Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
СКИДКА ДО 7 ЯНВАРЯ!
— Любовница в нашей постели?! Ты совсем обалдел, притащил эту девку! Сколько ей лет? Двадцать? Меньше?
— Хватит кричать. Дверь закрой! С той стороны! — разъяренно командует муж.
Я делаю шаг назад, будто послушала его приказ, но потом…
Резко ныряю ему под руку и бросаюсь к кровати.
Там, под тонкой простыней прячется его любовница.
Я сдергиваю простынь и немею, увидев, с кем муж только что кувыркался.
— Ты?! Боже… Как ты могла?
***
Когда предают близкие люди — больно, но когда их предательство рушит всю семью до основания, приходится забыть о чувствах.
Но стоит ли семья предателей того, чтобы за них бороться?
— Любовница в нашей постели?! Ты совсем обалдел, притащил эту девку! Сколько ей лет? Двадцать? Меньше?
— Хватит кричать. Дверь закрой! С той стороны! — разъяренно командует муж.
Я делаю шаг назад, будто послушала его приказ, но потом…
Резко ныряю ему под руку и бросаюсь к кровати.
Там, под тонкой простыней прячется его любовница.
Я сдергиваю простынь и немею, увидев, с кем муж только что кувыркался.
— Ты?! Боже… Как ты могла?
***
Когда предают близкие люди — больно, но когда их предательство рушит всю семью до основания, приходится забыть о чувствах.
Но стоит ли семья предателей того, чтобы за них бороться?
— Ты стала скучной. Без огня. Я больше ничего к тебе не чувствую.
— А что ты теперь чувствуешь?
— Желание быть с другой. С той, от которой я не зеваю.
Он не кричал. Не прятался. Просто поставил меня перед фактом.
Пятнадцать лет вместе — и в один день я стала «серой и пресной».
Он называл это «честностью». А я — предательством.
Пока я тянула быт, он оплачивал салон своей любовнице с моего ИП.
Пока я готовила ему ужин, он бронировал номер с джакузи и лепестками роз.
Но однажды я поставила точку. Без скандала. Без истерик. И начала убирать из своей жизни всё лишнее. В том числе — его.
— А что ты теперь чувствуешь?
— Желание быть с другой. С той, от которой я не зеваю.
Он не кричал. Не прятался. Просто поставил меня перед фактом.
Пятнадцать лет вместе — и в один день я стала «серой и пресной».
Он называл это «честностью». А я — предательством.
Пока я тянула быт, он оплачивал салон своей любовнице с моего ИП.
Пока я готовила ему ужин, он бронировал номер с джакузи и лепестками роз.
Но однажды я поставила точку. Без скандала. Без истерик. И начала убирать из своей жизни всё лишнее. В том числе — его.
— Тихо, тихо… — шепчет муж. — Разбудишь весь дом.
— Твою Надьку хоть пушкой буди, она не встанет. Только на спиногрызов твоих реагирует. А мужа совсем без присмотра оставила.
— Тихо ты, — рычит Федя.
Четко слышу шумное дыхание и звуки шлепков.
Мне кажется, что это все мне снится. Поэтому я все же захожу на кухню и включаю свет.
— Надя? — испуганно говорит мой супруг отшатываясь от полуголой женщины. — Ты почему не спишь?
— Что вы делаете? — растерянно перевожу взор с него на мою лучшую подругу и обратно, с ужасом понимая, что они меня предали.
— Прости, Надюш. Но это оказалось сильнее нас, — говорит змея, что я пригрела на груди.
Наконец-то моя самая близкая подруга решилась перебраться в столицу. И на первое время я пригласила ее пожить у нас с мужем. Вот только я не знала, что эта помощь обернется для меня настоящим кошмаром, и два самых близких человека вонзят мне нож в спину.
— Твою Надьку хоть пушкой буди, она не встанет. Только на спиногрызов твоих реагирует. А мужа совсем без присмотра оставила.
— Тихо ты, — рычит Федя.
Четко слышу шумное дыхание и звуки шлепков.
Мне кажется, что это все мне снится. Поэтому я все же захожу на кухню и включаю свет.
— Надя? — испуганно говорит мой супруг отшатываясь от полуголой женщины. — Ты почему не спишь?
— Что вы делаете? — растерянно перевожу взор с него на мою лучшую подругу и обратно, с ужасом понимая, что они меня предали.
— Прости, Надюш. Но это оказалось сильнее нас, — говорит змея, что я пригрела на груди.
Наконец-то моя самая близкая подруга решилась перебраться в столицу. И на первое время я пригласила ее пожить у нас с мужем. Вот только я не знала, что эта помощь обернется для меня настоящим кошмаром, и два самых близких человека вонзят мне нож в спину.
– Так ты знала? – Настя смотрит на меня, и в уголках её глаз появляются слёзы.
Она моя лучшая подруга и любовница моего мужа. Мерзкая предательница.
– Знала ли я что ты спишь с моим мужем? Да, знала.
– Это ты уничтожила мою карьеру! Это всё ты! Я годами это строила, а ты…
– Ты разрушила мою семейную жизнь, а я твою карьеру, считаю что мы квиты. – Я собираюсь уходить, но в последний момент останавливаюсь и добавляю, – мужу моему передай, что теперь его очередь.
Я не прощу измену. Я отомщу предателям!
ХЭ
Она моя лучшая подруга и любовница моего мужа. Мерзкая предательница.
– Знала ли я что ты спишь с моим мужем? Да, знала.
– Это ты уничтожила мою карьеру! Это всё ты! Я годами это строила, а ты…
– Ты разрушила мою семейную жизнь, а я твою карьеру, считаю что мы квиты. – Я собираюсь уходить, но в последний момент останавливаюсь и добавляю, – мужу моему передай, что теперь его очередь.
Я не прощу измену. Я отомщу предателям!
ХЭ
- Я так за вас рада, Марин, - с улыбкой произнесла Елена. - Я всегда мечтала стать молодой бабушкой.
- Ты о чем? - нахмурилась Марина, совершенно не понимая, к чему клонит их гостья.
- Ну как же, Алина скоро станет мамой.
Тишина накрыла стол, как удар плиты. Все замерли. Застыли в кадре.
Марина медленно повернулась к дочери. Её губы задрожали:
- Алина… Это правда?
- Мам… Я…
- От кого? - голос Марины хрипел. Он больше напоминал выдох, чем вопрос.
Елена наклонилась вперёд:
- Ну скажи же, Алина. Или, может быть, Игорь ответит вместо тебя?
Тишина. Как набат. Как гробовая плита, под которой скоропостижно погребли брак Елены и ее благоверного мужа - Игоря.
- Ты о чем? - нахмурилась Марина, совершенно не понимая, к чему клонит их гостья.
- Ну как же, Алина скоро станет мамой.
Тишина накрыла стол, как удар плиты. Все замерли. Застыли в кадре.
Марина медленно повернулась к дочери. Её губы задрожали:
- Алина… Это правда?
- Мам… Я…
- От кого? - голос Марины хрипел. Он больше напоминал выдох, чем вопрос.
Елена наклонилась вперёд:
- Ну скажи же, Алина. Или, может быть, Игорь ответит вместо тебя?
Тишина. Как набат. Как гробовая плита, под которой скоропостижно погребли брак Елены и ее благоверного мужа - Игоря.
– И я тебя люблю, – шепчет в телефонную трубку мой муж. – Пока, мышонок. Поцелуй за меня Кирюху…
Слышу его шаги и быстро отхожу от дверей. Толком даже не успеваю обдумать услышанное. Прижимаю к груди скатерть, за которой, собственно, и приходила и бегу к лестнице. Бред какой-то… Это наверное кто-то из его сестер. Только вот у мужа точно нет племянников с именем Кирилл. Если я все правильно помню. А я на память пока не жаловалась.
***
На девятую годовщину брака, мне открылась страшная тайна. Оказалось, что муж лишил меня возможности стать матерью, а сам завел вторую семью. За это я заберу всё, что ему дорого…
Слышу его шаги и быстро отхожу от дверей. Толком даже не успеваю обдумать услышанное. Прижимаю к груди скатерть, за которой, собственно, и приходила и бегу к лестнице. Бред какой-то… Это наверное кто-то из его сестер. Только вот у мужа точно нет племянников с именем Кирилл. Если я все правильно помню. А я на память пока не жаловалась.
***
На девятую годовщину брака, мне открылась страшная тайна. Оказалось, что муж лишил меня возможности стать матерью, а сам завел вторую семью. За это я заберу всё, что ему дорого…
– У меня назначено. На три.
Беспокойно вздыхаю, не в силах унять тревогу.
– Богдана Рахимова? – уточняет секретарша.
Ненавистная фамилия уже почти не режет слух. Почти – потому что я никогда к ней не привыкну.
– Да, – получается тихо.
– Рахимова, значит?! – знакомый мужской голос, точно хлыст, разрезает воздух.
Я так волновалась, что даже не заметила, как ОН открыл дверь кабинета и оказался в приемной.
И пока я пытаюсь хоть что-то произнести и не задохнуться, Миронов уже выносит ужасающий вердикт, обращаясь к секретарше:
– Евгения, проводите девушку. И впредь не записывайте ко мне кого попало.
– Захар… – шепчут мои губы. – Пожалуйста, выслушай меня.
Когда-то я предала нашу любовь ради спасения. И Захар так и не узнал, что я родила от него дочерей. А теперь мне пришлось вернуться, чтобы уберечь девочек от мужчины, которого они считали отцом.
Беспокойно вздыхаю, не в силах унять тревогу.
– Богдана Рахимова? – уточняет секретарша.
Ненавистная фамилия уже почти не режет слух. Почти – потому что я никогда к ней не привыкну.
– Да, – получается тихо.
– Рахимова, значит?! – знакомый мужской голос, точно хлыст, разрезает воздух.
Я так волновалась, что даже не заметила, как ОН открыл дверь кабинета и оказался в приемной.
И пока я пытаюсь хоть что-то произнести и не задохнуться, Миронов уже выносит ужасающий вердикт, обращаясь к секретарше:
– Евгения, проводите девушку. И впредь не записывайте ко мне кого попало.
– Захар… – шепчут мои губы. – Пожалуйста, выслушай меня.
Когда-то я предала нашу любовь ради спасения. И Захар так и не узнал, что я родила от него дочерей. А теперь мне пришлось вернуться, чтобы уберечь девочек от мужчины, которого они считали отцом.
Я резко дёргаю дверь кладовки, и та распахивается. Швабра, которой, видимо, подпёрли ручку изнутри, падает с лязгом.
Мой муж прижимает молоденькую сотрудницу к стене.
— Роза… — Он подаётся вперёд, как будто хочет оправдаться.
У меня в голове начинает гудеть.
— Я не хотел, чтобы ты узнала так, — оправдывается он. — Но как видишь. У нас с Аней всё серьёзно. Я люблю её. Так вышло. В этом нет твоей вины.
А я смотрю на его любовницу и вижу то, после чего у меня не остаётся сомнений. Он выбрал её окончательно.
***
Муж оставил меня ни с чем. Мне некуда идти. Единственный вариант — заброшенная дача. Я думала, что буду зализывать там раны, но кто же знал, что именно там я встречу нужных людей и смогу расцвести. Да так, что бывший муж будет жалеть, что оставил меня.
Мой муж прижимает молоденькую сотрудницу к стене.
— Роза… — Он подаётся вперёд, как будто хочет оправдаться.
У меня в голове начинает гудеть.
— Я не хотел, чтобы ты узнала так, — оправдывается он. — Но как видишь. У нас с Аней всё серьёзно. Я люблю её. Так вышло. В этом нет твоей вины.
А я смотрю на его любовницу и вижу то, после чего у меня не остаётся сомнений. Он выбрал её окончательно.
***
Муж оставил меня ни с чем. Мне некуда идти. Единственный вариант — заброшенная дача. Я думала, что буду зализывать там раны, но кто же знал, что именно там я встречу нужных людей и смогу расцвести. Да так, что бывший муж будет жалеть, что оставил меня.
Василиса - не кошка, а хозяйка кота. Только кот, как водится, гуляет сам по себе... Но иногда он может помочь найти любовь всей жизни. И если кот уже нашёл себе хозяйку, - значит, остаётся только отдать её в хорошие руки будущему мужу. И не беда, если у вечно занятой "бизнес леди" дома даже искусственные цветы завяли, а её фирменное блюдо - свежий кипяток. Главное - не опускать лапы и взять дело в свои коготки.
Ей удалось вырваться из капкана, чтоб обрести настоящее семью.
Из-за приоткрытой двери слышны мужские голоса. Разговор ведется на повышенных тонах.
- Срок тебе месяц. Если не вернёшь ты, возьмём долг с твоей девчонки.
- Она ещё ребенок! Ей даже 18-ти нет!
- Значит товар ещё не порченый, возьму себе, а с тебя больше спишем. Будет хорошо себя вести и совсем простим. Твоя жадность уже переходит все границы. Мы устали разгребать твоё дерьмо.
- Я подумаю, поговорим через месяц.
Из-за приоткрытой двери слышны мужские голоса. Разговор ведется на повышенных тонах.
- Срок тебе месяц. Если не вернёшь ты, возьмём долг с твоей девчонки.
- Она ещё ребенок! Ей даже 18-ти нет!
- Значит товар ещё не порченый, возьму себе, а с тебя больше спишем. Будет хорошо себя вести и совсем простим. Твоя жадность уже переходит все границы. Мы устали разгребать твоё дерьмо.
- Я подумаю, поговорим через месяц.
Выберите полку для книги