Книги по тегу «босс и подчиненная»: ""
– Да вы что себе позволяете? Я буду кричать!
– Леся Дмитриевна, я сказал: "придется" – это значит, что мы заключим сделку.
Я с подозрением кошусь на мужчину:
– Какую еще сделку? – выдавливаю из себя тихонько.
Он отступает от двери и начинает расхаживать по кабинету.
– Ты дорожишь своей работой?
– Конечно, – уверенно заявляю я.
– Два года стажа… – тянет он, потирая подбородок указательным пальцем. – Ни мало, ни много. Что ж… посмотрим на тебя в деле, если согласишься побыть моей невестой.
И тут мое сердце сжимается, словно пружина перед прыжком в неизвестность. Я бы скорее поверила, что сейчас нахожусь в бредовом сне, только босс смотрит на меня, а в его глазах читается твердая решимость.
– Леся Дмитриевна, я сказал: "придется" – это значит, что мы заключим сделку.
Я с подозрением кошусь на мужчину:
– Какую еще сделку? – выдавливаю из себя тихонько.
Он отступает от двери и начинает расхаживать по кабинету.
– Ты дорожишь своей работой?
– Конечно, – уверенно заявляю я.
– Два года стажа… – тянет он, потирая подбородок указательным пальцем. – Ни мало, ни много. Что ж… посмотрим на тебя в деле, если согласишься побыть моей невестой.
И тут мое сердце сжимается, словно пружина перед прыжком в неизвестность. Я бы скорее поверила, что сейчас нахожусь в бредовом сне, только босс смотрит на меня, а в его глазах читается твердая решимость.
Влюбиться в босса – это уже клише.
Приворожить босса – это уже что-то новенькое.
Один глоток "любовного напитка", и вот он уже в реанимации, а я – его "невеста" по совместительству.
— Невеста?! С каких это пор?! — вопит Андрей, очнувшись.
— Ну… я подумала, что раз спасла вам жизнь, то автоматически получила повышение до жены, ну или хотя бы до невесты…
Приворожить босса – это уже что-то новенькое.
Один глоток "любовного напитка", и вот он уже в реанимации, а я – его "невеста" по совместительству.
— Невеста?! С каких это пор?! — вопит Андрей, очнувшись.
— Ну… я подумала, что раз спасла вам жизнь, то автоматически получила повышение до жены, ну или хотя бы до невесты…
— Добро пожаловать, Анна, — сказал Александр, его голос был низким, как рык волка в зимнем лесу, и он шагнул ближе, его взгляд скользнул по её телу, задержавшись на груди. — Мы слышали о вас. Вы готовы к работе?
Иван улыбнулся, его губы изогнулись в лукавой ухмылке.
— Да, милая, давайте не тратить время на формальности. Заходите в кабинет. — Его тон был мягким, но в нём сквозила та же хищная энергия, что и у Александра.
Анна почувствовала, как её сердце заколотилось.
"Что это? Они смотрят на меня, как на добычу", – подумала она, но возбуждение уже разгоралось в ней. Она кивнула и последовала за ними в просторный кабинет, где огромные окна открывали вид на снежный пейзаж Москвы. Дверь закрылась с глухим стуком, и воздух сгустился, наполняясь напряжением.
Иван улыбнулся, его губы изогнулись в лукавой ухмылке.
— Да, милая, давайте не тратить время на формальности. Заходите в кабинет. — Его тон был мягким, но в нём сквозила та же хищная энергия, что и у Александра.
Анна почувствовала, как её сердце заколотилось.
"Что это? Они смотрят на меня, как на добычу", – подумала она, но возбуждение уже разгоралось в ней. Она кивнула и последовала за ними в просторный кабинет, где огромные окна открывали вид на снежный пейзаж Москвы. Дверь закрылась с глухим стуком, и воздух сгустился, наполняясь напряжением.
Я с ненавистью смотрела на две полоски. Это была его вина. Только его. Ворвавшись в кабинет, я швырнула тест на его идеальный стол из черного дерева.
— Поздравляю, босс. Вам сколько лет? Тридцать? А предохраняться нормально так и не научились?
Арсений медленно поднял на меня ледяные глаза. В них не было ни капли шока, лишь привычная насмешка.
— Что предлагаешь? — его голос был спокоен, как поверхность озера перед бурей.
— Избавлю нас обоих от проблемы. Сделаю аборт.
И тут его маска треснула. Он резко встал, и в его взгляде мелькнуло нечто первобытное, почти животное.
— Нет. Ты не посмеешь. Я все оплачу. Ребенок будет моим. И ты... — он сделал шаг ко мне, — ты тоже теперь моя.
— Поздравляю, босс. Вам сколько лет? Тридцать? А предохраняться нормально так и не научились?
Арсений медленно поднял на меня ледяные глаза. В них не было ни капли шока, лишь привычная насмешка.
— Что предлагаешь? — его голос был спокоен, как поверхность озера перед бурей.
— Избавлю нас обоих от проблемы. Сделаю аборт.
И тут его маска треснула. Он резко встал, и в его взгляде мелькнуло нечто первобытное, почти животное.
— Нет. Ты не посмеешь. Я все оплачу. Ребенок будет моим. И ты... — он сделал шаг ко мне, — ты тоже теперь моя.
Я шатаясь уперлась ладонью в косяк, пытаясь поймать равновесие. Мир плыл.
— Чертовски интересно, — его голос, низкий и опасный, прорезал тишину номера. — Кто разрешил тебе входить ко мне?
Я не отвечала. Просто сделала шаг вперед, и пол ушел из-под ног. Теплые, сильные руки резко подхватили меня.
— Что ты здесь делаешь, Алиса? — он выдохнул прямо в лицо мне, а его пальцы впились в мой локоть так, что стало больно. — И почему на тебе это... это ничего?
Его взгляд скользнул по моему короткому черному платью, и по телу пробежали мурашки.
— Отвечай! — приказал он, сжимая руку еще туже.
— Я не спрашивала разрешения! — выпалила я, и слова спутались в пьяный ком. — Я просто... ошиблась дверью!
Он отпустил мою руку, отступил на шаг, окидывая меня ледяным взглядом.
— Ошибка? — усмехнулся он без тени веселья. — Это, милая моя, не ошибка. Это начало твоего кошмара.
— Чертовски интересно, — его голос, низкий и опасный, прорезал тишину номера. — Кто разрешил тебе входить ко мне?
Я не отвечала. Просто сделала шаг вперед, и пол ушел из-под ног. Теплые, сильные руки резко подхватили меня.
— Что ты здесь делаешь, Алиса? — он выдохнул прямо в лицо мне, а его пальцы впились в мой локоть так, что стало больно. — И почему на тебе это... это ничего?
Его взгляд скользнул по моему короткому черному платью, и по телу пробежали мурашки.
— Отвечай! — приказал он, сжимая руку еще туже.
— Я не спрашивала разрешения! — выпалила я, и слова спутались в пьяный ком. — Я просто... ошиблась дверью!
Он отпустил мою руку, отступил на шаг, окидывая меня ледяным взглядом.
— Ошибка? — усмехнулся он без тени веселья. — Это, милая моя, не ошибка. Это начало твоего кошмара.
— Ваша дочь, Демид Платонович, очень шустрый и любознательный ребенок. Малышка просто воспользовалась моментом. А я предотвратила беду. Ценой своего... э-э-э... достоинства.
Я смахнула с руки комок того самого вещества, ставшего причиной моего позора. Демид пристально вглядывался в мое лицо, пытаясь разглядеть его под слоем грязи и негодования.
Сердце колотилось где-то в горле. Узнал? Неужели узнал?
— Тётя Катя меня спасла! — влезла Света, обнимая мои заляпанные ноги. — Лошадка хотела наступить, а тётя Катя как прыгнет! Бух! И мы обе упали в кучку!
В кучку. Весьма поэтичное описание того ада, что тут творился минуту назад.
Пять лет назад он бросил меня, а теперь бывший мой новый босс. Он не узнаёт меня в запачканном комбинезоне и грозит уволить. Но на помощь приходит его маленькая дочь. Бывший предлагает стать её няней. Можно ли впустить в свою жизнь того, кто разбил мне сердце? И как устоять перед искренней привязанностью маленькой девочки?
Я смахнула с руки комок того самого вещества, ставшего причиной моего позора. Демид пристально вглядывался в мое лицо, пытаясь разглядеть его под слоем грязи и негодования.
Сердце колотилось где-то в горле. Узнал? Неужели узнал?
— Тётя Катя меня спасла! — влезла Света, обнимая мои заляпанные ноги. — Лошадка хотела наступить, а тётя Катя как прыгнет! Бух! И мы обе упали в кучку!
В кучку. Весьма поэтичное описание того ада, что тут творился минуту назад.
Пять лет назад он бросил меня, а теперь бывший мой новый босс. Он не узнаёт меня в запачканном комбинезоне и грозит уволить. Но на помощь приходит его маленькая дочь. Бывший предлагает стать её няней. Можно ли впустить в свою жизнь того, кто разбил мне сердце? И как устоять перед искренней привязанностью маленькой девочки?
Запись идёт, эти двое, ничего не подозревая, продолжают развлекаться.
— С тобой так хорошо, милый. Не понимаю, как эта толстуха могла тебя бросить?
— Она догадалась, что у меня кто-то есть.
— Алёшенька, тебе с ней обязательно надо помириться. Ты забыл о нашей договорённости? Пока я не получу то, что мне надо, я не могу быть уверена в своём будущем, а твоя толстуха — правая рука Тимофея. У неё есть доступ везде, он ей доверяет.
Бывший хохочет так заразительно, как будто эта стерва рассказала ему что-то очень смешное.
— Просто шикарный план, дорогая. Мне даже жалко её. Людка так невовремя съехала, завтра срок оплаты за хату, придётся это делать самому. Поэтому, за то, что я передам документы, мне нужны деньги сразу.
— Ты главное эту папку отвези, а там разберёмся.
— Какая ты у меня умная, Марьяша!
Я прячусь за угол, чтобы меня не заметили.
В груди жжёт от обиды и понимания, что если бы я не застала их сейчас, могло бы случиться непоправимое.
— С тобой так хорошо, милый. Не понимаю, как эта толстуха могла тебя бросить?
— Она догадалась, что у меня кто-то есть.
— Алёшенька, тебе с ней обязательно надо помириться. Ты забыл о нашей договорённости? Пока я не получу то, что мне надо, я не могу быть уверена в своём будущем, а твоя толстуха — правая рука Тимофея. У неё есть доступ везде, он ей доверяет.
Бывший хохочет так заразительно, как будто эта стерва рассказала ему что-то очень смешное.
— Просто шикарный план, дорогая. Мне даже жалко её. Людка так невовремя съехала, завтра срок оплаты за хату, придётся это делать самому. Поэтому, за то, что я передам документы, мне нужны деньги сразу.
— Ты главное эту папку отвези, а там разберёмся.
— Какая ты у меня умная, Марьяша!
Я прячусь за угол, чтобы меня не заметили.
В груди жжёт от обиды и понимания, что если бы я не застала их сейчас, могло бы случиться непоправимое.
– Ты привёл любовницу в наш дом!
– Ты всё не так поняла, – оправдывается муж-анестезиолог, в спешке натягивая на себя трусы.
– Что тут непонятного? Пока я, твоя беременная жена, вкалываю на сутках и целыми днями оперирую, ты не удосуживаешься взять дополнительные смены, потому что устаёшь! Зато на свою мочалку у тебя сил хватает, гад!
Эмоции зашкаливают. Живот начинает болезненно потягивать.
– Я не мочалка! – вскрикивает медсестра, обиженно поглядывая на меня. – Мы уже полгода спим!
Полгода…
– Ты нашёл любовницу, когда я мучилась от токсикоза на первом месяце? – ошарашенно шепчу. – Подонок, какой же ты всё-таки подонок! Как ты мог?!
– А что мне было делать? Я мужчина! У меня есть потребности! Ты эти потребности удовлетворить не смогла! Я же не ушёл из семьи, а просто-напросто нашёл тебе временную замену! Что, тебя и это не устраивает? Тогда проваливай! Только кому ты будешь нужна с прицепом?
– Ты всё не так поняла, – оправдывается муж-анестезиолог, в спешке натягивая на себя трусы.
– Что тут непонятного? Пока я, твоя беременная жена, вкалываю на сутках и целыми днями оперирую, ты не удосуживаешься взять дополнительные смены, потому что устаёшь! Зато на свою мочалку у тебя сил хватает, гад!
Эмоции зашкаливают. Живот начинает болезненно потягивать.
– Я не мочалка! – вскрикивает медсестра, обиженно поглядывая на меня. – Мы уже полгода спим!
Полгода…
– Ты нашёл любовницу, когда я мучилась от токсикоза на первом месяце? – ошарашенно шепчу. – Подонок, какой же ты всё-таки подонок! Как ты мог?!
– А что мне было делать? Я мужчина! У меня есть потребности! Ты эти потребности удовлетворить не смогла! Я же не ушёл из семьи, а просто-напросто нашёл тебе временную замену! Что, тебя и это не устраивает? Тогда проваливай! Только кому ты будешь нужна с прицепом?
— Да это же тот мужчина, который нам на корпоративе все оплатил! Ох, хороший мужчина! Берем! — шепчет мне на ухо Римма Эдуардовна и направляется к нему.
Чего? Оплатил только один человек. И тут картинка наконец складывается воедино. Голос, руки, знакомое лицо… В подсознании щёлкает. Просто в тот вечер было темно, да и я была не в себе.
— Девочки, да это же тот самый, с которым я уехала с корпоратива! — вдруг визгливо заявляет довольная Ленка, пробираясь вперёд.
Что? Как понять — «уехали вместе»?
— Алиса, иди сюда! — слышу я голос Риммы Эдуардовны.
Куда? Нет, нет, нет… «Ты ничего не хочешь сказать?» — вспоминаю его вопрос в лифте. Закусываю губу. Вот это я попала! Бежать!
Оторвалась с незнакомцем на корпоративе. А наутро не узнала в нём того самого мужчину, который оказался новым коммерческим директором. Помнит ли он безумную царицу, которой я притворилась на один вечер? И как долго я смогу прятаться под столом?
ТОЛЬКО ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ СТАРШЕ 18 ЛЕТ
ЭРОТИКА
Чего? Оплатил только один человек. И тут картинка наконец складывается воедино. Голос, руки, знакомое лицо… В подсознании щёлкает. Просто в тот вечер было темно, да и я была не в себе.
— Девочки, да это же тот самый, с которым я уехала с корпоратива! — вдруг визгливо заявляет довольная Ленка, пробираясь вперёд.
Что? Как понять — «уехали вместе»?
— Алиса, иди сюда! — слышу я голос Риммы Эдуардовны.
Куда? Нет, нет, нет… «Ты ничего не хочешь сказать?» — вспоминаю его вопрос в лифте. Закусываю губу. Вот это я попала! Бежать!
Оторвалась с незнакомцем на корпоративе. А наутро не узнала в нём того самого мужчину, который оказался новым коммерческим директором. Помнит ли он безумную царицу, которой я притворилась на один вечер? И как долго я смогу прятаться под столом?
ТОЛЬКО ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ СТАРШЕ 18 ЛЕТ
ЭРОТИКА
Это 6 книга цикла! Шокирующий поворот в истории запретной страсти!
Полина оказывается в ловушке собственных желаний,когда появляется финансовый директор Дмитрий. А как на это отреагирует Сергей? Об этом мы узнаем в шестой книге цикла
Полина оказывается в ловушке собственных желаний,когда появляется финансовый директор Дмитрий. А как на это отреагирует Сергей? Об этом мы узнаем в шестой книге цикла
Выберите полку для книги