Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
— Слушай, эта твоя тёлка реально горячая, — продолжал мой сын. — Понимаю, почему ты на неё запал. Фигура — огонь. Маме уже не дотянуть до такого уровня…
Я прислонилась к стене. Слёзы жгли щёки, но я не могла пошевелиться. Не могла остановить этот кошмар.
— А что мама? — Денис фыркнул. — Да ладно тебе переживать. Она ничего не узнает. Живёт в своём розовом мирке, где ты — идеальный муж, а наша семья — образец для подражания. Ты сейчас столько бабла крутишь, что можешь себе позволить и любовницу содержать, и семью, и мне на карманные расходы кинуть. Я тебя прикрою, а ты мне — новый телефон. По рукам? И мама никогда не узнает, что сегодня, в её день рождения, ты зажигаешь в бане с другой…
Я прислонилась к стене. Слёзы жгли щёки, но я не могла пошевелиться. Не могла остановить этот кошмар.
— А что мама? — Денис фыркнул. — Да ладно тебе переживать. Она ничего не узнает. Живёт в своём розовом мирке, где ты — идеальный муж, а наша семья — образец для подражания. Ты сейчас столько бабла крутишь, что можешь себе позволить и любовницу содержать, и семью, и мне на карманные расходы кинуть. Я тебя прикрою, а ты мне — новый телефон. По рукам? И мама никогда не узнает, что сегодня, в её день рождения, ты зажигаешь в бане с другой…
- Что, корова, родила никому не нужную дочку?- слышу в телефоне гадкий женский смешок,- я молилась, чтобы ты, тварь чужая, померла при родах и я станцевала на твоей могиле, но живучая, гюрза! Ничего! Не сдохла, рожая, помрешь от злости сейчас! Ты в курсе, что я послезавтра выхожу замуж за твоего мужа? Он хочет меня! Подарками задарил, каждый день в любви признается! И я, в отличие от тебя, рожу ему сына! Настоящего наследника для такого богатого и влиятельного мужчины, которому ты не пара, конечно!
Про то, что Муслим женится, я узнала пару дней назад. От него самого. Когда он меня забирал из роддома. Он сказал мне это, хладнокровно глядя в глаза.
Они хотели станцевать на моей могиле. А я станцую на их свадьбе…
Про то, что Муслим женится, я узнала пару дней назад. От него самого. Когда он меня забирал из роддома. Он сказал мне это, хладнокровно глядя в глаза.
Они хотели станцевать на моей могиле. А я станцую на их свадьбе…
БЕСПЛАТНО. (История Маргариты и Сергея)
Отец ребенка угрожает его забрать! Если я попрошу помощи у своего отца, он меня заберет обратно под свое крыло. И здравствуй, будущий муж и партнер по его бизнесу. А я стану примерной женой, которой разрешено улыбаться и угождать престарелому мужу?
Ну уж нет!
Лучше сама выберу себе мужа! Фиктивного, правда, и пусть им станет тот противный подполковник, с которым мы вот уже два года не можем терпеть друг друга.
Отец ребенка угрожает его забрать! Если я попрошу помощи у своего отца, он меня заберет обратно под свое крыло. И здравствуй, будущий муж и партнер по его бизнесу. А я стану примерной женой, которой разрешено улыбаться и угождать престарелому мужу?
Ну уж нет!
Лучше сама выберу себе мужа! Фиктивного, правда, и пусть им станет тот противный подполковник, с которым мы вот уже два года не можем терпеть друг друга.
У меня ресторан в центре, ноги, на которые оборачиваются студенты, и муж, который в четверг поставил на кухню собранный чемодан и сказал: «Лара, сядь. Я встретил другую».
Я даже почти выдохнула. Ну, классика. Пятьдесят лет, седина в бороду.
– И сколько ей? Двадцать пять?
– Ей... шестьдесят пять.
Ее зовут Регина Аркадьевна. Бывшая прима оперетты. Три подтяжки, четыре покойных мужа, леопардовый тюрбан и сорок тысяч подписчиков. Она называет моего мужа «мой котик», не пускает его есть после шести и возит на пилатес вместе с собачкой.
Проиграть двадцатилетней я бы пережила. Но это – ЧТО?!
Мне никто не верит. Мама требует признаться, кто она на самом деле. Подруги просят показать фото и потом полчаса не могут говорить. А котик тем временем прислал мне бумагу: он хочет половину моего ресторана.
Зато у меня появился союзник – ее сын. Кардиолог, сорок три, спит по четыре часа и уверен, что моя семья разводит его мать на квартиру. Мы придумали план..
Я даже почти выдохнула. Ну, классика. Пятьдесят лет, седина в бороду.
– И сколько ей? Двадцать пять?
– Ей... шестьдесят пять.
Ее зовут Регина Аркадьевна. Бывшая прима оперетты. Три подтяжки, четыре покойных мужа, леопардовый тюрбан и сорок тысяч подписчиков. Она называет моего мужа «мой котик», не пускает его есть после шести и возит на пилатес вместе с собачкой.
Проиграть двадцатилетней я бы пережила. Но это – ЧТО?!
Мне никто не верит. Мама требует признаться, кто она на самом деле. Подруги просят показать фото и потом полчаса не могут говорить. А котик тем временем прислал мне бумагу: он хочет половину моего ресторана.
Зато у меня появился союзник – ее сын. Кардиолог, сорок три, спит по четыре часа и уверен, что моя семья разводит его мать на квартиру. Мы придумали план..
– Это моя мать и мой сын, Самира. Если мы разведемся, они не будут иметь к тебе никакого отношения.
– Мать и сын, которых ты навещал раз в год! Да я им большая семья, чем ты когда-либо был!
– Не утрируй, – отмахивается от меня Мурад. – Суть в том, что ты или принимаешь мои условия, или убираешься из моего дома.
– Никогда! Я скорее буду побираться, чем стану тебе настоящей женой!
– Отлично, – гадко усмехается он. – На это я и надеялся. Если бы не просьба мамы, я бы тебе и шанса не дал. Или ты думала, что я, вдруг, воспылал к тебе страстью, принцесса доморощенная? Можешь паковать вещички, скоро в эту семью войдет новая невестка. Я и так был слишком добр, позволяя тебе жить здесь, учитывая наше прошлое.
– Мать и сын, которых ты навещал раз в год! Да я им большая семья, чем ты когда-либо был!
– Не утрируй, – отмахивается от меня Мурад. – Суть в том, что ты или принимаешь мои условия, или убираешься из моего дома.
– Никогда! Я скорее буду побираться, чем стану тебе настоящей женой!
– Отлично, – гадко усмехается он. – На это я и надеялся. Если бы не просьба мамы, я бы тебе и шанса не дал. Или ты думала, что я, вдруг, воспылал к тебе страстью, принцесса доморощенная? Можешь паковать вещички, скоро в эту семью войдет новая невестка. Я и так был слишком добр, позволяя тебе жить здесь, учитывая наше прошлое.
— Разумеется я знал, — с насмешкой произносит он. — Алиса, когда ты уже поймешь, что мне наплевать? Мне было наплевать шесть лет назад и мне наплевать сейчас.
Его слова не сразу оседают в моем сознании, но когда до меня все-таки доходит их смысл, я чувствую, что теряю связь с реальностью. Он знал о нашем сыне. Все эти годы, что я боялась, что он узнает, Марат, оказывается, был в курсе. И ему было наплевать.
Восемь лет назад я была счастлива с ним.
Семь лет назад он превратил мою жизнь в ад.
Шесть лет назад он даже не стал меня слушать, когда я пришла рассказать ему о том, что жду его ребенка.
Я была уверена, что больше никогда не увижу его. Но, видимо, судьба распорядилась иначе.
Его слова не сразу оседают в моем сознании, но когда до меня все-таки доходит их смысл, я чувствую, что теряю связь с реальностью. Он знал о нашем сыне. Все эти годы, что я боялась, что он узнает, Марат, оказывается, был в курсе. И ему было наплевать.
Восемь лет назад я была счастлива с ним.
Семь лет назад он превратил мою жизнь в ад.
Шесть лет назад он даже не стал меня слушать, когда я пришла рассказать ему о том, что жду его ребенка.
Я была уверена, что больше никогда не увижу его. Но, видимо, судьба распорядилась иначе.
– Ты же понимаешь, какую плату за свою помощь я попрошу? – Давид вопросительно смотрит на меня, а мое сердце заходится бешеным ритмом.
– Какую? – едва размыкаю губы, чтобы спросить.
Мужчина поднимается с широкого кожаного диванчика и подходит ближе.
Застываю, точно каменная статуя, пока он проводит горячими пальцами по моей щеке.
– Тебя.
Одно единственное слово, пронзает насквозь.
– И если ты согласишься… – теперь Давид совсем близко, и я перестаю дышать. – Мне будет позволено все.
Я пришла просить помощи у человека, к которому никогда бы не хотелось обращаться. Потому что только он способен остановить моего мужа и спасти мне жизнь.
– Какую? – едва размыкаю губы, чтобы спросить.
Мужчина поднимается с широкого кожаного диванчика и подходит ближе.
Застываю, точно каменная статуя, пока он проводит горячими пальцами по моей щеке.
– Тебя.
Одно единственное слово, пронзает насквозь.
– И если ты согласишься… – теперь Давид совсем близко, и я перестаю дышать. – Мне будет позволено все.
Я пришла просить помощи у человека, к которому никогда бы не хотелось обращаться. Потому что только он способен остановить моего мужа и спасти мне жизнь.
– Ты жену Кравцова видела?!
Замираю в кабинке туалета, прислушиваясь к разговору девиц, которые только вошли и явно прихорашиваются у зеркала.
– Да ладно, не завидуй. Муженек-то от нее погуливает. Да еще как!
– Ты что?! Откуда знаешь?!
– Знаю. У Сергея темперамент очень горячий, видать, жена давно не прельщает.
Врастаю в дверь, в глазах начинает темнеть, а щеки отчего-то становятся очень мокрыми.
– Значит, слухи – правда. Ты с генеральным нашим встречаешься?!
– Правда. Думаешь, что мы столько с ним на сверхурочных оставались… Отчеты – повод, но уже скоро и так все заметят, – отвечает уверенно девица.
– Что заметят?! – спрашивает вторая, пока я кусаю губы до крови, чтобы не закричать.
- Живот. Потому что, в отличие от бесплодной женушки генерального, я Сергею Юрьевичу скоро подарю долгожданного наследника!
Хотела сделать любимому подарок на Новый год, сообщить о долгожданной беременности, но сюрприз сделал мне он…
Замираю в кабинке туалета, прислушиваясь к разговору девиц, которые только вошли и явно прихорашиваются у зеркала.
– Да ладно, не завидуй. Муженек-то от нее погуливает. Да еще как!
– Ты что?! Откуда знаешь?!
– Знаю. У Сергея темперамент очень горячий, видать, жена давно не прельщает.
Врастаю в дверь, в глазах начинает темнеть, а щеки отчего-то становятся очень мокрыми.
– Значит, слухи – правда. Ты с генеральным нашим встречаешься?!
– Правда. Думаешь, что мы столько с ним на сверхурочных оставались… Отчеты – повод, но уже скоро и так все заметят, – отвечает уверенно девица.
– Что заметят?! – спрашивает вторая, пока я кусаю губы до крови, чтобы не закричать.
- Живот. Потому что, в отличие от бесплодной женушки генерального, я Сергею Юрьевичу скоро подарю долгожданного наследника!
Хотела сделать любимому подарок на Новый год, сообщить о долгожданной беременности, но сюрприз сделал мне он…
— Тебе не кажется, что с твоей женой пора что-то делать, сынок? — слышу ядовитый голос свекрови и сильнее вжимаюсь в стену коридора. Только бы меня не заметили. — Полина уже отработанный материал. Все ее приданое ты успешно встроил в семейный бизнес. Ее отец больше не обладает той властью, что раньше. Ничего не мешает тебе сменить жену. Я тут присмотрела одну породистую девочку, дочку сенатора. Как раз то, чего нам не хватает. Конечно, Злату придется оставить у нас. У нее наша кровь. Доверить воспитание девочки неизвестно кому мы не можем.
****
Первые три года моего замужества были похожи на сказку. Я была наивна, доверчива и не догадывалась, что сказка эта страшная, а все герои в ней не те, за кого себя выдают. А теперь, чтобы спасти себя и дочь, мне придется обратиться к мужчине, которого я почти не знаю. Вряд ли он окажется хуже того, кого я пять лет называла мужем. Но если я все же ошиблась и поставила не на того, что ж, тогда мне не позавидуеш
****
Первые три года моего замужества были похожи на сказку. Я была наивна, доверчива и не догадывалась, что сказка эта страшная, а все герои в ней не те, за кого себя выдают. А теперь, чтобы спасти себя и дочь, мне придется обратиться к мужчине, которого я почти не знаю. Вряд ли он окажется хуже того, кого я пять лет называла мужем. Но если я все же ошиблась и поставила не на того, что ж, тогда мне не позавидуеш
— Там Доронин вернулся!
— И как он? — спрашиваю осторожно, чтобы не выдать свой интерес.
А сердце уже колотится так, что, наверное, всем на этаже слышно. И все поймут, что у нас с генеральным полгода назад случился служебный роман, результат которого у меня сейчас под сердцем. Растет как положено, набирает вес, толкается.
— Женится!
Как во сне иду в кабинет начальника с подносом кофе. Неслышно открываю дверь и застываю на пороге.
— Тебя поздравлять или сочувствовать? – Молотов в своем кресле.
Мой начальник очень привлекательный мужчина, о котором мечтают все девушки в нашей компании. Ловелас, балагур, спортсмен. Но я влюбилась не в него. А в того, кто сидит в кресле спиной ко мне. Влюбилась и позволила разбить себе сердце.
— Поздравлять, — Артем Романович произносит это с легкой усмешкой. Глубокий бархатный голос царапает по моему сердцу и заставляет его кровоточить. Мужчина, которого я безумно люблю, женится на другой. Это правда. — Дарина беременна, — продолжает Доронин.
— И как он? — спрашиваю осторожно, чтобы не выдать свой интерес.
А сердце уже колотится так, что, наверное, всем на этаже слышно. И все поймут, что у нас с генеральным полгода назад случился служебный роман, результат которого у меня сейчас под сердцем. Растет как положено, набирает вес, толкается.
— Женится!
Как во сне иду в кабинет начальника с подносом кофе. Неслышно открываю дверь и застываю на пороге.
— Тебя поздравлять или сочувствовать? – Молотов в своем кресле.
Мой начальник очень привлекательный мужчина, о котором мечтают все девушки в нашей компании. Ловелас, балагур, спортсмен. Но я влюбилась не в него. А в того, кто сидит в кресле спиной ко мне. Влюбилась и позволила разбить себе сердце.
— Поздравлять, — Артем Романович произносит это с легкой усмешкой. Глубокий бархатный голос царапает по моему сердцу и заставляет его кровоточить. Мужчина, которого я безумно люблю, женится на другой. Это правда. — Дарина беременна, — продолжает Доронин.
Выберите полку для книги