Книги в жанре «Романы о молодых героях»
— Всё ясно. Мне какая роль отведена во всём этом? — спрашиваю, отпивая кофе.
— Ты должен жениться на моей дочери, — выпаливает Владимир Михайлович, а я от абсурдности его слов поперхнувшись, прочищаю горло. — Более подходящего кандидата не найти. Мне будет спокойно, зная, что она с тобой. Тебе я доверяю.
Его слова звучат как приговор, а не благословение.
Охренеть. Немного подаюсь вперёд, чтобы угомонить бурю мыслей. Я, конечно, ожидал, что придётся чем-то пожертвовать за покровительство, но договорной брак?
Это выходит за рамки моего понимания.
— Сколько ей лет? — вырывается у меня, голос звучит хрипловато. — И что она сама об этом думает? Она у вас хоть совершеннолетняя?
Вопросы сыпятся один за другим, отражая мой шок и недоумение. Владимира Михайловича, кажется, ничуть не смущает моя бурная реакция. Он прищуривается, предупредительно глядя на меня, словно оценивая, насколько я далеко зайду в своих высказываниях.
— Ты должен жениться на моей дочери, — выпаливает Владимир Михайлович, а я от абсурдности его слов поперхнувшись, прочищаю горло. — Более подходящего кандидата не найти. Мне будет спокойно, зная, что она с тобой. Тебе я доверяю.
Его слова звучат как приговор, а не благословение.
Охренеть. Немного подаюсь вперёд, чтобы угомонить бурю мыслей. Я, конечно, ожидал, что придётся чем-то пожертвовать за покровительство, но договорной брак?
Это выходит за рамки моего понимания.
— Сколько ей лет? — вырывается у меня, голос звучит хрипловато. — И что она сама об этом думает? Она у вас хоть совершеннолетняя?
Вопросы сыпятся один за другим, отражая мой шок и недоумение. Владимира Михайловича, кажется, ничуть не смущает моя бурная реакция. Он прищуривается, предупредительно глядя на меня, словно оценивая, насколько я далеко зайду в своих высказываниях.
— Красавин, ты офигел?
Но вместо ответа он неожиданно хватает меня за руку и валит на кровать. Подминает меня под себя и зажимает рот ладонью.
— Слушай сюда, Ника-Вероника, — тихо, но очень четко и доходчиво.
От страха медленно сглатываю густую слюну. Ведь я чувствую кое-что твердое, упирающееся мне в бедро. И это явно не бутылка лимонада у него с собой в штанах.
Мамочки! Нет, я не хочу! Я не могу! Я не умею!
— Ты сейчас будешь паинькой и сделаешь все, как я скажу. А будешь брыкаться, сделаешь только хуже. Потому что я все равно сделаю то, что хочу. Ты ведь это уже знаешь? Поэтому не дергайся, если не хочешь проблем.
Но вместо ответа он неожиданно хватает меня за руку и валит на кровать. Подминает меня под себя и зажимает рот ладонью.
— Слушай сюда, Ника-Вероника, — тихо, но очень четко и доходчиво.
От страха медленно сглатываю густую слюну. Ведь я чувствую кое-что твердое, упирающееся мне в бедро. И это явно не бутылка лимонада у него с собой в штанах.
Мамочки! Нет, я не хочу! Я не могу! Я не умею!
— Ты сейчас будешь паинькой и сделаешь все, как я скажу. А будешь брыкаться, сделаешь только хуже. Потому что я все равно сделаю то, что хочу. Ты ведь это уже знаешь? Поэтому не дергайся, если не хочешь проблем.
БЕСПЛАТНО
— Добрый день, меня зовут Мирослава Руслановна, я на собеседование. – Заученно чеканю свою речь и смотрю мужчине прямо в глаза.
Он хмуриться и начинает звонить кому-то. Я теряюсь, не знаю, что и делать, просто стою и жду не понятно чего.
— Вы что там сума посходили, никого другого не нашлось? – с диким ревом вещает он кому-то и поглядывает на меня.
Мне настолько становиться некомфортно, что я пытаюсь одернуть эту чертову мини юбку еще ниже и не замечаю, как босс уже давно повесил трубку и пялиться на меня.
— Не прикрывайся, что могла ты уже продемонстрировала. Ты мне не подходишь!
Я должна была прийти на собеседование и устроиться в компанию мечты. Именно там я год назад стажировалась. Но что-то пошло не по плану, и новый босс отказал мне…сначала.
— Добрый день, меня зовут Мирослава Руслановна, я на собеседование. – Заученно чеканю свою речь и смотрю мужчине прямо в глаза.
Он хмуриться и начинает звонить кому-то. Я теряюсь, не знаю, что и делать, просто стою и жду не понятно чего.
— Вы что там сума посходили, никого другого не нашлось? – с диким ревом вещает он кому-то и поглядывает на меня.
Мне настолько становиться некомфортно, что я пытаюсь одернуть эту чертову мини юбку еще ниже и не замечаю, как босс уже давно повесил трубку и пялиться на меня.
— Не прикрывайся, что могла ты уже продемонстрировала. Ты мне не подходишь!
Я должна была прийти на собеседование и устроиться в компанию мечты. Именно там я год назад стажировалась. Но что-то пошло не по плану, и новый босс отказал мне…сначала.
Полина учится в престижном ВУЗе на одном курсе с мажором Дмитрием Громовым, их миры никак не пересекаются, но одной маленькой лжи хватило, чтобы её жизнь превратилась в ад.
Теперь в неё стреляют, её преследуют, взрывают машины.
Спастись можно только под круглосуточной охраной... и рядом с самим Димой. Но безопасно ли быть рядом с человеком, чья жизнь — магнит для беды? И можно ли ему доверять, когда каждый шаг может стать последним?
Теперь в неё стреляют, её преследуют, взрывают машины.
Спастись можно только под круглосуточной охраной... и рядом с самим Димой. Но безопасно ли быть рядом с человеком, чья жизнь — магнит для беды? И можно ли ему доверять, когда каждый шаг может стать последним?
− А че эта зубрилка здесь делает? – буравит меня взглядом мажор, щуря серые глаза. – Эй, рыжая, тебе место в библиотеке, иди, грызи гранит науки.
− Тебя не спросила, − огрызаюсь на Громова и иду мимо.
Сегодня мой друг участвует в мотогонках, пришла поддержать его. Но мимо этой мажорской шайки никак не пройти спокойно, обязательно заденут. Громов их главарь, наглый и циничный мажор. Хватает меня за руку, крепко сжимая запястье.
− Храбрая? Еще слово и я откушу твой дерзкий язычок, − рычит, выделываясь перед друзьями. Терпеть не могу хамства. Да и за словом в карман не полезу. – Пошла вон с трека.
− Не тебе решать, ты здесь не хозяин, − шиплю в ответ, толкая Громова. – Ни разу гонки за год не выиграл, а строишь из себя…
− Ты, коза мелкая! – скалится наглец. – Спорим? Я сегодня выиграю, и тогда ты будешь исполнять все мои желания, неделю. Трусишь? Чего тебе бояться, я же лузер в гонках.
Молчу. Но его слова толкают меня на спор. Так уделать хочется этого наглого мажора.
− По рукам!
− Тебя не спросила, − огрызаюсь на Громова и иду мимо.
Сегодня мой друг участвует в мотогонках, пришла поддержать его. Но мимо этой мажорской шайки никак не пройти спокойно, обязательно заденут. Громов их главарь, наглый и циничный мажор. Хватает меня за руку, крепко сжимая запястье.
− Храбрая? Еще слово и я откушу твой дерзкий язычок, − рычит, выделываясь перед друзьями. Терпеть не могу хамства. Да и за словом в карман не полезу. – Пошла вон с трека.
− Не тебе решать, ты здесь не хозяин, − шиплю в ответ, толкая Громова. – Ни разу гонки за год не выиграл, а строишь из себя…
− Ты, коза мелкая! – скалится наглец. – Спорим? Я сегодня выиграю, и тогда ты будешь исполнять все мои желания, неделю. Трусишь? Чего тебе бояться, я же лузер в гонках.
Молчу. Но его слова толкают меня на спор. Так уделать хочется этого наглого мажора.
− По рукам!
Самостоятельная история Марка Мейера❤️
Она та, кого я никогда не воспринимал всерьёз: тихушница и заучка, а ещё плакса и ябеда. Девчонка со странным взглядом, которую не видел последние пять лет. Та, что была отослана учиться в закрытую элитную школу и, лишь совсем недавно, вернулась в родительский дом. Повзрослевшей. Совершеннолетней. И, вроде привычной для меня Кнопкой, но... Непривычно красивой. Веселой. Родной.
Мила Мейер. Терпеть не могу её с детства. Моя названная младшая сестра, для которой, по случайности, я стал первым.
Как теперь с этим быть? И как объяснить наши тёрки отцу?
© Марк Мейер-Баженов.
Именно здесь вас ждёт:
🔥Молодёжка🔥Слишком эмоционально
🔥Сводные или не очень?🔥От ненависти до...
—Возвращаешься?
Одно слово. И слишком глубокий смысл. Смотрю вниз. Не могу на него. Итак. Слишком близко. После всего. Слишком чувствую. Аж колотит. Ад. На земле. Это Мейер. Марк.
— Да.
Подтверждаю всё, что кружится в мыслях. Его пальцы на моих плечах ощутимо сжим
Она та, кого я никогда не воспринимал всерьёз: тихушница и заучка, а ещё плакса и ябеда. Девчонка со странным взглядом, которую не видел последние пять лет. Та, что была отослана учиться в закрытую элитную школу и, лишь совсем недавно, вернулась в родительский дом. Повзрослевшей. Совершеннолетней. И, вроде привычной для меня Кнопкой, но... Непривычно красивой. Веселой. Родной.
Мила Мейер. Терпеть не могу её с детства. Моя названная младшая сестра, для которой, по случайности, я стал первым.
Как теперь с этим быть? И как объяснить наши тёрки отцу?
© Марк Мейер-Баженов.
Именно здесь вас ждёт:
🔥Молодёжка🔥Слишком эмоционально
🔥Сводные или не очень?🔥От ненависти до...
—Возвращаешься?
Одно слово. И слишком глубокий смысл. Смотрю вниз. Не могу на него. Итак. Слишком близко. После всего. Слишком чувствую. Аж колотит. Ад. На земле. Это Мейер. Марк.
— Да.
Подтверждаю всё, что кружится в мыслях. Его пальцы на моих плечах ощутимо сжим
— Кажется, я погорячился, когда сказал, чтобы ты смотрела на меня....
Бархатный голос Ромы вызывает теплое покалывание в районе солнечного сплетения.
— Почему? — тихо спрашиваю я.
— Потому что ты будишь во мне то, что я давно уже успел похоронить....
***
Мы были лучшими друзьями, но все изменилось, когда мой отец посадил его отца за решетку. Теперь Рома ненавидит меня, а его взгляд, полный презрения и яда, каждый раз ранит мое сердце.
Что окажется сильнее: обжигающая страсть или испепеляющая ненависть? И смогу ли я доказать моему Ромео, что моя любовь к нему сильнее его гордости и предубеждений?
Бархатный голос Ромы вызывает теплое покалывание в районе солнечного сплетения.
— Почему? — тихо спрашиваю я.
— Потому что ты будишь во мне то, что я давно уже успел похоронить....
***
Мы были лучшими друзьями, но все изменилось, когда мой отец посадил его отца за решетку. Теперь Рома ненавидит меня, а его взгляд, полный презрения и яда, каждый раз ранит мое сердце.
Что окажется сильнее: обжигающая страсть или испепеляющая ненависть? И смогу ли я доказать моему Ромео, что моя любовь к нему сильнее его гордости и предубеждений?
Одно случайное сообщение, переписка, любовь. Жду его у ЗАГСа, но Кирилл не пришёл. Почему? Узнаю, что он не работал, а служил, и сейчас в деревне, у родителей, никого не хочет видеть.
Еду к нему сама, сев в автобус, прямо в свадебном платье... Но когда добираюсь до места, от увиденного, моё сердце пропускает удар...
Не может быть...
Еду к нему сама, сев в автобус, прямо в свадебном платье... Но когда добираюсь до места, от увиденного, моё сердце пропускает удар...
Не может быть...
– И долго мы будем играть в эти салочки? – засовывая руки в карманы, улыбается он.
– Салочки?! – взрываюсь я. Оборачиваюсь, беру с полки расчёску, кидаю в него. – Какие к чёрту салочки, Гротов?! Ты приехал, свалился как снег на голову! – пудра летит следом. – Ведёшь себя так, будто я обязана отвечать тебе на все номера, которые ты выкидываешь! – хватаю духи. Кидаю.
От них он тоже уворачивается. Флакон врезается в стену, а жидкость растекается по полу, заполняя помещение ароматом ванили.
– Ты не имеешь на это никакого права! – голос срывается на крик. – Не имеешь, Дима! Не после того, как разнёс меня в щепки.
***
Он — мой первый. И все чего я хотела — долго и счастливо. Наивная, молодая девчонка.
Он уехал, оставив после себя пустоту. И мне понадобилось пять лет, чтобы научится жить без мыслей о нем.
Но он вернулся, перевернув весь мой четко слаженный мир с ног на голову. И теперь нам предстоит понять, кто мы друг другу.
– Салочки?! – взрываюсь я. Оборачиваюсь, беру с полки расчёску, кидаю в него. – Какие к чёрту салочки, Гротов?! Ты приехал, свалился как снег на голову! – пудра летит следом. – Ведёшь себя так, будто я обязана отвечать тебе на все номера, которые ты выкидываешь! – хватаю духи. Кидаю.
От них он тоже уворачивается. Флакон врезается в стену, а жидкость растекается по полу, заполняя помещение ароматом ванили.
– Ты не имеешь на это никакого права! – голос срывается на крик. – Не имеешь, Дима! Не после того, как разнёс меня в щепки.
***
Он — мой первый. И все чего я хотела — долго и счастливо. Наивная, молодая девчонка.
Он уехал, оставив после себя пустоту. И мне понадобилось пять лет, чтобы научится жить без мыслей о нем.
Но он вернулся, перевернув весь мой четко слаженный мир с ног на голову. И теперь нам предстоит понять, кто мы друг другу.
Санёк Трофимов должен ответить за преступление, которого не совершал.
Полина Ростова – дочь миллионера, студентка-медик, умница, красавица, скрывающая свою тайную практику.
Такие они в реале.
А в виртуальном мире она для него – Роза, единственный луч света в окружающем аду. Он для неё – Трофим, парень, который борется за сестру и не сдаётся.
Они влюбляются друг в друга по переписке, не подозревая, что каждую субботу встречаются в реале. Он – раненый боец в её медкабинете. Она – девушка в маске, залечивающая его раны.
Но некоторые тайны лучше не раскрывать.
И некоторых людей лучше не встречать в реале.
Особенно, если ты должен её отцу.
Полина Ростова – дочь миллионера, студентка-медик, умница, красавица, скрывающая свою тайную практику.
Такие они в реале.
А в виртуальном мире она для него – Роза, единственный луч света в окружающем аду. Он для неё – Трофим, парень, который борется за сестру и не сдаётся.
Они влюбляются друг в друга по переписке, не подозревая, что каждую субботу встречаются в реале. Он – раненый боец в её медкабинете. Она – девушка в маске, залечивающая его раны.
Но некоторые тайны лучше не раскрывать.
И некоторых людей лучше не встречать в реале.
Особенно, если ты должен её отцу.
Выберите полку для книги