Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «vlastnyy-geroy»
— Я пытался дозвониться! Ты не брала трубку! Ты отрезала все контакты!
— После твоего письма?! После…— я затрясла головой, не в силах выговорить. После того как я потеряла нашего ребёнка, а ты бросил меня.
Его пальцы сжали моё запястье чуть сильнее.
Он прижал меня к прохладной стенке лифта. Тело вспомнило всё. Каждое прикосновение. Каждое тайное место в этой больнице, где мы прятались в перерывах между сменами. Гардеробная. Кабинет УЗИ ночью. Этот самый лифт.
Он глубоко вздохнул, вбирая мой запах. Его рука на талии сжалась. Она сдвинулась чуть ниже, к низу живота.
— После твоего письма?! После…— я затрясла головой, не в силах выговорить. После того как я потеряла нашего ребёнка, а ты бросил меня.
Его пальцы сжали моё запястье чуть сильнее.
Он прижал меня к прохладной стенке лифта. Тело вспомнило всё. Каждое прикосновение. Каждое тайное место в этой больнице, где мы прятались в перерывах между сменами. Гардеробная. Кабинет УЗИ ночью. Этот самый лифт.
Он глубоко вздохнул, вбирая мой запах. Его рука на талии сжалась. Она сдвинулась чуть ниже, к низу живота.
- Ты ещё кто такая, - в спальню ко мне врывается отец подруги, наглый и опасный кавказец, - я себе на праздник снегурочку не заказывал.
Лучшая подруга меня подставила!
После того, как я осталась без комнаты, она пустила меня на праздники в свой загородный домик, сказала, что её отец в командировке до февраля...
А сейчас он посреди ночи залетает в спальню, срывает с меня одеяло, и его голодный взгляд...
Он меня пугает до чёртиков!
Так хищник смотрит на жертву перед тем, как съесть.
- Я подруга Инги... она пустила пожить... я уже ухожу...
Пытаюсь выбежать из спальни, но отец подруги хватает за руку, притягивает к себе.
- Не уйдёшь, сладкая. Раз уж оказалась в моём доме на Новый год, станешь подарком для меня.
- Нет...
- Да. Сколько там длятся праздники? Две недели? Поверь, мы найдём, чем их занять...
Лучшая подруга меня подставила!
После того, как я осталась без комнаты, она пустила меня на праздники в свой загородный домик, сказала, что её отец в командировке до февраля...
А сейчас он посреди ночи залетает в спальню, срывает с меня одеяло, и его голодный взгляд...
Он меня пугает до чёртиков!
Так хищник смотрит на жертву перед тем, как съесть.
- Я подруга Инги... она пустила пожить... я уже ухожу...
Пытаюсь выбежать из спальни, но отец подруги хватает за руку, притягивает к себе.
- Не уйдёшь, сладкая. Раз уж оказалась в моём доме на Новый год, станешь подарком для меня.
- Нет...
- Да. Сколько там длятся праздники? Две недели? Поверь, мы найдём, чем их занять...
С работы уволили, а подруга уезжает на Новый год, я остаюсь одна. Со скуки же помереть можно!
Но получилось так, что устраиваюсь горничной, и проливаю кофе на незнакомца... потом пришла к нему, чтобы убраться. Но, похоже, у этого мужчины на меня совсем другие планы...
— Раздевайся, малышка, тут слишком жарко, — произносит он низким голосом, прожигая меня своим тёмным взглядом. — Ты моя на три дня, всё давно оплачено.
Вот это поворот... На такое я точно не подписывалась!
Но получилось так, что устраиваюсь горничной, и проливаю кофе на незнакомца... потом пришла к нему, чтобы убраться. Но, похоже, у этого мужчины на меня совсем другие планы...
— Раздевайся, малышка, тут слишком жарко, — произносит он низким голосом, прожигая меня своим тёмным взглядом. — Ты моя на три дня, всё давно оплачено.
Вот это поворот... На такое я точно не подписывалась!
РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА МАКСИМАЛЬНАЯ ПРЯМО СЕЙЧАС!
— Где Петр? – мой голос звучит хрипло, чужим шепотом.
— Твой муж, – говорит наконец незнакомец. – Твой муж сейчас занят. Он подписывает бумаги. Оформляет передачу прав.
Глаза мужчины скользят по мне. Левый – цвет холодной стали, северного моря. Правый – темнее, с золотистыми искрами у зрачка, как у крупного хищника.
— Каких прав? – я отступаю, пока спина не упирается в высокий стол у камина.
— Права первой ночи, Елизавета. Твоя невинность была залогом в его игре. И он проиграл. Мне. Снимай свое свадебное платье, я хочу посмотреть на то, что выкупил у твоего мужа.
Целиком.
— Где Петр? – мой голос звучит хрипло, чужим шепотом.
— Твой муж, – говорит наконец незнакомец. – Твой муж сейчас занят. Он подписывает бумаги. Оформляет передачу прав.
Глаза мужчины скользят по мне. Левый – цвет холодной стали, северного моря. Правый – темнее, с золотистыми искрами у зрачка, как у крупного хищника.
— Каких прав? – я отступаю, пока спина не упирается в высокий стол у камина.
— Права первой ночи, Елизавета. Твоя невинность была залогом в его игре. И он проиграл. Мне. Снимай свое свадебное платье, я хочу посмотреть на то, что выкупил у твоего мужа.
Целиком.
(Книга автора завершена и представляет собой цельное произведение)
Он — шеф, которого никто не любит на работе.
Я — обычно бухгалтер, расчётчик заработной платы.
После новогоднего корпоратива, на котором шефа нарядили в Санту, я неожиданно оказалась у него дома. В этот момент он заявил, что сильно и надолго влюблён в меня, и пригрозил увольнением, если я откажусь ходить с ним на свидания.
Я, как хитрая женщина, решила напугать его своим семилетним сыном Василием. Но вместо того, чтобы испугаться, шеф, словно вновь превратившись в доброго Санту, начал задаривать моего сына подарками. Я не могла понять, чего он на самом деле добивается. Это явно было не любовное увлечение. Может шеф сошёл с ума?
Он — шеф, которого никто не любит на работе.
Я — обычно бухгалтер, расчётчик заработной платы.
После новогоднего корпоратива, на котором шефа нарядили в Санту, я неожиданно оказалась у него дома. В этот момент он заявил, что сильно и надолго влюблён в меня, и пригрозил увольнением, если я откажусь ходить с ним на свидания.
Я, как хитрая женщина, решила напугать его своим семилетним сыном Василием. Но вместо того, чтобы испугаться, шеф, словно вновь превратившись в доброго Санту, начал задаривать моего сына подарками. Я не могла понять, чего он на самом деле добивается. Это явно было не любовное увлечение. Может шеф сошёл с ума?
Она боится собственной тени. Он видит любую угрозу в радиусе.
Чтобы спрятаться, капитан спецназа Дмитрий Волков занимает пост в квартире Анны — женщины, чей мир после абьюза сузился до её же стен. Он — тихая, всепоглощающая сила. Она — его неожиданная и самая хрупкая миссия.
Когда её прошлое постучит в дверь, Волков покажет, что такое настоящая охрана. Он уже принял решение: эта женщина — его. Навсегда.
Чтобы спрятаться, капитан спецназа Дмитрий Волков занимает пост в квартире Анны — женщины, чей мир после абьюза сузился до её же стен. Он — тихая, всепоглощающая сила. Она — его неожиданная и самая хрупкая миссия.
Когда её прошлое постучит в дверь, Волков покажет, что такое настоящая охрана. Он уже принял решение: эта женщина — его. Навсегда.
Аннотация
Я согласилась на фиктивный брак с одногруппником, чтобы решить свои проблемы.
Просто бумажка, общая крыша и дружеская договорённость. Но я не учла одного: его отчима.
С первого взгляда я поняла — это катастрофа. Я влюбилась. Безнадёжно и безумно — в отца своего номинального мужа.
Теперь я живу в аду собственных чувств: каждый его визит — пытка, каждая улыбка — и счастье, и боль.
Мой мир рухнул, и я не знаю, что делать.
Я согласилась на фиктивный брак с одногруппником, чтобы решить свои проблемы.
Просто бумажка, общая крыша и дружеская договорённость. Но я не учла одного: его отчима.
С первого взгляда я поняла — это катастрофа. Я влюбилась. Безнадёжно и безумно — в отца своего номинального мужа.
Теперь я живу в аду собственных чувств: каждый его визит — пытка, каждая улыбка — и счастье, и боль.
Мой мир рухнул, и я не знаю, что делать.
Под Новый год я осталась без работы в огромном мегаполисе практически без денег! За квартиру надо платить, поэтому я кинулась искать варианты по объявлениям в интернете.
Одной компании нужен секретарь. Собеседование 1 января! Я думала, что буду работать в офисе, но все оказалось куда сложнее. Шейх-босс ищет себе фиктивную жену.
Жизнь ставит меня перед выбором: согласиться - и потерять честь или отказаться - и сохранить достоинство, но быть в нужде. Я бы выбрала второй вариант, ведь работу найти можно всегда, только моя мама задолжала крупную сумму банку. И что теперь мне делать?
Одной компании нужен секретарь. Собеседование 1 января! Я думала, что буду работать в офисе, но все оказалось куда сложнее. Шейх-босс ищет себе фиктивную жену.
Жизнь ставит меня перед выбором: согласиться - и потерять честь или отказаться - и сохранить достоинство, но быть в нужде. Я бы выбрала второй вариант, ведь работу найти можно всегда, только моя мама задолжала крупную сумму банку. И что теперь мне делать?
Он ударил ладонями по столу, запирая меня в ловушку. Его лицо было так близко, что я чувствовала жар его дыхания.
— Что происходит, Ветрова? — спросил он, глядя мне прямо в душу. — Неделю назад ты стонала в моих руках. А теперь смотришь на меня как на пустое место?
— Я соблюдаю субординацию, — мой голос дрожал, но я держала оборону. — То, что было... это ошибка. Забудьте. Его глаза сузились, превращаясь в две черные бездны.
— Ошибка? — переспросил он вкрадчиво. — Значит, когда ты плавилась от моего языка — это была ошибка?
— Прекратите! — Ты лжешь, — выдохнул он мне в губы, перехватывая мои запястья стальной хваткой.
— Я вижу, как ты смотришь на меня, когда думаешь, что я не замечаю. Я чувствую, как ты дрожишь сейчас. Твое тело не умеет врать, Настя. Врет только твой испуганный мозг.
— Отпустите... мне больно...
— Тебе не больно. Тебе страшно. Страшно признать, что ты хочешь меня так же сильно, как я хочу тебя.
— Что происходит, Ветрова? — спросил он, глядя мне прямо в душу. — Неделю назад ты стонала в моих руках. А теперь смотришь на меня как на пустое место?
— Я соблюдаю субординацию, — мой голос дрожал, но я держала оборону. — То, что было... это ошибка. Забудьте. Его глаза сузились, превращаясь в две черные бездны.
— Ошибка? — переспросил он вкрадчиво. — Значит, когда ты плавилась от моего языка — это была ошибка?
— Прекратите! — Ты лжешь, — выдохнул он мне в губы, перехватывая мои запястья стальной хваткой.
— Я вижу, как ты смотришь на меня, когда думаешь, что я не замечаю. Я чувствую, как ты дрожишь сейчас. Твое тело не умеет врать, Настя. Врет только твой испуганный мозг.
— Отпустите... мне больно...
— Тебе не больно. Тебе страшно. Страшно признать, что ты хочешь меня так же сильно, как я хочу тебя.
- Выйди немедленно! - выкрикиваю, прикрываясь руками.
- А то что? - спрашивает сын моего мужа, и на его губах расплывается хищная улыбка. - Пожалуешься мужу? Может, ты заодно ему расскажешь, чем мы занимались?
- Остановись! Если кто-то узнает, будет скандал!
- Плевать мне на скандал. Я сказал, ты будешь выполнять мои приказы. А если нет…
Он не заканчивает и делает шаг ко мне, а я понимаю, что бежать некуда.
Циничный, холодный, эгоистичный.
Сын моего мужа - это мое проклятие и самый горячий сон наяву.
Нам нужно остановиться. Прекратить делать то, что мы делаем. Но с каждым днем мы все сильнее погрязаем друг в друге, даже не замечая, что над нами уже сгущаются тучи…
- А то что? - спрашивает сын моего мужа, и на его губах расплывается хищная улыбка. - Пожалуешься мужу? Может, ты заодно ему расскажешь, чем мы занимались?
- Остановись! Если кто-то узнает, будет скандал!
- Плевать мне на скандал. Я сказал, ты будешь выполнять мои приказы. А если нет…
Он не заканчивает и делает шаг ко мне, а я понимаю, что бежать некуда.
Циничный, холодный, эгоистичный.
Сын моего мужа - это мое проклятие и самый горячий сон наяву.
Нам нужно остановиться. Прекратить делать то, что мы делаем. Но с каждым днем мы все сильнее погрязаем друг в друге, даже не замечая, что над нами уже сгущаются тучи…
Подборка романтической эротики с властным героем
Выберите полку для книги