Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-emotsionalno»
Когда на пластиковой полоске проступили две чёткие линии, Кира сначала просто смотрела. Потом руки начали дрожать. Потом она тихо, почти беззвучно выдохнула одно короткое слово.
Беременна.
Она села на холодный пол и долго сидела, прижав колени к груди. В голове крутились обрывки: ночь после открытия бара, потом ещё двенадцать или пятнадцать раз за эти недели. С презервативами. Иногда без — в самые жаркие моменты, когда уже было всё равно. Алексей. Денис. Оба. И теперь невозможно понять, чей именно ребёнок растёт внутри.
Беременна.
Она села на холодный пол и долго сидела, прижав колени к груди. В голове крутились обрывки: ночь после открытия бара, потом ещё двенадцать или пятнадцать раз за эти недели. С презервативами. Иногда без — в самые жаркие моменты, когда уже было всё равно. Алексей. Денис. Оба. И теперь невозможно понять, чей именно ребёнок растёт внутри.
— Я не хочу, чтобы ты менялась. Я хочу, чтобы ты была рядом. Всё остальное — детали.
— А если твоя мать не примет?
— Мать примет, потому что я так решил.
— А если нет?
— Тогда это её проблема. Не твоя и не моя.
— Ты не доверяешь мне.
— Я не доверяю никому. Я уже обжигалась.
Я привыкла, что мужчины либо отступают, либо ломают меня под себя. Но Тимур не делал ни того, ни другого — он просто ждал, пока я решусь сама. А я не могла решиться: слишком разные у нас миры, слишком громко звучат в его культуре чужие правила. Он сказал, что не будет ждать вечно — и теперь я должна понять, чего боюсь больше: потерять себя рядом с ним или потерять его навсегда.
— А если твоя мать не примет?
— Мать примет, потому что я так решил.
— А если нет?
— Тогда это её проблема. Не твоя и не моя.
— Ты не доверяешь мне.
— Я не доверяю никому. Я уже обжигалась.
Я привыкла, что мужчины либо отступают, либо ломают меня под себя. Но Тимур не делал ни того, ни другого — он просто ждал, пока я решусь сама. А я не могла решиться: слишком разные у нас миры, слишком громко звучат в его культуре чужие правила. Он сказал, что не будет ждать вечно — и теперь я должна понять, чего боюсь больше: потерять себя рядом с ним или потерять его навсегда.
- Пожалуйста, Глеб… ты должен мне помочь?— я до боли кусаю нижнюю губу, чтоб не расплакаться. - Иначе… он завершит то, что не успел.
- Не говори ерунды, Мира,— голос Комогорцева кажется спокойным, но я вижу, как дёргается его кадык. - Марат Игнатьевич, уважаемый в нашем городе человек, он твой муж.
- Глеб… прошу? Ты мой единственный шанс… ради нашей дружбы? Ради…
Я осекаюсь, так и не сказав главного. Никто не должен об этом знать — даже он!
***
Спасаясь от мужа, Мирослава, оказывается в больнице и случайно сталкивается с бывшим.
Сможет ли он ей помочь? Захочет ли? А ещё …что делать с вновь нахлынувшими чувствами?
- Не говори ерунды, Мира,— голос Комогорцева кажется спокойным, но я вижу, как дёргается его кадык. - Марат Игнатьевич, уважаемый в нашем городе человек, он твой муж.
- Глеб… прошу? Ты мой единственный шанс… ради нашей дружбы? Ради…
Я осекаюсь, так и не сказав главного. Никто не должен об этом знать — даже он!
***
Спасаясь от мужа, Мирослава, оказывается в больнице и случайно сталкивается с бывшим.
Сможет ли он ей помочь? Захочет ли? А ещё …что делать с вновь нахлынувшими чувствами?
Борис богат, влиятелен и успешен. Вадим не имеет даже стабильной работы. Борис появляется в моей размеренной жизни и превращает её в шикарную с блеском бриллиантов сказку. Вадим живёт по соседству, покорно выслушивает мои жалобы и утешает, когда я огорчена. Борис – мой начальник и кандидат в мужья. Вадим – мой хороший друг.
И, казалось, всё уже предрешено и правильно, но кто же знал, что оба парня всё это время носили маски и были совершенно не теми, за кого себя выдавали?
А у меня всё это время был один маленький секрет…
И, казалось, всё уже предрешено и правильно, но кто же знал, что оба парня всё это время носили маски и были совершенно не теми, за кого себя выдавали?
А у меня всё это время был один маленький секрет…
— Ты сводишь меня с ума, — низко выдохнул он, кусая кожу у ключицы. — Я пытался. Честно пытался держать себя в руках.
— Я тоже, — едва слышно ответила я и потянула его ближе.
Он не был нежным. Совсем. Движения вышли резкими, жадными, почти отчаянными — будто все запреты, которые он так долго ставил между нами, рухнули разом.
Ксюша снимает первую в жизни квартиру и в тот же вечер устраивает короткое замыкание. На помощь хозяйка присылает внука: холодного, язвительного и слишком привлекательного Павла. Наутро выясняется, что именно он — новый приглашённый преподаватель, который за одну неделю должен провести курс и провести экзамен.
Он пытается держать дистанцию и требует от неё только знаний.
Она пытается не смотреть на него как на привлекательного мужчину.
Когда страсть всё-таки прорывается наружу, цена оказывается слишком высокой.
💥Строгий и горячий преподаватель
💥Студентка с бытовыми фейлами
💥Тайное влечение
💥Хэппи-энд
— Я тоже, — едва слышно ответила я и потянула его ближе.
Он не был нежным. Совсем. Движения вышли резкими, жадными, почти отчаянными — будто все запреты, которые он так долго ставил между нами, рухнули разом.
Ксюша снимает первую в жизни квартиру и в тот же вечер устраивает короткое замыкание. На помощь хозяйка присылает внука: холодного, язвительного и слишком привлекательного Павла. Наутро выясняется, что именно он — новый приглашённый преподаватель, который за одну неделю должен провести курс и провести экзамен.
Он пытается держать дистанцию и требует от неё только знаний.
Она пытается не смотреть на него как на привлекательного мужчину.
Когда страсть всё-таки прорывается наружу, цена оказывается слишком высокой.
💥Строгий и горячий преподаватель
💥Студентка с бытовыми фейлами
💥Тайное влечение
💥Хэппи-энд
— Ты че, берега попутала? — прорычал он, сжимая мои запястья над головой. — Ты думаешь, ты какая-то особенная? Да я тебя сейчас сломаю и не замечу. Ты обычная подстилка, которую я могу купить до последнего волоса.
Я не вздрогнула. Посмотрела ему прямо в глаза и лениво усмехнулась:
— Думаю, что ты просто избалованный, закомплексованный мальчик, Тимурчик. И мне на тебя абсолютно, глубоко плевать. Мелко плаваешь, мальчик.
Я пришла в дом Исмаиловых ради денег, согласившись стать живой игрушкой для самого наглого и испорченного мажора города. Моей задачей было перевоспитать этого дикого хищника по заказу его опасного деда, но я не учла одного. Игрушки сами имеют свойство ломаться…
Я не вздрогнула. Посмотрела ему прямо в глаза и лениво усмехнулась:
— Думаю, что ты просто избалованный, закомплексованный мальчик, Тимурчик. И мне на тебя абсолютно, глубоко плевать. Мелко плаваешь, мальчик.
Я пришла в дом Исмаиловых ради денег, согласившись стать живой игрушкой для самого наглого и испорченного мажора города. Моей задачей было перевоспитать этого дикого хищника по заказу его опасного деда, но я не учла одного. Игрушки сами имеют свойство ломаться…
Мы дружили с самого детства, но жизнь раскидала нас на долгие десять лет. И теперь судьба снова сводит нас вместе. Только вот дружба остаётся в прошлом, уступив место чувствам и сомнениям.
Один из них – надёжный, как скала, с уверенным взглядом и обещанием дать всё, о чём только можно мечтать. Другой – вихрь, срывающий с меня все маски, дарующий ту свободу, от которой кружится голова, и те эмоции, что делают меня живой.
Кого выбрать, если каждый выбор кажется предательством? А сердце шепчет своё… И настоящая измена – это предать саму себя, выбирая не того, кого любишь, а того, кого должна.
Один из них – надёжный, как скала, с уверенным взглядом и обещанием дать всё, о чём только можно мечтать. Другой – вихрь, срывающий с меня все маски, дарующий ту свободу, от которой кружится голова, и те эмоции, что делают меня живой.
Кого выбрать, если каждый выбор кажется предательством? А сердце шепчет своё… И настоящая измена – это предать саму себя, выбирая не того, кого любишь, а того, кого должна.
Он облил её грязью из-под колёс своего спорткара и предложил купить новое пальто — со сдачей на шоколадку. Она швырнула его деньги ему в лицо.
Алина — староста-отличница, которая фрилансит по ночам, чтобы оплатить магистратуру. Кирилл — мажор и сын главного спонсора университета, для которого вся жизнь — игра без правил. Ультиматум отца связывает их странной сделкой: она становится его личным куратором, и на кону — её будущее, его свобода и финансирование всего вуза.
Но «уроки» очень быстро перестают быть про учёбу. Потому что самый опасный предмет в их программе — желание. А у него нет ни методички, ни правил.
Алина — староста-отличница, которая фрилансит по ночам, чтобы оплатить магистратуру. Кирилл — мажор и сын главного спонсора университета, для которого вся жизнь — игра без правил. Ультиматум отца связывает их странной сделкой: она становится его личным куратором, и на кону — её будущее, его свобода и финансирование всего вуза.
Но «уроки» очень быстро перестают быть про учёбу. Потому что самый опасный предмет в их программе — желание. А у него нет ни методички, ни правил.
Я пришла к гинекологу из-за боли. А ушла с его вопросом: «Вам приятно?» Это был Кирилл — мужчина, с которым моя мать жила два года. Он снял маску и промолчал. Он старше меня на 20 лет. Что будет, если я плюну на все запреты?
Она реставрирует то, что сломано временем.
Он куёт то, что сломано жизнью.
Но кто восстановит их двоих?
Тёмная аллея Нескучного сада. Три грабителя с ножом. И один незнакомец, который врывается в ночь, как стихия, — ломая кости, перехватывая лезвие голой рукой и не задавая лишних вопросов.
Ника — реставратор старинной графики, девушка с зелёными глазами и привычкой верить в лучшее. Глеб — бывший боксёр и кузнец, человек со шрамами на теле и в душе, который давно решил, что не заслуживает нежности. Их встреча — случайность, продиктованная жестокостью города. Но когда Ника приводит раненого незнакомца домой, чтобы обработать его раны, между ними вспыхивает огонь, который невозможно погасить.
Одна ночь перерастает в одержимость. Одержимость — в чувство, от которого некуда бежать. Но прошлое Глеба не отпускает: старые грехи, новые обвинения и призрак бывшего жениха Ники грозят разрушить хрупкое счастье...
Он куёт то, что сломано жизнью.
Но кто восстановит их двоих?
Тёмная аллея Нескучного сада. Три грабителя с ножом. И один незнакомец, который врывается в ночь, как стихия, — ломая кости, перехватывая лезвие голой рукой и не задавая лишних вопросов.
Ника — реставратор старинной графики, девушка с зелёными глазами и привычкой верить в лучшее. Глеб — бывший боксёр и кузнец, человек со шрамами на теле и в душе, который давно решил, что не заслуживает нежности. Их встреча — случайность, продиктованная жестокостью города. Но когда Ника приводит раненого незнакомца домой, чтобы обработать его раны, между ними вспыхивает огонь, который невозможно погасить.
Одна ночь перерастает в одержимость. Одержимость — в чувство, от которого некуда бежать. Но прошлое Глеба не отпускает: старые грехи, новые обвинения и призрак бывшего жениха Ники грозят разрушить хрупкое счастье...
Подборка эмоциональной романтической эротики
Выберите полку для книги