Книги по тегу «бывшие муж и жена»: ""
«Любимый мой, Максик! Котик мой, ты поговорил со своей курицей? Ты рассказал, что бросаешь её и уходишь ко мне? Только не говори, что ты опять решил дождаться нужного момента! Люблю тебя. И жду сегодня с вещами».
Я не могла понять, почему моё сердце начинает болеть. Почему так трудно дышать и хочется кричать.
Он стоял у двери, скрестив руки, смотрел в пол, стараясь не встречать мой взгляд. Он выглядел злым и виноватым.
— Лена, я… – его голос был таким слабым, таким чуждым.
— Что? – начала я злиться.
Я почувствовала, как его слова, будто шипы, начинают медленно вонзаться в моё сердце.
— Прости, но я не могу так больше. Не могу оставаться с тобой… Я тебя больше не люблю. Давно не люблю… И я каждый раз заставляю себя возвращаться домой… Ты… Прости, Лена, но ты… Я давно чувствую к тебе отвращение.
Я не могла понять, почему моё сердце начинает болеть. Почему так трудно дышать и хочется кричать.
Он стоял у двери, скрестив руки, смотрел в пол, стараясь не встречать мой взгляд. Он выглядел злым и виноватым.
— Лена, я… – его голос был таким слабым, таким чуждым.
— Что? – начала я злиться.
Я почувствовала, как его слова, будто шипы, начинают медленно вонзаться в моё сердце.
— Прости, но я не могу так больше. Не могу оставаться с тобой… Я тебя больше не люблю. Давно не люблю… И я каждый раз заставляю себя возвращаться домой… Ты… Прости, Лена, но ты… Я давно чувствую к тебе отвращение.
– Долго собиралась прятаться от меня, вместо того чтобы сразу прийти и сказать, что мы теперь вместе работаем? – спрашивает резко мой бывший муж.
– Я узнала только сегодня, как и все остальные.
– Тогда поговорим о другом. Например, объясни мне, почему сбежала после той ночи и заблокировала мой номер?
– Тимур, давай не будем, - сглатываю я, отводя взгляд, – Все, что было той ночью – ошибка. Прошлое должно оставаться в прошлом.
Он хмыкает коротко. Прожигает меня тяжелым взглядом.
– Ошибка? Значит, вот как ты это воспринимаешь? Тогда о какой беременности вы сейчас говорили?
Мы развелись из-за моего бесплодия. Кто же знал, что после одной случайной ночи с бывшим мужем я увижу те самые заветные две полоски на тесте? Теперь мой бывший – мой босс, а еще у него мстительная невеста, которая тоже беременна. И она не остановится ни перед чем.
– Я узнала только сегодня, как и все остальные.
– Тогда поговорим о другом. Например, объясни мне, почему сбежала после той ночи и заблокировала мой номер?
– Тимур, давай не будем, - сглатываю я, отводя взгляд, – Все, что было той ночью – ошибка. Прошлое должно оставаться в прошлом.
Он хмыкает коротко. Прожигает меня тяжелым взглядом.
– Ошибка? Значит, вот как ты это воспринимаешь? Тогда о какой беременности вы сейчас говорили?
Мы развелись из-за моего бесплодия. Кто же знал, что после одной случайной ночи с бывшим мужем я увижу те самые заветные две полоски на тесте? Теперь мой бывший – мой босс, а еще у него мстительная невеста, которая тоже беременна. И она не остановится ни перед чем.
— Почему ты не избавилась от ребенка? — рычит на меня бывший муж. — Отвечай!
— Ты сам сказал, что мы друг другу больше никто. А я, прости, не отчитываюсь перед чужими мужьями.
— Это мой ребёнок! — кричит он, подходя слишком близко.
— Поздно вспомнил, м — дергается мой голос.
— Я…
— Ты выбрал другую. А я выбрала жить.
— Ты не имела права решать одна!
— А ты не имел права мне изменять, — с вызовом смотрю в его злые глаза.
— Ты сам сказал, что мы друг другу больше никто. А я, прости, не отчитываюсь перед чужими мужьями.
— Это мой ребёнок! — кричит он, подходя слишком близко.
— Поздно вспомнил, м — дергается мой голос.
— Я…
— Ты выбрал другую. А я выбрала жить.
— Ты не имела права решать одна!
— А ты не имел права мне изменять, — с вызовом смотрю в его злые глаза.
– А ты чья, малышка? – слышу за спиной голос бывшего мужа.
Резко разворачиваюсь и ноги слабеют, когда я вижу, что наша с Дамиром дочь сейчас стоит рядом с ним.
– Я мамина. А ты чей?
Бывший муж усмехается.
– А я пока ничей, малышка. И где же твоя мама?
Внутри все замирает. Он не должен не должен узнать, чья эта малышка. Ведь пять лет назад он меня предал и отказался от семьи.
Резко разворачиваюсь и ноги слабеют, когда я вижу, что наша с Дамиром дочь сейчас стоит рядом с ним.
– Я мамина. А ты чей?
Бывший муж усмехается.
– А я пока ничей, малышка. И где же твоя мама?
Внутри все замирает. Он не должен не должен узнать, чья эта малышка. Ведь пять лет назад он меня предал и отказался от семьи.
💔(Не)Мой (Не)Моя💔
— Ты уроки сделала? — привычно зашла и принялась собирать с пола разбросанные шмотки, фантики от конфет, тетради, вываленные из рюкзака. Из одного кармана кофты вывалилась парилка, популярная сейчас у подростков.
— Николь?! — я ошарашенно повернулась к ней. Двенадцать дет! Двенадцать! — Это что вообще?!
Николь изменилась в лице и тут же завершила разговор с подружками.
— Не твое дело! — огрызнулась. — Ты мне не мать и не надо шариться по моим вещам! — выхватила из моих рук вейп. Эта маленькая поганка буквально кидалась на меня! Это с каких пор стало допустимо? Ни я, ни Мирослав так ее не воспитывали!
— Твой отец приедет, и мы поговорим обо всем, что произошло в этой комнате, — строго произнесла я.
— Скоро ты не будешь распоряжаться здесь, — неожиданно выдала и, схватив телефон, ткнула в лицо коротким видео. Мир и Лика, мой муж и его бывшая жена, пили вино, потом она поцеловала его. Долго. Мучительно долго. Он не оттолкнул...
— Ты уроки сделала? — привычно зашла и принялась собирать с пола разбросанные шмотки, фантики от конфет, тетради, вываленные из рюкзака. Из одного кармана кофты вывалилась парилка, популярная сейчас у подростков.
— Николь?! — я ошарашенно повернулась к ней. Двенадцать дет! Двенадцать! — Это что вообще?!
Николь изменилась в лице и тут же завершила разговор с подружками.
— Не твое дело! — огрызнулась. — Ты мне не мать и не надо шариться по моим вещам! — выхватила из моих рук вейп. Эта маленькая поганка буквально кидалась на меня! Это с каких пор стало допустимо? Ни я, ни Мирослав так ее не воспитывали!
— Твой отец приедет, и мы поговорим обо всем, что произошло в этой комнате, — строго произнесла я.
— Скоро ты не будешь распоряжаться здесь, — неожиданно выдала и, схватив телефон, ткнула в лицо коротким видео. Мир и Лика, мой муж и его бывшая жена, пили вино, потом она поцеловала его. Долго. Мучительно долго. Он не оттолкнул...
Я считала, что у меня прекрасная семья, любящий муж и вообще мне по жизни везет. Пока однажды мне не пришла смс от любовницы мужа, “Твой муж сегодня опять у меня. Спасибо тебе!”
Думала, что справлюсь, многие изменяют, ничего страшного, с этим живут. Даже улыбалась мужу, продолжая делать вид, что у нас все прекрасно, пока он однажды мне не сказал.
- Ты пойми меня правильно, я встретил другую. Я с ума схожу от нее! Я хочу уйти, Кать. Не могу я так больше. Но и дочку я не хочу оставлять, не смогу без дочери. А у Оли детей никогда быть не может, мы с ней подумали и решили. Давай мы с тобой разведемся? Я отдам тебе, две квартиры, пару миллионов на счет, а ты напишешь отказную на дочь.
Думала, что справлюсь, многие изменяют, ничего страшного, с этим живут. Даже улыбалась мужу, продолжая делать вид, что у нас все прекрасно, пока он однажды мне не сказал.
- Ты пойми меня правильно, я встретил другую. Я с ума схожу от нее! Я хочу уйти, Кать. Не могу я так больше. Но и дочку я не хочу оставлять, не смогу без дочери. А у Оли детей никогда быть не может, мы с ней подумали и решили. Давай мы с тобой разведемся? Я отдам тебе, две квартиры, пару миллионов на счет, а ты напишешь отказную на дочь.
Больнее тому, у кого чувства еще живы, тот кто еще любит, и смирится не может, то, что все, конец настал. Полнейший крах семейной жизни. Кто живет воспоминаниями вспоминая лишь хорошее и не верит, то, что финиш, игра закончена. Ведь он не играл, а любил…
-Даш, на этом жизнь не закончена! У тебя все в гору пойдет, и вот увидишь, он припрется! Ну послушай меня!
Я вполуха слушала лучшую подругу. Он припрется… Это так грустно звучало и одновременно больно, ножом по сердцу резало. Со стороны так легко сказать, отпусти, забудь, забей. А сердцу и душе ты это скажешь, тем более если чувства есть, и они живы, и вырвать их никак, да и растоптать тоже невозможно. Остается только болезненно сжиматься в комок и заново учится жить и дышать… Становится так трудно дышать…. Не понимаешь, что с тобой, губы дрожат, но ты держишься, говоришь всем, что все хорошо. Только он один знает какого, только к нему тянется душа, только с ним по-настоящему счастлива, вся дрожишь от его голоса, но знаешь, ничего не
-Даш, на этом жизнь не закончена! У тебя все в гору пойдет, и вот увидишь, он припрется! Ну послушай меня!
Я вполуха слушала лучшую подругу. Он припрется… Это так грустно звучало и одновременно больно, ножом по сердцу резало. Со стороны так легко сказать, отпусти, забудь, забей. А сердцу и душе ты это скажешь, тем более если чувства есть, и они живы, и вырвать их никак, да и растоптать тоже невозможно. Остается только болезненно сжиматься в комок и заново учится жить и дышать… Становится так трудно дышать…. Не понимаешь, что с тобой, губы дрожат, но ты держишься, говоришь всем, что все хорошо. Только он один знает какого, только к нему тянется душа, только с ним по-настоящему счастлива, вся дрожишь от его голоса, но знаешь, ничего не
Мы все играем роли, приходим в эту жизнь и играем. Кто-то гениальный актер, а кто-то неудачливый, кто-то может всю жизнь скрывать то что спрятано за семью печатями, то что называется душа, а кто-то быстро ломается, тянется и сгорает. Тот, кто плохо играет счастливее, он настоящий, у него есть что дарить, он отдает себя, всего, свое тепло, свое сердце, знает, что спалит свои крылья, но все равно тянется на огонь. А тот, кто играет, начинает заигрываться и в один прекрасный момент понимает, что игра давно закончена, ему внезапно хочется искренности и настоящего, где нет места фальши, но рядом с ним пустота. Тот, кто тянулся к нему все это время больше не рядом, его больше нет и вроде уже не хочется играть, все становится так серьезно, как никогда, но уже ничего не вернешь. И вместо чувств и такого желанного: "-Я скучаю, вернись!". В ответ лишь тишина, упустил, потерял, не хватает рук, не хватает наивных нежных глаз, искренней улыбки, но игра закончена. Больше не вернуть, никогда, ведь да
– Коллеги. Позвольте представить вам спонсора, благодаря которому преобразится наша школа. Борисов Андрей Дмитриевич.
Аплодисменты прошлись волной. Я не захлопала. Просто не смогла.
Наверное, именно это и привлекло его внимание.
Потому что он обвел зал глазами, слегка улыбаясь, а потом остановил взгляд на мне. Улыбка моментально схлынула с его губ. Черты лица напряглись.
Секунда. Может, две. Мы пристально смотрели друг на друга, а потом он отвел глаза в сторону, и его лицо так и осталось серьезным.
– Здравствуйте, – голос. Тот самый. Ровный. Уверенный…
От которого мне на месте хочется провалиться. Сразу столько всего вспоминается. Брак, в котором я не была счастлива. Измены. Унижения.
Я ничего не забыла…
Андрей говорил долго. А я… я просто сидела и мечтала, чтобы речь Борисова поскорее закончилась.
Я хочу уйти…
Когда собрание подошло к концу, я поднялась со своего места и вышла.
Не хочу общаться с Андреем, даже здороваться.
Мы друг для друга стали давно чужими, пусть так и
Аплодисменты прошлись волной. Я не захлопала. Просто не смогла.
Наверное, именно это и привлекло его внимание.
Потому что он обвел зал глазами, слегка улыбаясь, а потом остановил взгляд на мне. Улыбка моментально схлынула с его губ. Черты лица напряглись.
Секунда. Может, две. Мы пристально смотрели друг на друга, а потом он отвел глаза в сторону, и его лицо так и осталось серьезным.
– Здравствуйте, – голос. Тот самый. Ровный. Уверенный…
От которого мне на месте хочется провалиться. Сразу столько всего вспоминается. Брак, в котором я не была счастлива. Измены. Унижения.
Я ничего не забыла…
Андрей говорил долго. А я… я просто сидела и мечтала, чтобы речь Борисова поскорее закончилась.
Я хочу уйти…
Когда собрание подошло к концу, я поднялась со своего места и вышла.
Не хочу общаться с Андреем, даже здороваться.
Мы друг для друга стали давно чужими, пусть так и
Муж бросает на меня взгляд. Виноватый. Потерянный.
В нем нет больше любви — той самой, первой, искренней.
— Что случилось? Кто-то умер? — спрашиваю его.
Потому что просто не понимаю, что могло так эмоционально раздавить его.
Кирилл усмехается:
— Нет. Даже наоборот. Родился.
— Рождение ребенка — это же прекрасно, разве нет? Почему ты… такой?
Кирилл смотрит на меня, не сводя взгляда, прожигая им, прощупывая, есть ли у меня что-то внутри.
— У меня родился сын, Вероника.
В ушах звон.
— Я уезжаю к нему.
— А как же мы с Верой?
— А вы с Верой остаетесь тут.
В нем нет больше любви — той самой, первой, искренней.
— Что случилось? Кто-то умер? — спрашиваю его.
Потому что просто не понимаю, что могло так эмоционально раздавить его.
Кирилл усмехается:
— Нет. Даже наоборот. Родился.
— Рождение ребенка — это же прекрасно, разве нет? Почему ты… такой?
Кирилл смотрит на меня, не сводя взгляда, прожигая им, прощупывая, есть ли у меня что-то внутри.
— У меня родился сын, Вероника.
В ушах звон.
— Я уезжаю к нему.
— А как же мы с Верой?
— А вы с Верой остаетесь тут.
Выберите полку для книги