Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
Подозревая мужа в измене, решила проверить компьютер, где нашла его переписку.
Переписка с ElenaL. Моя сестра.
"Скучаю по вчерашнему вечеру... твои губы сводят с ума..."
"Не могу дождаться нашей следующей встречи..."
"Ангелина ничего не подозревает? Как долго мы ещё будем скрываться?"
"Скоро всё изменится, любимая. Обещаю."
Читаю дальше, и каждое сообщение как удар ножом в спину. Они планируют встречи, обсуждают мои слабости, мою наивность. Елена пишет: "Она такая слепая, даже не замечает, как мы смотрим друг на друга".
А Павел отвечает: "Ещё немного терпения. Скоро мы будем вместе официально".
Руки трясутся, когда прокручиваю историю переписки вверх. Первые сообщения датированы тремя месяцами назад. Как раз тогда, когда Елена попросила устроить её на работу к Павлу.
Нахожу подтверждение в одном из ранних сообщений. Елена: " Я люблю тебя уже давно."
А Павел отвечает: "Жаль, что я тогда выбрал не ту сестру"
Переписка с ElenaL. Моя сестра.
"Скучаю по вчерашнему вечеру... твои губы сводят с ума..."
"Не могу дождаться нашей следующей встречи..."
"Ангелина ничего не подозревает? Как долго мы ещё будем скрываться?"
"Скоро всё изменится, любимая. Обещаю."
Читаю дальше, и каждое сообщение как удар ножом в спину. Они планируют встречи, обсуждают мои слабости, мою наивность. Елена пишет: "Она такая слепая, даже не замечает, как мы смотрим друг на друга".
А Павел отвечает: "Ещё немного терпения. Скоро мы будем вместе официально".
Руки трясутся, когда прокручиваю историю переписки вверх. Первые сообщения датированы тремя месяцами назад. Как раз тогда, когда Елена попросила устроить её на работу к Павлу.
Нахожу подтверждение в одном из ранних сообщений. Елена: " Я люблю тебя уже давно."
А Павел отвечает: "Жаль, что я тогда выбрал не ту сестру"
«Вечный беспорядок», – с улыбкой подумала я и пошла повесить пиджак в гардероб, чтобы он не помялся.
Взяв его, я почувствовала в кармане знакомый тяжелый прямоугольник. Вот он, телефон. Я собиралась просто переложить его в карман уже висевшего костюма, но палец, по нелепой случайности, задел сенсорный экран.
Экран вспыхнул, ослепив меня в полумраке зала.
И замер, открыв не закрытое приложение мессенджера.
Не общий чат с коллегами. Не переписка с моей мамой, которой Саша терпеливо объяснял, как пользоваться новым роутером.
А личный диалог.
С Леной.
Моей Леной. Моей лучшей подругой. Крестной моей дочери Софии. Сестрой, которую я не выбирала, но которая была мне дороже кровной.
Мое сердце не заколотилось. Оно, наоборот, будто замерло. Замерло и провалилось куда-то в ледяную пустоту под ребрами, оставив за собой оглушительную тишину.
Взяв его, я почувствовала в кармане знакомый тяжелый прямоугольник. Вот он, телефон. Я собиралась просто переложить его в карман уже висевшего костюма, но палец, по нелепой случайности, задел сенсорный экран.
Экран вспыхнул, ослепив меня в полумраке зала.
И замер, открыв не закрытое приложение мессенджера.
Не общий чат с коллегами. Не переписка с моей мамой, которой Саша терпеливо объяснял, как пользоваться новым роутером.
А личный диалог.
С Леной.
Моей Леной. Моей лучшей подругой. Крестной моей дочери Софии. Сестрой, которую я не выбирала, но которая была мне дороже кровной.
Мое сердце не заколотилось. Оно, наоборот, будто замерло. Замерло и провалилось куда-то в ледяную пустоту под ребрами, оставив за собой оглушительную тишину.
— Ой, дядя бандит, вы мне подходите!
Я замираю посреди зала в ах... каком удивлении.
Приехал в ресторан, деньги из должника выбивать!
А в ресторане пусто, и только в большом зале сидит девчушка в красном платьице, смотрит на меня щенячьими глазами.
— Ты кто такая, — спрашиваю, — чья будешь, и кто за тобой стоит?
— Янка Хулюганка я, — отвечает мелкая, — из детсадовских, старшая по горшкам, за мной нянечка стоит. А ви кто?
— Мурат Гаджиев, — усмехаюсь, — смотрящий за городом.
— Ви мне подходите!
— Для чего подхожу?
Она манит пальчиком, подхожу ближе, интересно, что скажет малая.
А она вдруг делает такое, что я ох...реневаю!
— Ты чего творишь?
Бандитка в колготках улыбается!
— Ви тепель заложник! Будете моим нянем! И поможете найти маму, её из-за вас похитили…
Это не девочка, это беда, меня сведёт с ума!
Такую суету навела, до конца жизни не разгребёшь!
А ещё вместе с этой мелюзгой всплыла тайна, которая может погубить не только меня, но и саму бандитку в колготках...
Я замираю посреди зала в ах... каком удивлении.
Приехал в ресторан, деньги из должника выбивать!
А в ресторане пусто, и только в большом зале сидит девчушка в красном платьице, смотрит на меня щенячьими глазами.
— Ты кто такая, — спрашиваю, — чья будешь, и кто за тобой стоит?
— Янка Хулюганка я, — отвечает мелкая, — из детсадовских, старшая по горшкам, за мной нянечка стоит. А ви кто?
— Мурат Гаджиев, — усмехаюсь, — смотрящий за городом.
— Ви мне подходите!
— Для чего подхожу?
Она манит пальчиком, подхожу ближе, интересно, что скажет малая.
А она вдруг делает такое, что я ох...реневаю!
— Ты чего творишь?
Бандитка в колготках улыбается!
— Ви тепель заложник! Будете моим нянем! И поможете найти маму, её из-за вас похитили…
Это не девочка, это беда, меня сведёт с ума!
Такую суету навела, до конца жизни не разгребёшь!
А ещё вместе с этой мелюзгой всплыла тайна, которая может погубить не только меня, но и саму бандитку в колготках...
— Ты украл меня! Ты не имеешь права!
— Я забрал своё, Раяна.
— Я не твоя!
— Ошибаешься. С этого дня — моя. Вторая жена.
Я не знала его. Никогда не видела раньше. Он ворвался в мою жизнь, как буря, сломав всё. Я сопротивлялась, кричала, плевала ему в лицо правду. Но за его именем — власть. За его молчанием — угрозы. И никто не посмеет идти против него. Никто — кроме меня.
Только одно я не учла: ненависть — опасная игра. Особенно когда сам дьявол начинает тебя желать.
— Я забрал своё, Раяна.
— Я не твоя!
— Ошибаешься. С этого дня — моя. Вторая жена.
Я не знала его. Никогда не видела раньше. Он ворвался в мою жизнь, как буря, сломав всё. Я сопротивлялась, кричала, плевала ему в лицо правду. Но за его именем — власть. За его молчанием — угрозы. И никто не посмеет идти против него. Никто — кроме меня.
Только одно я не учла: ненависть — опасная игра. Особенно когда сам дьявол начинает тебя желать.
Белая Audi Никиты уже рычала мотором.
Я подбежала к водительской двери и начала бить ладонью по тёмному стеклу.
– Никита! Открой! Мне нужно сказать тебе…!
Машина рванула вперёд с визгом покрышек, оставив меня в облаке едкого газа и горького унижения.
Я стояла на тротуаре, глотая слёзы.
Позади раздались тяжёлые, размеренные шаги. Глеб подошёл вплотную и молча набросил на мои дрожащие плечи свой пиджак. Ткань, сохранившая его тепло, и запах, на мгновение уняла мою дрожь.
– Пойдём, Алёна. Хватит на сегодня.
Его голос был сухим, но в нём не было издёвки. Только весомая правда Земли, которая всегда принимает то, что упало.
Любовь длиною в десять лет обернулась двумя полосками на тесте и одним словом от любимого: «Аборт». Спасением стал фиктивный брак, но может ли он стать настоящим? И что победит, когда бывший, осознав, кого потерял, вернется, чтобы забрать «своё» ? Выбор Алёны между двумя братьями определит судьбу каждого.
ЭМОЦИОНАЛЬНО
ОТКРОВЕННО
НЕЦЕНЗУРНАЯ ЛЕКСИКА
Х
Я подбежала к водительской двери и начала бить ладонью по тёмному стеклу.
– Никита! Открой! Мне нужно сказать тебе…!
Машина рванула вперёд с визгом покрышек, оставив меня в облаке едкого газа и горького унижения.
Я стояла на тротуаре, глотая слёзы.
Позади раздались тяжёлые, размеренные шаги. Глеб подошёл вплотную и молча набросил на мои дрожащие плечи свой пиджак. Ткань, сохранившая его тепло, и запах, на мгновение уняла мою дрожь.
– Пойдём, Алёна. Хватит на сегодня.
Его голос был сухим, но в нём не было издёвки. Только весомая правда Земли, которая всегда принимает то, что упало.
Любовь длиною в десять лет обернулась двумя полосками на тесте и одним словом от любимого: «Аборт». Спасением стал фиктивный брак, но может ли он стать настоящим? И что победит, когда бывший, осознав, кого потерял, вернется, чтобы забрать «своё» ? Выбор Алёны между двумя братьями определит судьбу каждого.
ЭМОЦИОНАЛЬНО
ОТКРОВЕННО
НЕЦЕНЗУРНАЯ ЛЕКСИКА
Х
Дверь открывается, и я вижу Максима. Но он не один.
Рядом с ним стоит девушка. Молодая, лет двадцати пяти, с длинными светлыми волосами и яркой помадой на губах. Стройная фигура обтянута облегающим платьем. И живот. Округлый, явно беременный живот.
– Макс? – мой голос звучит чужим, тонким. – Что... кто это?
– Лена, это Кристина, – говорит он ровным тоном, как будто представляет нового сотрудника. – Она будет жить с нами. У меня через четыре месяца родится сын.
Рядом с ним стоит девушка. Молодая, лет двадцати пяти, с длинными светлыми волосами и яркой помадой на губах. Стройная фигура обтянута облегающим платьем. И живот. Округлый, явно беременный живот.
– Макс? – мой голос звучит чужим, тонким. – Что... кто это?
– Лена, это Кристина, – говорит он ровным тоном, как будто представляет нового сотрудника. – Она будет жить с нами. У меня через четыре месяца родится сын.
— Не смей оскорблять мою Янину! — рявкнул муж.
— Я буду называть твою любовницу как угодно!
— Да ты ей просто завидуешь, — щурится Виктор. — Неудивительно, Янина, умная девушка, на военной кафедре учится! Скоро офицером станет и перейдет в штаб работать! Ее ждет потрясающая карьера...
— ... которую она пытается заработать через постель.
— Ну по крайней мере, она всю себя не посвятила мужику, а поддерживала в нем интерес! Я, конечно, благодарен тебе за годы нахождения рядом со мной, пока я продвигался по службе. Но теперь я генерал, а у нашего сына своя семья. Нам же с тобой пора пойти своими дорогами и построить свое счастье без друг друга. Надеюсь, ты его все-таки найдешь, а не попросишься обратно... "под мое крылышко".
Даже если бы моя жизнь пошла под откос после развода с генералом Романовым, я бы ни за что не вернулась под его "крылышко". Но к большому сожалению мужа, после расставания с ним я стала лучшей версией себя. нам снова пришлось встретиться...
— Я буду называть твою любовницу как угодно!
— Да ты ей просто завидуешь, — щурится Виктор. — Неудивительно, Янина, умная девушка, на военной кафедре учится! Скоро офицером станет и перейдет в штаб работать! Ее ждет потрясающая карьера...
— ... которую она пытается заработать через постель.
— Ну по крайней мере, она всю себя не посвятила мужику, а поддерживала в нем интерес! Я, конечно, благодарен тебе за годы нахождения рядом со мной, пока я продвигался по службе. Но теперь я генерал, а у нашего сына своя семья. Нам же с тобой пора пойти своими дорогами и построить свое счастье без друг друга. Надеюсь, ты его все-таки найдешь, а не попросишься обратно... "под мое крылышко".
Даже если бы моя жизнь пошла под откос после развода с генералом Романовым, я бы ни за что не вернулась под его "крылышко". Но к большому сожалению мужа, после расставания с ним я стала лучшей версией себя. нам снова пришлось встретиться...
— Нам с женой пора отдохнуть друг от друга, — лениво тянет муж.
— И тебе её не жаль? — хихикает Олеся.
Я прижимаю пальцы к губам, чтобы не выдать себя. По лицу текут слёзы.
— Ну, она же меня не жалеет.
— Какая злодейка, — язвительный смешок. — И как же она тебя мучает?
— Ребёнка мне не хочет рожать, окаянная, — хмыкает муж.
Накрываю ладонью живот, где теплится новая жизнь. Внутри всё скручивается в узлы.
— Думаешь, она специально?
— Наверное, просто не может, — мрачно изрекает Лев. — Но если у нас с ней всё так и дальше пойдёт, скорее ты мне ребёнка родишь, чем она.
— Представляешь, какой случится скандал! — хохочет любовница. — Тогда поторопись, Бородин. Рви с женой и объявляй меня своей.
— Какое заманчивое предложение…
— И тебе её не жаль? — хихикает Олеся.
Я прижимаю пальцы к губам, чтобы не выдать себя. По лицу текут слёзы.
— Ну, она же меня не жалеет.
— Какая злодейка, — язвительный смешок. — И как же она тебя мучает?
— Ребёнка мне не хочет рожать, окаянная, — хмыкает муж.
Накрываю ладонью живот, где теплится новая жизнь. Внутри всё скручивается в узлы.
— Думаешь, она специально?
— Наверное, просто не может, — мрачно изрекает Лев. — Но если у нас с ней всё так и дальше пойдёт, скорее ты мне ребёнка родишь, чем она.
— Представляешь, какой случится скандал! — хохочет любовница. — Тогда поторопись, Бородин. Рви с женой и объявляй меня своей.
— Какое заманчивое предложение…
- Как давно ты…
В глазах стоят слезы.
Его слова били, как хлыст, обнажая всю мерзость его предательства.
- Весь наш брак у меня была вторая семья. Там я добирал все то, чего мне недоставало с тобой. Рита очень страстная и благодарная женщина. Умеет правильно выстраивать иерархию в отличие от тебя.
Мне хотелось прекратить эти унижения. Поток обвинений. Оправданий.
- Она женственная. Рите хочется помогать, а тебе… Адвокаты займутся разводом, и через месяц ты станешь разведенкой, а я свободным мужчиной, но ненадолго. Будешь хорошо себя вести – пригласим на свадьбу.
Наша история любви, как мне казалось, длилась двадцать четыре года, но муж убедил, что это было ложью…
Он подал на развод, а когда я собрала себя по кусочкам, забыла о его предательстве, появился в моей жизни вновь и пригласил на их семейный ужин со словами:
- Увидишь, как должна выглядеть супруга уважаемого бизнесмена и как его встречать. Маргарита даст много полезных советов.
В глазах стоят слезы.
Его слова били, как хлыст, обнажая всю мерзость его предательства.
- Весь наш брак у меня была вторая семья. Там я добирал все то, чего мне недоставало с тобой. Рита очень страстная и благодарная женщина. Умеет правильно выстраивать иерархию в отличие от тебя.
Мне хотелось прекратить эти унижения. Поток обвинений. Оправданий.
- Она женственная. Рите хочется помогать, а тебе… Адвокаты займутся разводом, и через месяц ты станешь разведенкой, а я свободным мужчиной, но ненадолго. Будешь хорошо себя вести – пригласим на свадьбу.
Наша история любви, как мне казалось, длилась двадцать четыре года, но муж убедил, что это было ложью…
Он подал на развод, а когда я собрала себя по кусочкам, забыла о его предательстве, появился в моей жизни вновь и пригласил на их семейный ужин со словами:
- Увидишь, как должна выглядеть супруга уважаемого бизнесмена и как его встречать. Маргарита даст много полезных советов.
— Агата, я бросаю тебя. Изменял три года, теперь всё… Устал тебя терпеть. Хочу жениться на любовнице.
— Три года? — шепчу, задыхаясь от боли. — Всё это время...
— Я поднялся, теперь мне нужна рядом эффектная, успешная женщина, которой будут завидовать все вокруг, которая станет украшением на деловых приемах и презентациях.
— А я? Десять лет рядом с тобой...
— Ты просто больше не моего уровня. Не дотягиваешь.
Не дотягиваешь…
Он произносит это легко, почти скучающе, будто не вырывает сердце из груди единственной, кто любил его не за статус, не за деньги — просто за то, что он есть.
Но я сжимаю кулаки и смотрю ему в прямо глаза:
— Запомни, Стас. Женщина, благодаря которой ты поднялся вверх, а потом сбросил вниз — беспощадный враг. Потому что она уже была в аду. И больше его не боится. А ты?
***
Он предал меня. Но однажды я произведу фурор.
Такой, что сначала он потеряет дар речи.
А потом скажет: "Мечтаю о тебе..."
— Три года? — шепчу, задыхаясь от боли. — Всё это время...
— Я поднялся, теперь мне нужна рядом эффектная, успешная женщина, которой будут завидовать все вокруг, которая станет украшением на деловых приемах и презентациях.
— А я? Десять лет рядом с тобой...
— Ты просто больше не моего уровня. Не дотягиваешь.
Не дотягиваешь…
Он произносит это легко, почти скучающе, будто не вырывает сердце из груди единственной, кто любил его не за статус, не за деньги — просто за то, что он есть.
Но я сжимаю кулаки и смотрю ему в прямо глаза:
— Запомни, Стас. Женщина, благодаря которой ты поднялся вверх, а потом сбросил вниз — беспощадный враг. Потому что она уже была в аду. И больше его не боится. А ты?
***
Он предал меня. Но однажды я произведу фурор.
Такой, что сначала он потеряет дар речи.
А потом скажет: "Мечтаю о тебе..."
Подборка эмоциональных коротких любовных романов
Выберите полку для книги