Муж, которого от меня сейчас отделяет только балконная перегородка.
Который вжимает в стену какую-то темноволосую женщину.
Боже.
Арсений что-то шепчет ей в шею, та счастливо улыбается.
Он берет ее за руку, увлекая за собой.
Жду.
Приоткрываю дверь. Плеск воды, их счастливые голоса.
Они в ванной!
На носочках крадусь к выходу.
— Мне нравится экономить с тобой воду! — женщина.
Смех. Счастливый, беззаботно-игривый смех.
Арсений там, в ванной, задыхается от удовольствия.
Пока я собирала себя по кускам, муж решил, что горе надо проживать в чужой постели. Я шла и думала: зачем жить дальше, если все рушится?
Но появился он. Тот, который хотел отомстить моему мужу даже больше меня.
А я? Я поняла, что муж заслуживает самого худшего. И это мы ему обеспечим!
Я думала, что знаю о боли всё — после того, как меня предали однажды. Но оказалось, что мир любит повторять уроки. В моей жизни снова появился мужчина, заставивший поверить в чудо, а вместо этого подаривший ночь, полную слёз и вины.
Я решила начать заново — без него, с маленькой тайной, которую поклялась унести в могилу. Но судьба — жестокая штука: она столкнула нас вновь, и теперь я не знаю, что страшнее — потерять себя снова или рискнуть последним, что у меня есть. Эта история — не о мести. Это попытка выжить, когда сердце разрывается между ненавистью и чем-то таким, чему я не смею дать имя.
Я решила начать заново — без него, с маленькой тайной, которую поклялась унести в могилу. Но судьба — жестокая штука: она столкнула нас вновь, и теперь я не знаю, что страшнее — потерять себя снова или рискнуть последним, что у меня есть. Эта история — не о мести. Это попытка выжить, когда сердце разрывается между ненавистью и чем-то таким, чему я не смею дать имя.
— Ты никто. И никогда никем не была.
Он сказал это и захлопнул дверь нашего дома. За его спиной стояла любовница. В моём халате. А я осталась снаружи — без права видеть детей.
Десять лет брака. ЭКО. Двое долгожданных малышей. Я думала, мы семья. А он просто ждал момента, чтобы вычеркнуть меня из жизни и оставить всё себе.
Я должна была сломаться. Но когда отнимают детей — вырастают крылья. Или клыки.
Очень короткая, очень сильная история о матери, которая пошла против системы и бывшего мужа. ХЭППИ-ЭНД ГАРАНТИРОВАН.
Он сказал это и захлопнул дверь нашего дома. За его спиной стояла любовница. В моём халате. А я осталась снаружи — без права видеть детей.
Десять лет брака. ЭКО. Двое долгожданных малышей. Я думала, мы семья. А он просто ждал момента, чтобы вычеркнуть меня из жизни и оставить всё себе.
Я должна была сломаться. Но когда отнимают детей — вырастают крылья. Или клыки.
Очень короткая, очень сильная история о матери, которая пошла против системы и бывшего мужа. ХЭППИ-ЭНД ГАРАНТИРОВАН.
Я не знала, что приняла роды у любовницы мужа. А он выложил моими любимыми цветами для нее сердце под окнами роддома. Развод! И пусть я стучу по земле.
— Ты не боишься, что тебя спалят на измене?
Потом муж смеется так, что у меня внутри что-то обрывается окончательно.
— Кто? Я? Ты реально серьезно?
Его друг Слава тоже начинает ржать.
— Да ладно, — продолжает муж. — Как она меня спалит? И кто ей расскажет? Ася, она знаешь… как серая мышь, Слав. Серая. Мышь. Точно. Она в ногах у меня будет валяться, только чтобы я не ушел. Куда она денется после всего? Да она за этот брак зубами держаться будет.
— Ну не знаю, — говорит Слава. — Бабы иногда удивляют.
— Ася? — Руслан снова смеется. — Да брось. Она слишком правильная. Слишком удобная. Из тех, кто будет терпеть, лишь бы муж дома был. И если честно, я заслужил.
— Так что, — говорит Слава, — богиня города того стоит?
Мой муж уверен, что жена после неудачного ЭКО становится не человеком с болью и разбитым сердцем, а удобным приложением к семейной ипотеке и его великой мужской значимости.
Но после предательства я обязана его н
Потом муж смеется так, что у меня внутри что-то обрывается окончательно.
— Кто? Я? Ты реально серьезно?
Его друг Слава тоже начинает ржать.
— Да ладно, — продолжает муж. — Как она меня спалит? И кто ей расскажет? Ася, она знаешь… как серая мышь, Слав. Серая. Мышь. Точно. Она в ногах у меня будет валяться, только чтобы я не ушел. Куда она денется после всего? Да она за этот брак зубами держаться будет.
— Ну не знаю, — говорит Слава. — Бабы иногда удивляют.
— Ася? — Руслан снова смеется. — Да брось. Она слишком правильная. Слишком удобная. Из тех, кто будет терпеть, лишь бы муж дома был. И если честно, я заслужил.
— Так что, — говорит Слава, — богиня города того стоит?
Мой муж уверен, что жена после неудачного ЭКО становится не человеком с болью и разбитым сердцем, а удобным приложением к семейной ипотеке и его великой мужской значимости.
Но после предательства я обязана его н
— Раз уж ты узнала, давай без истерик. Ты взрослая женщина, должна всё понимать, — буднично произнес муж.
А на нашей кухне, в моей любимой футболке, кокетливо пила чай девица помоложе.
В тридцать восемь лет моя счастливая жизнь разлетелась вдребезги. Схватив чемодан, я сбежала в глухую горную деревню Дагестана, чтобы просто зализать раны. Но застряла в буране на обледенелом перевале.
Там меня и нашел Арсен Магомедов. Спасатель, которого местные зовут Волком за суровый нрав и ледяное одиночество. Он презирает городских и не верит в любовь. Но именно рядом с этим опасным горцем я впервые почувствовала себя живой.
Прошлое шло за мной по пятам. Но что сделает Волк, когда на пороге моего убежища появится раскаявшийся бывший муж, уверенный, что я снова всё прощу?
А на нашей кухне, в моей любимой футболке, кокетливо пила чай девица помоложе.
В тридцать восемь лет моя счастливая жизнь разлетелась вдребезги. Схватив чемодан, я сбежала в глухую горную деревню Дагестана, чтобы просто зализать раны. Но застряла в буране на обледенелом перевале.
Там меня и нашел Арсен Магомедов. Спасатель, которого местные зовут Волком за суровый нрав и ледяное одиночество. Он презирает городских и не верит в любовь. Но именно рядом с этим опасным горцем я впервые почувствовала себя живой.
Прошлое шло за мной по пятам. Но что сделает Волк, когда на пороге моего убежища появится раскаявшийся бывший муж, уверенный, что я снова всё прощу?
Я лежу лицом к стене и не шевелюсь. Рядом — шёпот мужа:
— Ты с ума сошла? Аня может проснуться в любой момент.
— Не проснется. Давай прямо здесь, а?
Я узнаю этот голос. Моя сестра.
— Ты ненормальная, — Артём говорит тихо. — У нас в комнате спит моя жена. Ты предлагаешь мне это прямо здесь?
— А что такого? — Кира мурлычет, и я слышу шорох простыней. Она двигается. Она прижимается к нему. В моей постели.
— Будет остро. Ты же любишь остро.
— Кира, это постель моей жены.
Я сжимаю кулак. Ногти впиваются в ладонь.
— Ты обещал уйти от неё, — шепчет Кира.
— Это привычка, Кира. Десять лет привычки. Отвыкаю постепенно.
— Я устала ждать, — Кира говорит громче, и Артём на неё шикает.
— Тише! Разбудишь.
— Может, и разбужу. Может, так будет лучше.
Привычка. Он назвал меня привычкой. Моя рука тянется к животу. Тест в кармане пижамы впивается в бедро. Две полоски. Мой ребёнок от человека, который только что назвал меня привычкой.
— Ты с ума сошла? Аня может проснуться в любой момент.
— Не проснется. Давай прямо здесь, а?
Я узнаю этот голос. Моя сестра.
— Ты ненормальная, — Артём говорит тихо. — У нас в комнате спит моя жена. Ты предлагаешь мне это прямо здесь?
— А что такого? — Кира мурлычет, и я слышу шорох простыней. Она двигается. Она прижимается к нему. В моей постели.
— Будет остро. Ты же любишь остро.
— Кира, это постель моей жены.
Я сжимаю кулак. Ногти впиваются в ладонь.
— Ты обещал уйти от неё, — шепчет Кира.
— Это привычка, Кира. Десять лет привычки. Отвыкаю постепенно.
— Я устала ждать, — Кира говорит громче, и Артём на неё шикает.
— Тише! Разбудишь.
— Может, и разбужу. Может, так будет лучше.
Привычка. Он назвал меня привычкой. Моя рука тянется к животу. Тест в кармане пижамы впивается в бедро. Две полоски. Мой ребёнок от человека, который только что назвал меня привычкой.
Я смотрю на монитор и машинально пролистываю материалы дела. Очередной бракоразводный процесс. Двенадцать лет работы помощником судьи научили меня не удивляться человеческим слабостям, но каждый раз, когда дело касается измен, что-то внутри меня сжимается. Наверное, потому что я всегда думаю: «Слава богу, у нас с Андреем все не так».
Заседание начинается в десять. Истец – мужчина с измученным лицом. Ответчица сидит с вызывающе поднятой головой.
– Приступим к рассмотрению доказательств измены, – произносит судья.
Я включаю проектор. Стандартная процедура.
Первая фотография появляется на экране, и моё сердце пропускает удар.
Пляж. Закат. Мужчина и женщина в объятиях. Знакомый изгиб шеи. Родинка над левой бровью. Широкие плечи, которые я целовала тысячу раз.
Андрей.
Мой муж.
Воздух застревает в горле. Я не могу дышать.
– Следующее фото, – раздаётся голос адвоката.
Заседание начинается в десять. Истец – мужчина с измученным лицом. Ответчица сидит с вызывающе поднятой головой.
– Приступим к рассмотрению доказательств измены, – произносит судья.
Я включаю проектор. Стандартная процедура.
Первая фотография появляется на экране, и моё сердце пропускает удар.
Пляж. Закат. Мужчина и женщина в объятиях. Знакомый изгиб шеи. Родинка над левой бровью. Широкие плечи, которые я целовала тысячу раз.
Андрей.
Мой муж.
Воздух застревает в горле. Я не могу дышать.
– Следующее фото, – раздаётся голос адвоката.
Мой муж стоит в центре зала с бокалом в руке.
Рядом – она, его любовница. Блондинка, молодая, в красном. Смеётся, запрокидывая голову.
Его ладонь у неё на пояснице – открыто, при всех, при мне.
Он находит меня глазами через зал.
Ждёт.
Что я сломаюсь, заплачу, убегу.
Я делаю первый шаг. Второй. Каблуки стучат по паркету – ровно, как метроном. Зал затихает. Сто пар глаз, и все – на мне.
Я иду к нему, прямая, спокойная, с бокалом игристого в руке.
Он ещё улыбается. Он ещё думает, что управляет.
Одно движение – и содержимое бокала летит ему в лицо.
Семь лет молчания. Семь лет «да». И одно движение, которое перечёркивает всё.
Рядом – она, его любовница. Блондинка, молодая, в красном. Смеётся, запрокидывая голову.
Его ладонь у неё на пояснице – открыто, при всех, при мне.
Он находит меня глазами через зал.
Ждёт.
Что я сломаюсь, заплачу, убегу.
Я делаю первый шаг. Второй. Каблуки стучат по паркету – ровно, как метроном. Зал затихает. Сто пар глаз, и все – на мне.
Я иду к нему, прямая, спокойная, с бокалом игристого в руке.
Он ещё улыбается. Он ещё думает, что управляет.
Одно движение – и содержимое бокала летит ему в лицо.
Семь лет молчания. Семь лет «да». И одно движение, которое перечёркивает всё.
Пока гости поднимали бокалы за нашу любовь, мой муж переписывался с любовницей.
Ведущая говорила о верности, а он думал о другой женщине.
И через несколько минут признался:
— Да, я тебе изменил.
Один вечер уничтожил пятнадцать лет нашего брака.
Проглотить? Простить? Или уйти навсегда?!
Ведущая говорила о верности, а он думал о другой женщине.
И через несколько минут признался:
— Да, я тебе изменил.
Один вечер уничтожил пятнадцать лет нашего брака.
Проглотить? Простить? Или уйти навсегда?!
Выберите полку для книги
Романы о неверности: истории любви, боли и выбора
Романы о неверности — это эмоциональные книги о людях, которые сталкиваются с предательством, сомнениями, тайнами и последствиями сложных решений. В таких историях измена редко бывает просто сюжетным поворотом: чаще она становится испытанием для чувств, семьи, доверия и самого представления героев о любви.
На Литмаркет собраны книги, в которых отношения показаны без сахарной глазури: с ревностью, обидами, внутренними противоречиями, неожиданными признаниями и непростым выбором. Одни герои пытаются сохранить брак, другие — начинают жизнь заново, третьи понимают, что правда иногда приходит слишком поздно.
Что почитать в жанре романов о неверности
В подборке можно найти современные любовные романы, семейные драмы, истории о вторых шансах, запретных чувствах и отношениях на грани разрыва. Такие книги подойдут читателям, которым важны сильные эмоции, психологическая глубина персонажей и напряжение между «простить», «уйти» и «попробовать снова».
Если вам интересны истории, где любовь проходит проверку предательством, а герои вынуждены честно взглянуть на себя и свои чувства, выбирайте книгу из жанра «Романы о неверности» и читайте онлайн на Литмаркет.