Книги в жанре «Служебный роман» по тегу «besplatnie»
Скромной мечтательнице Надежде Швецовой не везёт с мужчинами. За несколько дней до Нового года она решается повесить ёлочный шар с запиской на «Ёлку знакомств» в холле своего офиса. В тот же день игрушку кто-то снимает.
Тут и начинаются её приключения…
Тут и начинаются её приключения…
Он не признаёт отказа. Особенно — от неё.
Аслан Джабраилов — мужчина, который сжигает дотла. В его руках — власть, деньги и опасные тайны. В его крови — дикая ревность и желание обладать без остатка.
Полина пришла в его компанию за опытом. А попала в капкан. Он смотрит на неё так, что колени слабеют. Говорит так, что по коже бегут мурашки. И прикасается так, будто уже знает каждый изгиб её тела.
Она ненавидит его за эту самоуверенность. И ненавидит себя за то, что по ночам ждёт его сообщений.
Их связь — как порох. Одна искра — и уже не остановиться. Он умеет быть грубым до дрожи и нежным до безумия. Она учится отвечать ему — сначала вызовом, потом стоном.
Но у Аслана есть прошлое, которое не отпускает. И когда оно врывается в их жизнь, Полина понимает: этот мужчина способен не только сжечь её дотла, но и защитить ценой всего.
Он сказал: «Ты будешь только моя». И доказал это каждой ночью.
Аслан Джабраилов — мужчина, который сжигает дотла. В его руках — власть, деньги и опасные тайны. В его крови — дикая ревность и желание обладать без остатка.
Полина пришла в его компанию за опытом. А попала в капкан. Он смотрит на неё так, что колени слабеют. Говорит так, что по коже бегут мурашки. И прикасается так, будто уже знает каждый изгиб её тела.
Она ненавидит его за эту самоуверенность. И ненавидит себя за то, что по ночам ждёт его сообщений.
Их связь — как порох. Одна искра — и уже не остановиться. Он умеет быть грубым до дрожи и нежным до безумия. Она учится отвечать ему — сначала вызовом, потом стоном.
Но у Аслана есть прошлое, которое не отпускает. И когда оно врывается в их жизнь, Полина понимает: этот мужчина способен не только сжечь её дотла, но и защитить ценой всего.
Он сказал: «Ты будешь только моя». И доказал это каждой ночью.
— Не пойдет, слишком красивая, — майор Глеб Громов смерил меня ледяным взглядом. — Мои бойцы на занятиях будут думать не о неправильных глаголах, а о правильных изгибах. Передерутся после первого же урока. Зачем мне срыв дисциплины?
— Если ваши бойцы дерутся из-за юбки, майор, то грош цена вашей хваленой дисциплине, — спокойно ответила я. — Или вы боитесь, что сами не справитесь с контролем?
Я — Анна Владимировна, образцовый педагог, и меня пригласили на закрытую авиабазу обучить спецгруппу летчиков техническому английскому. Я думала, что самое сложное — усмирить наглого курсанта-сердцееда Воронова. Но настоящим штормом для меня стал его командир.
Железный майор Громов, женоненавистник с турбиной вместо сердца. Он обещал вышвырнуть меня при первом же инциденте. Но когда в небе случается ЧП, а его радары слепнут от бешеной ревности, нам обоим придется учиться главному правилу: доверять и разговаривать. Даже если искры между нами готовы сжечь всю базу.
— Если ваши бойцы дерутся из-за юбки, майор, то грош цена вашей хваленой дисциплине, — спокойно ответила я. — Или вы боитесь, что сами не справитесь с контролем?
Я — Анна Владимировна, образцовый педагог, и меня пригласили на закрытую авиабазу обучить спецгруппу летчиков техническому английскому. Я думала, что самое сложное — усмирить наглого курсанта-сердцееда Воронова. Но настоящим штормом для меня стал его командир.
Железный майор Громов, женоненавистник с турбиной вместо сердца. Он обещал вышвырнуть меня при первом же инциденте. Но когда в небе случается ЧП, а его радары слепнут от бешеной ревности, нам обоим придется учиться главному правилу: доверять и разговаривать. Даже если искры между нами готовы сжечь всю базу.
У неё была система. Два года в поместье Донованов — и ни одного сбоя. Приходить в шесть утра, не задерживаться в дверях, не смотреть на него. Особенно — не смотреть на него. Киллиан Донован — её работодатель. Холодный, недосягаемый, привыкший получать то, что хочет.
Система работала. Пока в кабинет не вошёл двухлетний ребёнок с плюшевым кроликом. Её ребёнок.
Она думала, что знает все правила. Она не знала только одного: правила созданы, чтобы их нарушать.
Система работала. Пока в кабинет не вошёл двухлетний ребёнок с плюшевым кроликом. Её ребёнок.
Она думала, что знает все правила. Она не знала только одного: правила созданы, чтобы их нарушать.
Хаотичная адвокатша случайно врезалась в самого педантичного судью города. Теперь ей предстоит выиграть самое сложное дело — его сердце.
– Ну так что? Отправите меня в декрет?
–Хочешь в декрет? – гремит вопрос, заставляя поежится, но не отступаю.
– Да, босс, я хочу в декрет!
Он оборачивается. Глаза горят. Яркий солнечный свет, исходящий от окна, затемняет лицо. Я даже как-то теряюсь. Демонически выглядит. Огромный, широкоплечий, пугающий.
Он двигается ко мне.
– Как я могу отказать даме? – произносит хрипло. – Можем сейчас к процессу и приступить.
– К какому? – спрашиваю, рефлекторно отступая.
– К зачатию.
Всё начиналось так)))
–Хочешь в декрет? – гремит вопрос, заставляя поежится, но не отступаю.
– Да, босс, я хочу в декрет!
Он оборачивается. Глаза горят. Яркий солнечный свет, исходящий от окна, затемняет лицо. Я даже как-то теряюсь. Демонически выглядит. Огромный, широкоплечий, пугающий.
Он двигается ко мне.
– Как я могу отказать даме? – произносит хрипло. – Можем сейчас к процессу и приступить.
– К какому? – спрашиваю, рефлекторно отступая.
– К зачатию.
Всё начиналось так)))
«Кому ты нужна в тридцать лет? С твоим прицепом из лишних килограммов и детских картинок?» — семь лет я верила мужу. А потом просто перестала втягивать живот и ушла.
Мне достался билет в новую жизнь: контракт с французским издательством, старинное шато в Провансе и работа иллюстратором для невыносимого французского автора. Жан-Пьер Ренар забраковал десятерых художников и не подпускает никого к своему сердцу. Меня он тоже встретил ледяным: «Исключено. Возвращайтесь в город».
Вот только мне слишком дорого дался этот побег, чтобы я сдалась.
Мне достался билет в новую жизнь: контракт с французским издательством, старинное шато в Провансе и работа иллюстратором для невыносимого французского автора. Жан-Пьер Ренар забраковал десятерых художников и не подпускает никого к своему сердцу. Меня он тоже встретил ледяным: «Исключено. Возвращайтесь в город».
Вот только мне слишком дорого дался этот побег, чтобы я сдалась.
Он строил карьеру на чужих тайнах и верил, что правосудие можно вершить без эмоций. Судья Даниил Громов — человек, который одиннадцать лет назад сбежал из родного города, оставив за спиной любовь, смерть и осколки прошлого. Теперь он возвращается — по просьбе единственной женщины, которую так и не смог забыть.
Вера Соколовская обвиняется в убийстве мужа. Все улики против неё: яд, мотив, уничтоженная чашка. Но чем глубже Даниил погружается в это дело, тем яснее понимает — он влез в паутину, сплетённую задолго до его приезда. Теневые партнёры, ожившая сестра, которую все считали мёртвой, подкупленные следователи и женщина, чьё лицо кажется знакомым, но чьи слова могут оказаться искусной ложью.
«Судья и грешница» — это история о том, как тонка грань между правдой и её отражением. О любви, которая умеет ждать. О вине, которую нельзя искупить. И о доме, который каждый строит сам — из страхов, надежд и чужих секретов. Но стекло — хрупкий материал.
Вера Соколовская обвиняется в убийстве мужа. Все улики против неё: яд, мотив, уничтоженная чашка. Но чем глубже Даниил погружается в это дело, тем яснее понимает — он влез в паутину, сплетённую задолго до его приезда. Теневые партнёры, ожившая сестра, которую все считали мёртвой, подкупленные следователи и женщина, чьё лицо кажется знакомым, но чьи слова могут оказаться искусной ложью.
«Судья и грешница» — это история о том, как тонка грань между правдой и её отражением. О любви, которая умеет ждать. О вине, которую нельзя искупить. И о доме, который каждый строит сам — из страхов, надежд и чужих секретов. Но стекло — хрупкий материал.
Это очередная история про мою работу в ШПР - школе приёмных родителей. несмотря на серьёзность обучения и разный возраст слушателей, место было и юмору, и просто весёлым историям.
Первая история тут https://litmarket.ru/books/hellouin-na-raushskoy
Первая история тут https://litmarket.ru/books/hellouin-na-raushskoy
— Это не то, что ты думаешь! — муж сталкивает с колен размалеванную девицу в красном кружевном белье.
— У нас дома… Какой же ты мерзкий! Как ты мог… предатель!
Сердце сжимается от боли. Мой мир рушится. Я перевожу взгляд, и понимаю, что знаю эту девушку…
Я была так счастлива замужем. Мы долго не могли родить второго ребенка, я годами моталась по больницам. И вот я стою с младенцем на руках, а мой любимый муж сделал мне такой незабываемый подарок…
❤️борьба за собственное счастье
❤️побег и преследование
❤️самый отверженный помощник восьми лет
❤️муж, разрушивший все, до чего смог дотянуться
❤️ХЭ тому, кто заслужил!
— У нас дома… Какой же ты мерзкий! Как ты мог… предатель!
Сердце сжимается от боли. Мой мир рушится. Я перевожу взгляд, и понимаю, что знаю эту девушку…
Я была так счастлива замужем. Мы долго не могли родить второго ребенка, я годами моталась по больницам. И вот я стою с младенцем на руках, а мой любимый муж сделал мне такой незабываемый подарок…
❤️борьба за собственное счастье
❤️побег и преследование
❤️самый отверженный помощник восьми лет
❤️муж, разрушивший все, до чего смог дотянуться
❤️ХЭ тому, кто заслужил!
Подборка книг
Выберите полку для книги