Книги по тегу «взрослые герои»: ""
– Я все решил. Ты мне не нужна больше.
Не нужна…
Как такое может быть?
– Разве за столько лет мы не приросли друг к другу? – произнесла я заикаясь.
– Это привычка. Я уже давно не люблю тебя, ты как женщина меня не устраиваешь. Нам пора разойтись и пойти разными дорогами. Я хочу жить полной жизнью.
– А я тебе в этом мешаю?
– Да, ты тянешь меня вниз, – муж нахмурился.
А потом я вдруг решила спросить:
– У тебя кто-то появился?
Чувствуя, как внутренний мир трещит по швам, я стала ожидать ответ.
– Да. У меня есть другая. Она молода, свежа и красива. И рядом с ней я тоже чувствую себя молодым.
– А я для тебя, значит, старая? – с трудом выговорила я.
– Да, ты старая и не можешь дать мне то, что дает она, – произнес он жестко, без колебаний.
Я судорожно вздохнула, понимая, что слезы уже невозможно сдерживать.
– Тогда не задерживаю. Чемоданы ты уже собрал. Уходи, – проговорила, стараясь, чтобы голос звучал твердо, хотя внутри все разрывается.
– Чемоданы для тебя, Оксана...
Не нужна…
Как такое может быть?
– Разве за столько лет мы не приросли друг к другу? – произнесла я заикаясь.
– Это привычка. Я уже давно не люблю тебя, ты как женщина меня не устраиваешь. Нам пора разойтись и пойти разными дорогами. Я хочу жить полной жизнью.
– А я тебе в этом мешаю?
– Да, ты тянешь меня вниз, – муж нахмурился.
А потом я вдруг решила спросить:
– У тебя кто-то появился?
Чувствуя, как внутренний мир трещит по швам, я стала ожидать ответ.
– Да. У меня есть другая. Она молода, свежа и красива. И рядом с ней я тоже чувствую себя молодым.
– А я для тебя, значит, старая? – с трудом выговорила я.
– Да, ты старая и не можешь дать мне то, что дает она, – произнес он жестко, без колебаний.
Я судорожно вздохнула, понимая, что слезы уже невозможно сдерживать.
– Тогда не задерживаю. Чемоданы ты уже собрал. Уходи, – проговорила, стараясь, чтобы голос звучал твердо, хотя внутри все разрывается.
– Чемоданы для тебя, Оксана...
— Да куда ты без меня? — нагло тянет он. — Ни амбиций, ни реализации. Засиделась в вечном декрете, и, небось, мечтаешь о новом. Но уже поздно, Милочка. А там и до пенсии недалеко.
— Не переживай, разведусь с тобой и пойду реализовываться.
— Что, прости? — усмехается. — Разведешься? Да кому ты нужна будешь? Ты в зеркало-то посмотри. Оно не врет. Может, сейчас ты еще ничего. Последние годы красивой зрелости хватаешь. Но лет пять, Мила, и ты уже превратишься в Люсю. В бабу Люсю.
— Думаешь, ты в деда Андрея не превратишься? Закрутил с молодой и звонкой, так уверовал, что ты огонь? Ты еще старше меня.
— Мужчины не стареют, а матереют.
— Это тебе твоя Ирочка нашептала?
Он трясет указательным пальцем возле моего носа.
— Рот закрыла и в сторону Иры даже не дыши. Она настоящая женщина с амбициями. Она хочет строить карьеру и путешествовать по миру. А ты только рожать и банки с соленьями закатывать умеешь. Тошно смотреть.
И как моя жизнь превратилась в...это?
— Не переживай, разведусь с тобой и пойду реализовываться.
— Что, прости? — усмехается. — Разведешься? Да кому ты нужна будешь? Ты в зеркало-то посмотри. Оно не врет. Может, сейчас ты еще ничего. Последние годы красивой зрелости хватаешь. Но лет пять, Мила, и ты уже превратишься в Люсю. В бабу Люсю.
— Думаешь, ты в деда Андрея не превратишься? Закрутил с молодой и звонкой, так уверовал, что ты огонь? Ты еще старше меня.
— Мужчины не стареют, а матереют.
— Это тебе твоя Ирочка нашептала?
Он трясет указательным пальцем возле моего носа.
— Рот закрыла и в сторону Иры даже не дыши. Она настоящая женщина с амбициями. Она хочет строить карьеру и путешествовать по миру. А ты только рожать и банки с соленьями закатывать умеешь. Тошно смотреть.
И как моя жизнь превратилась в...это?
- Твой муж тебе изменяет, - раздаётся за моей спиной.
Я резко оборачиваюсь и смотрю на девушку на пороге моего кабинета.
- Простите? – переспрашиваю, думая, что ослышалась.
- А вы ничего. Я вас другой представляла.
- Что простите? Вы о чём? Кто вы?
- Со слов Дениса вы чуть ли не при смерти. Ещё пара месяцев и он станет счастливым вдовцом.
Она говорит что-то очень странное, вроде и слова в предложения складываются, но смысл их ускользает, потому что его нет!
То, что я слышу – бессмысленно.
- Кто вы? – говорю холодно.
- Любовница вашего мужа. Неожиданно, да, Маргарита?
Я резко оборачиваюсь и смотрю на девушку на пороге моего кабинета.
- Простите? – переспрашиваю, думая, что ослышалась.
- А вы ничего. Я вас другой представляла.
- Что простите? Вы о чём? Кто вы?
- Со слов Дениса вы чуть ли не при смерти. Ещё пара месяцев и он станет счастливым вдовцом.
Она говорит что-то очень странное, вроде и слова в предложения складываются, но смысл их ускользает, потому что его нет!
То, что я слышу – бессмысленно.
- Кто вы? – говорю холодно.
- Любовница вашего мужа. Неожиданно, да, Маргарита?
— Я видела. Я была там. Я видела вас вместе…
— Ты не понимаешь, — заговорил муж, делая шаг ко мне.
— Не подходи, — мой голос звучал спокойно, но в нём была сталь. — Не смей говорить, что я не понимаю. Я всё прекрасно понимаю. Ты спишь с ней. Ты встречаешься с ней. Ты лгал мне прямо в лицо, когда я спрашивала тебя об этом.
— Да, — сказал муж после долгой паузы. И в этом коротком слове было больше правды, чем во всём, что он говорил мне за последние дни. — Да, я встречаюсь с ней. И да, я лгал тебе. Но это не то, что ты думаешь…
— Ты не понимаешь, — заговорил муж, делая шаг ко мне.
— Не подходи, — мой голос звучал спокойно, но в нём была сталь. — Не смей говорить, что я не понимаю. Я всё прекрасно понимаю. Ты спишь с ней. Ты встречаешься с ней. Ты лгал мне прямо в лицо, когда я спрашивала тебя об этом.
— Да, — сказал муж после долгой паузы. И в этом коротком слове было больше правды, чем во всём, что он говорил мне за последние дни. — Да, я встречаюсь с ней. И да, я лгал тебе. Но это не то, что ты думаешь…
Из спальни доносится стон. Женский. Чужой.
– Мама, тебе туда нельзя! – дочь перекрывает вход в нашу супружескую комнату. – Папа занят! У него переговоры с иностранцами!
Внутри меня всё переворачивается. Я не глупая, чтобы не понять всю суть происходящего.
– Переговоры?! – кричу на дочь, покрывающую измены отца. Предательница обо всём знала и молчала!
– Да!
– Прочь пошла! – толкаю дочь-негодяйку в сторону и распахиваю дверь в нашу с мужем спальню.
Мой супруг обнимается с какой-то брюнеткой в нашей постели!
Предатель не реагирует на моё появление. Слишком сильно увлечён своей молодой мочалкой! Мерзавец даже голову в мою сторону не поворачивает.
Он лишь сильнее сжимает пальцами бёдра гадюки, едва прикрытые чёрными кружевами.
Брюнетка поворачивается ко мне лицом, широко улыбается и бросает в мою сторону ехидный, самодовольный и наглый взгляд.
От увиденного меня бросает в дрожь. Любовница моего мужа – она…
Лучшая подруга нашей дочери!
– Мама, тебе туда нельзя! – дочь перекрывает вход в нашу супружескую комнату. – Папа занят! У него переговоры с иностранцами!
Внутри меня всё переворачивается. Я не глупая, чтобы не понять всю суть происходящего.
– Переговоры?! – кричу на дочь, покрывающую измены отца. Предательница обо всём знала и молчала!
– Да!
– Прочь пошла! – толкаю дочь-негодяйку в сторону и распахиваю дверь в нашу с мужем спальню.
Мой супруг обнимается с какой-то брюнеткой в нашей постели!
Предатель не реагирует на моё появление. Слишком сильно увлечён своей молодой мочалкой! Мерзавец даже голову в мою сторону не поворачивает.
Он лишь сильнее сжимает пальцами бёдра гадюки, едва прикрытые чёрными кружевами.
Брюнетка поворачивается ко мне лицом, широко улыбается и бросает в мою сторону ехидный, самодовольный и наглый взгляд.
От увиденного меня бросает в дрожь. Любовница моего мужа – она…
Лучшая подруга нашей дочери!
— Беременна! — со счастливой улыбкой разложила перед мужем справку из больницы.
Пальцами расправила слегка помятую бумажку. Посмотрела на Сашу.
— Тебе сорок, — муж нахмурился, беглым взглядом проскользил по справке.
— И что?
— У нас уже есть ребенок, — снисходительно произнес Саша. — Пора остановиться.
— Я уже беременна... И рожу этого ребенка! — улыбка тут же исчезла с моего лица. Совсем не такой реакции ожидала от мужа.
— Это вряд ли, Катюша... Ведь я как раз хотел поговорить с тобой, — Саша положил поверх моей справки тяжелой стопкой какие-то документы. — Развестись нам надо с тобой. Срочно.
— Почему срочно? — я сползла по спинке стула прямо на сидушку.
— Потому что меня ждет другая женщина. Торопит она меня. Замуж мечтает поскорее выйти, — пожал плечами муж.
— Саш, ты изменил мне? — не могу поверить.
— Ну, изменой это сложно назвать, — неприятно хохотнул Саша. — Просто у меня другая семья.
Пальцами расправила слегка помятую бумажку. Посмотрела на Сашу.
— Тебе сорок, — муж нахмурился, беглым взглядом проскользил по справке.
— И что?
— У нас уже есть ребенок, — снисходительно произнес Саша. — Пора остановиться.
— Я уже беременна... И рожу этого ребенка! — улыбка тут же исчезла с моего лица. Совсем не такой реакции ожидала от мужа.
— Это вряд ли, Катюша... Ведь я как раз хотел поговорить с тобой, — Саша положил поверх моей справки тяжелой стопкой какие-то документы. — Развестись нам надо с тобой. Срочно.
— Почему срочно? — я сползла по спинке стула прямо на сидушку.
— Потому что меня ждет другая женщина. Торопит она меня. Замуж мечтает поскорее выйти, — пожал плечами муж.
— Саш, ты изменил мне? — не могу поверить.
— Ну, изменой это сложно назвать, — неприятно хохотнул Саша. — Просто у меня другая семья.
– Вам штраф, Александр Владимирович, – говорю я. – За разведение костра в неположенном месте.
– А у меня к вам предложение, – с широкой улыбкой сказал босс-шашлычник.
– Какое ещё предложение?
– Выходите за меня замуж, – ухмыльнулся он.
– Тогда вы арестованы, Александр Владимирович! – рявкаю я и достаю наручники, мой помощник Костя уже готовится подавить возможное сопротивление.
– Как арестован? За что? – поднимает руки мужчина.
– За оскорбление сотрудника правопорядка, – строго выпаливаю я.
– Ладно, арестовывайте, – внезапно соглашается шашлычник. – Продолжим знакомство, и вы сами захотите стать моей женой.
Вот же гад самодовольный, но застёгивая наручники я чуть залипла на его мощных руках.
– А у меня к вам предложение, – с широкой улыбкой сказал босс-шашлычник.
– Какое ещё предложение?
– Выходите за меня замуж, – ухмыльнулся он.
– Тогда вы арестованы, Александр Владимирович! – рявкаю я и достаю наручники, мой помощник Костя уже готовится подавить возможное сопротивление.
– Как арестован? За что? – поднимает руки мужчина.
– За оскорбление сотрудника правопорядка, – строго выпаливаю я.
– Ладно, арестовывайте, – внезапно соглашается шашлычник. – Продолжим знакомство, и вы сами захотите стать моей женой.
Вот же гад самодовольный, но застёгивая наручники я чуть залипла на его мощных руках.
После смерти я очнулась на заседании, где мне предложили подписать отказ от единственного имущества в новом мире — пограничной заставы Нулевого Камня.
Через шесть дней она исчезнет.
Не разорится. Не закроется. Ее дорогу сотрет Великая карта, а вместе с ней я потеряю дом, доход и останусь с чужими долгами.
Чтобы спасти заставу, нужен хотя бы один настоящий караван. Только торговцы давно обходят путь, которого уже нет на новых картах.
И тут среди старых документов находится долг дома Кассаров: одно воздушное сопровождение каравана до Нулевого Камня.
Командующий драконьей стражей Тарвейн Кассар уверен, что его семья расплатилась еще четыре года назад.
Древняя печать утверждает обратное.
Теперь у меня есть шесть дней, исчезающая дорога, подозрительно неправильные карты и очень недовольный дракон, который совсем не собирался становиться моим союзником.
Но чем глубже я разбираюсь в прошлом заставы, тем яснее становится: Нулевой Камень не просто пришел в упадок.
Через шесть дней она исчезнет.
Не разорится. Не закроется. Ее дорогу сотрет Великая карта, а вместе с ней я потеряю дом, доход и останусь с чужими долгами.
Чтобы спасти заставу, нужен хотя бы один настоящий караван. Только торговцы давно обходят путь, которого уже нет на новых картах.
И тут среди старых документов находится долг дома Кассаров: одно воздушное сопровождение каравана до Нулевого Камня.
Командующий драконьей стражей Тарвейн Кассар уверен, что его семья расплатилась еще четыре года назад.
Древняя печать утверждает обратное.
Теперь у меня есть шесть дней, исчезающая дорога, подозрительно неправильные карты и очень недовольный дракон, который совсем не собирался становиться моим союзником.
Но чем глубже я разбираюсь в прошлом заставы, тем яснее становится: Нулевой Камень не просто пришел в упадок.
Его серьезный тон заставляет меня включиться в игру. Во всяком
случае, я так воспринимаю происходящее.
-В пределах разумного, это сколько? – мне становится интересно,
сколько нынче можно заработать на …проституции? А то почти четвертый
десяток словила, а таких мелочей не знаю.
- Хм…, - Макар Викторович искривляет губы и делает вид, что
задумывается, - Думаю, что с миллионами двадцатью я готов расстаться.
Я на какое – то мгновение теряюсь. Он же шутит? Взаправду так не
бывает, со мной так точно. Но всё что я знаю об этом человеке
свидетельствует об обратном, такие люди о деньгах не шутят.
случае, я так воспринимаю происходящее.
-В пределах разумного, это сколько? – мне становится интересно,
сколько нынче можно заработать на …проституции? А то почти четвертый
десяток словила, а таких мелочей не знаю.
- Хм…, - Макар Викторович искривляет губы и делает вид, что
задумывается, - Думаю, что с миллионами двадцатью я готов расстаться.
Я на какое – то мгновение теряюсь. Он же шутит? Взаправду так не
бывает, со мной так точно. Но всё что я знаю об этом человеке
свидетельствует об обратном, такие люди о деньгах не шутят.
СКИДКА ДО 16 января!
— Что было на мальчишнике, изменой не считается! — хвастливо произносит муж.
— На мальчишнике? А ничего, что это был мальчишник твоего сына… — удивляется друг семьи.
Я стою, замерев от шока.
Мой старший сын женится по любви, а его отец-молодец решил гульнуть на мальчишнике так, что теперь об этом говорят все и жалеют…
Рогатую и несчастную дурочку-жену!
То есть, меня!
Все ждут нашего развода и потирают ручки, как мы будем скандалить и делить имущество…
— Что было на мальчишнике, изменой не считается! — хвастливо произносит муж.
— На мальчишнике? А ничего, что это был мальчишник твоего сына… — удивляется друг семьи.
Я стою, замерев от шока.
Мой старший сын женится по любви, а его отец-молодец решил гульнуть на мальчишнике так, что теперь об этом говорят все и жалеют…
Рогатую и несчастную дурочку-жену!
То есть, меня!
Все ждут нашего развода и потирают ручки, как мы будем скандалить и делить имущество…
Выберите полку для книги