Книги по тегу «бывшие»: ""
— Ксюша, нам нужно поговорить, — говорит муж. — Я сегодня встретил Олю.
— Олю? Твою бывшую?.. — повторяю я, и слово застревает в горле.
— Да. У нее есть сын. Ксюша, он мой. Мой сын, — повторяет муж глухо.
Удар. Тихий и оглушительный.
— Что? — это все, что я могу выжать из себя.
— Мы с тобой… У нас ничего не получается.
От этих слов я вздрагиваю, будто он ударил меня по лицу.
— Что не получается? — глупо переспрашиваю я, хотя прекрасно знаю ответ.
— Ребенок не получается. А там у меня уже есть сын, понимаешь? Я… я ухожу. К ним.
— Олю? Твою бывшую?.. — повторяю я, и слово застревает в горле.
— Да. У нее есть сын. Ксюша, он мой. Мой сын, — повторяет муж глухо.
Удар. Тихий и оглушительный.
— Что? — это все, что я могу выжать из себя.
— Мы с тобой… У нас ничего не получается.
От этих слов я вздрагиваю, будто он ударил меня по лицу.
— Что не получается? — глупо переспрашиваю я, хотя прекрасно знаю ответ.
— Ребенок не получается. А там у меня уже есть сын, понимаешь? Я… я ухожу. К ним.
Мой бывший муж сдурел и спустя почти два года после развода решил, что хочет забрать у меня одну дочь.
Но разве можно разлучать близняшек?!
Вот только ему этого не объяснить. У него свои законы, построенные на только ему известных правилах.
Что мне остается?
Надеяться на непоколебимость закона, его здравый смысл или на чудо…
P.S. Иногда самое большое волшебство творят маленькие руки.
Но разве можно разлучать близняшек?!
Вот только ему этого не объяснить. У него свои законы, построенные на только ему известных правилах.
Что мне остается?
Надеяться на непоколебимость закона, его здравый смысл или на чудо…
P.S. Иногда самое большое волшебство творят маленькие руки.
🍁ЗАВЕРШЕННАЯ ПОВЕСТЬ! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!🍁
«Я буду светилом медицины. А ты... ты моешь полы. У нас нет будущего», — этими словами я безжалостно растоптал ее чувства, вычеркнув из своей идеально спланированной жизни. Я назвал нашу любовь ошибкой и приказал ей забыть меня.
Пять лет спустя мне доставили записку от нее и маленькую девочку. «Это твоя дочь. Позаботься о ней».
Я, успешный врач, могу выписать рецепт на любое лекарство. Вот только к этой внезапной дочери рецепт на отцовство никто не приложил.
«Я буду светилом медицины. А ты... ты моешь полы. У нас нет будущего», — этими словами я безжалостно растоптал ее чувства, вычеркнув из своей идеально спланированной жизни. Я назвал нашу любовь ошибкой и приказал ей забыть меня.
Пять лет спустя мне доставили записку от нее и маленькую девочку. «Это твоя дочь. Позаботься о ней».
Я, успешный врач, могу выписать рецепт на любое лекарство. Вот только к этой внезапной дочери рецепт на отцовство никто не приложил.
– Ты сам всё испортил, дурак! Сам! А теперь корчишь из себя примерного муженька!
Орет новая жена моего бывшего мужа.
– Ты просто дешёвка! – разносится на всю округу мужской бас. –Легкодоступная лживая дрянь! Надеялась, я не узнаю, что ты спишь с этим подонком?!
Блондиночка в розовом пальто отшатывается, но не замолкает.
– Он не подонок, он твой лучший юрист. А ты?! Ты сам–то, кто? Три года голову мне морочишь, кормишь обещаниями! Это ты виноват, что у нас все так вышло! Вечно сравнивал меня с ней, с бывшей своей!
Я стою в стороне и не могу пошевелиться. Наблюдаю за двумя голубками по вине которых разрушилась моя жизнь...
Орет новая жена моего бывшего мужа.
– Ты просто дешёвка! – разносится на всю округу мужской бас. –Легкодоступная лживая дрянь! Надеялась, я не узнаю, что ты спишь с этим подонком?!
Блондиночка в розовом пальто отшатывается, но не замолкает.
– Он не подонок, он твой лучший юрист. А ты?! Ты сам–то, кто? Три года голову мне морочишь, кормишь обещаниями! Это ты виноват, что у нас все так вышло! Вечно сравнивал меня с ней, с бывшей своей!
Я стою в стороне и не могу пошевелиться. Наблюдаю за двумя голубками по вине которых разрушилась моя жизнь...
- Перестань, Климова, - Никита морщится, выпрямляясь. - Я же предлагаю сделать все по-хорошему. Предлагаю сделку. Ты получишь все, что пожелаешь…
Я знаю, что никогда не прощу этого мужчину. Но как я сказала: он привык добиваться всего любой ценой. А в моем случае я могу лишиться сына, о котором Орлов не знает.
- Мы разведемся, как только ты получишь наследство, - произношу твердо.
- Без сомнений.
- Ты вложишься в мой бизнес.
- Сделаем его успешным, нет проблем.
- И жить будем здесь.
- Что? - Никита явно обескуражен. - В смысле здесь?..
- В прямом. Ты можешь вести дела из любой точки мира, разве нет? А у меня в этом городке вся моя жизнь. Хочешь фиктивную свадьбу… Оставайся тут. Так что?.. - протягиваю руку над столом, вставая. - Идет?
Несколько секунд он смотрит на меня почти ненавидящим взглядом. А потом пожимает руку.
Я знаю, что никогда не прощу этого мужчину. Но как я сказала: он привык добиваться всего любой ценой. А в моем случае я могу лишиться сына, о котором Орлов не знает.
- Мы разведемся, как только ты получишь наследство, - произношу твердо.
- Без сомнений.
- Ты вложишься в мой бизнес.
- Сделаем его успешным, нет проблем.
- И жить будем здесь.
- Что? - Никита явно обескуражен. - В смысле здесь?..
- В прямом. Ты можешь вести дела из любой точки мира, разве нет? А у меня в этом городке вся моя жизнь. Хочешь фиктивную свадьбу… Оставайся тут. Так что?.. - протягиваю руку над столом, вставая. - Идет?
Несколько секунд он смотрит на меня почти ненавидящим взглядом. А потом пожимает руку.
— Анжела Викторовна, — я попыталась улыбнуться, но губы не слушались. — Как хорошо, что вы пришли. Хотите подержать внука?
— Не надо, — отрезала она, и эта холодность ударила больнее любой пощечины.
Она прошла в родильную палату, закрыла дверь. Положила папку на прикроватную тумбочку.
— Что случилось? — спросила я, хотя первобытный инстинкт уже кричал, чтобы я взяла ребенка и бежала. Бежала прочь от этой женщины, от ее ледяного взгляда, от чего-то страшного, что сейчас произойдет.
— Святослав больше не хочет тебя видеть, — произнесла Анжела Викторовна, и каждое слово упало на мою душу как камень. — Ни тебя, ни этого... ребенка.
Мир качнулся. Стены поплыли перед глазами. Я смотрела на нее, не понимая слов. Они не укладывались в голове, не имели смысла.
— Что? — выдохнула я. — О чем вы?
— О том, что мой сын наконец прозрел, — ее голос был спокойным, почти равнодушным. — И понял, с кем связал свою жизнь.
Она открыла папку, достала несколько листов.
— Не надо, — отрезала она, и эта холодность ударила больнее любой пощечины.
Она прошла в родильную палату, закрыла дверь. Положила папку на прикроватную тумбочку.
— Что случилось? — спросила я, хотя первобытный инстинкт уже кричал, чтобы я взяла ребенка и бежала. Бежала прочь от этой женщины, от ее ледяного взгляда, от чего-то страшного, что сейчас произойдет.
— Святослав больше не хочет тебя видеть, — произнесла Анжела Викторовна, и каждое слово упало на мою душу как камень. — Ни тебя, ни этого... ребенка.
Мир качнулся. Стены поплыли перед глазами. Я смотрела на нее, не понимая слов. Они не укладывались в голове, не имели смысла.
— Что? — выдохнула я. — О чем вы?
— О том, что мой сын наконец прозрел, — ее голос был спокойным, почти равнодушным. — И понял, с кем связал свою жизнь.
Она открыла папку, достала несколько листов.
— Мама! Мама! Там моя мама! — кричит девочка на другой стороне дороги, указывая в мою сторону.
Её бледные щёчки покрыты слезами, а губы дрожат.
Два здоровенных амбала тащат её к тонированному чёрному автомобилю. Рядом с этой машиной стоит высокий темноволосый мужчина, чей тяжёлый взгляд направлен тоже на меня.
Я вздрагиваю, потому что... лицо этого человека кажется мне знакомым, хотя я точно нигде не могла с ним встречаться. Во всяком случае, после аварии.
— Надь, ты в порядке? — рука подруги касается моего плеча. — Что с тобой?
На мгновение я переключаю внимание на неё, а когда снова смотрю в сторону машины — девочка, незнакомый мужчина и два шкафообразных секьюрити уже скрываются в салоне.
— Не знаю... Вроде в порядке... Просто показалось, — отвечаю Мире, пытаясь справиться со странным чувством, будто я что-то забыла... Что-то очень важное...
Её бледные щёчки покрыты слезами, а губы дрожат.
Два здоровенных амбала тащат её к тонированному чёрному автомобилю. Рядом с этой машиной стоит высокий темноволосый мужчина, чей тяжёлый взгляд направлен тоже на меня.
Я вздрагиваю, потому что... лицо этого человека кажется мне знакомым, хотя я точно нигде не могла с ним встречаться. Во всяком случае, после аварии.
— Надь, ты в порядке? — рука подруги касается моего плеча. — Что с тобой?
На мгновение я переключаю внимание на неё, а когда снова смотрю в сторону машины — девочка, незнакомый мужчина и два шкафообразных секьюрити уже скрываются в салоне.
— Не знаю... Вроде в порядке... Просто показалось, — отвечаю Мире, пытаясь справиться со странным чувством, будто я что-то забыла... Что-то очень важное...
Что может произойти, когда лучшие друзья попадают на шикарный курорт для влюбленных? Всё оказывается намного горячее, чем они ожидали.
Айза все еще страдает после того, как ее бывший бросил ее перед выпускными экзаменами и оставил ей два билета на курорт.
Дерек – ее лучший друг, автомеханик из небольшого городка, который обладает всеми качествами, способными вылечить ее разбитое сердце.
Прибавьте к этому горячие танцы, решительного бывшего и местную полицию…
Будет очень жарко!
Айза все еще страдает после того, как ее бывший бросил ее перед выпускными экзаменами и оставил ей два билета на курорт.
Дерек – ее лучший друг, автомеханик из небольшого городка, который обладает всеми качествами, способными вылечить ее разбитое сердце.
Прибавьте к этому горячие танцы, решительного бывшего и местную полицию…
Будет очень жарко!
На пороге стоит худенькая девушка в лёгкой куртке.
— Добрый вечер. А вы к кому? — настораживаюсь.
— К вам, — спокойно отвечает и шагом заходит внутрь, как к себе домой.
— Что значит «к вам»? — голос дрожит.
— Где Витя? — спрашивает она.
Я моргаю, не понимая. Зачем ей мой муж?
Вбегает сын.
— Привет! — смеётся она, наклоняясь к нему.
— Стойте! Кто вы такая?!
— Да не нуди, — бросает холодно. — Дай с братом познакомиться.
— С каким братом?! Это мой сын!
Она усмехается:
— Твой, говоришь? Он и мой. Я — дочь твоего мужа. Разве Витя не рассказывал, что у него была семья? Настоящая.
— Убирайтесь! Что за глупости?!
— А ты как думаешь, зачем он так часто в командировки ездит без вас?
— Он ездит по работе!
— Ага. По работе. Просто параллельно — моя мама у него "в штате". В постели работает.
Сегодня я узнала, что у моего мужа есть взрослая дочь от прошлого брака. Про которую он никогда мне не рассказывал…
— Добрый вечер. А вы к кому? — настораживаюсь.
— К вам, — спокойно отвечает и шагом заходит внутрь, как к себе домой.
— Что значит «к вам»? — голос дрожит.
— Где Витя? — спрашивает она.
Я моргаю, не понимая. Зачем ей мой муж?
Вбегает сын.
— Привет! — смеётся она, наклоняясь к нему.
— Стойте! Кто вы такая?!
— Да не нуди, — бросает холодно. — Дай с братом познакомиться.
— С каким братом?! Это мой сын!
Она усмехается:
— Твой, говоришь? Он и мой. Я — дочь твоего мужа. Разве Витя не рассказывал, что у него была семья? Настоящая.
— Убирайтесь! Что за глупости?!
— А ты как думаешь, зачем он так часто в командировки ездит без вас?
— Он ездит по работе!
— Ага. По работе. Просто параллельно — моя мама у него "в штате". В постели работает.
Сегодня я узнала, что у моего мужа есть взрослая дочь от прошлого брака. Про которую он никогда мне не рассказывал…
– Здравствуйте. Я на...
Слово "собеседование" застревает в горле. Челюсть на полу. Очумело гляжу на потенциальных работодателей. Что делать? Ах да – БЕЖАТЬ!
Но не успеваю об этом даже подумать, как, развернувшись, моментально впечатываюсь лицом во что-то твердое.
– Уже уходишь? – самодовольно интересуется стоящая у меня на пути груда мышц.
Ой-ой! И этот здесь. Трындец!
– Офисом ошиблась. Пропустите, пожалуйста. Я тороплюсь, – бормочу, опуская голову ниже.
Вдруг не узнает. Наивная. В то же мгновение дверь, позади моего препятствия, громко захлопывается. Ну ясно все. В ловушке!
– Не в этот раз, дорогуша. Садись. Разговор есть.
Все, баста, карапузики. Теперь мне точно хана! После того, как я поступила с этими тремя, пощады не будет!
Слово "собеседование" застревает в горле. Челюсть на полу. Очумело гляжу на потенциальных работодателей. Что делать? Ах да – БЕЖАТЬ!
Но не успеваю об этом даже подумать, как, развернувшись, моментально впечатываюсь лицом во что-то твердое.
– Уже уходишь? – самодовольно интересуется стоящая у меня на пути груда мышц.
Ой-ой! И этот здесь. Трындец!
– Офисом ошиблась. Пропустите, пожалуйста. Я тороплюсь, – бормочу, опуская голову ниже.
Вдруг не узнает. Наивная. В то же мгновение дверь, позади моего препятствия, громко захлопывается. Ну ясно все. В ловушке!
– Не в этот раз, дорогуша. Садись. Разговор есть.
Все, баста, карапузики. Теперь мне точно хана! После того, как я поступила с этими тремя, пощады не будет!
Выберите полку для книги