Книги по тегу «второй шанс»: ""
Можно ли вернуть один день прошлого и спасти того, кого потерял? В загадочном кафе на обочине времени это возможно. Но каждое исполненное желание требует платы, которую невозможно предугадать. И однажды Арсению придется решить, готов ли он заплатить за собственное счастье.
Старший ревизор Мавелин Сорр прибывает в Академию высших искусств, чтобы расследовать разрушение Хранилища чувств. Ворота называют её по имени, старые портреты помнят её, а главный подозреваемый смотрит так, будто ждал этой встречи десять лет.
Но Мавелин уверена: она никогда здесь не была.
Кэлвар Ренваль знает её привычки, тайны и обещания, которых она не помнит. Более того — он носит в себе чувство, когда-то принадлежавшее ей.
Пока по академии разгуливают освобождённые страхи, ярость и нежность, а Кроха Бездна растёт от каждого скрытого испуга, Мавелин должна восстановить украденное прошлое и решить, можно ли довериться мужчине, которого ей поручено разоблачить.
Потому что за последней запертой дверью спрятана не только правда об их любви. Там ждёт тайна, способная оставить без чувств целый город.
Но Мавелин уверена: она никогда здесь не была.
Кэлвар Ренваль знает её привычки, тайны и обещания, которых она не помнит. Более того — он носит в себе чувство, когда-то принадлежавшее ей.
Пока по академии разгуливают освобождённые страхи, ярость и нежность, а Кроха Бездна растёт от каждого скрытого испуга, Мавелин должна восстановить украденное прошлое и решить, можно ли довериться мужчине, которого ей поручено разоблачить.
Потому что за последней запертой дверью спрятана не только правда об их любви. Там ждёт тайна, способная оставить без чувств целый город.
— Да я не знаю!
— Не… не знаешь? — Одинцов смотрит на меня, будто это я явилась, считай, через год после нашего развода, дышу на него перегаром и требую какого-то отчёта за это время. — Ты не знаешь, от кого ты залетела?
— Прикинь? У всех есть недостатки. Ты — алкаш, а я… неразборчивая в половых связях. И что? Что дальше?
— Это мой ребёнок или нет?
— Ты оглох? Я же сказала, что это мой ребёнок!
— Упрямая стерва! — цедит, опираясь на ворота. — Кто его отец?
— Повторяю, я не знаю! Сын мой. Точка.
Что вообще происходит? Сначала Соколовский, теперь Одинцов… Сегодня просто все предполагаемые папаши Алёшки решили мне мозги делать. Не так я себе, конечно, своё материнство представляла.
— Не… не знаешь? — Одинцов смотрит на меня, будто это я явилась, считай, через год после нашего развода, дышу на него перегаром и требую какого-то отчёта за это время. — Ты не знаешь, от кого ты залетела?
— Прикинь? У всех есть недостатки. Ты — алкаш, а я… неразборчивая в половых связях. И что? Что дальше?
— Это мой ребёнок или нет?
— Ты оглох? Я же сказала, что это мой ребёнок!
— Упрямая стерва! — цедит, опираясь на ворота. — Кто его отец?
— Повторяю, я не знаю! Сын мой. Точка.
Что вообще происходит? Сначала Соколовский, теперь Одинцов… Сегодня просто все предполагаемые папаши Алёшки решили мне мозги делать. Не так я себе, конечно, своё материнство представляла.
Я уже произносила свадебную клятву другому мужчине, когда в зал вошёл мой муж.
Георгий Громов — генерал, которого я похоронила пять лет назад.
Он жив. Я всё ещё его жена. А через несколько секунд пуля разбивает окно рядом с моей головой.
Теперь Георгий требует, чтобы я доверилась ему и пережила три дня, пока он заканчивает тайную операцию. Но как поверить человеку, который позволил мне оплакивать его, наблюдал за моей жизнью издалека и сам решил, что мне лучше не знать правду?
Я потребую развод. Даже если сначала нам придётся вместе раскрыть заговор, пережить предательство и выяснить, почему любовь иногда ранит сильнее пули.
Георгий Громов — генерал, которого я похоронила пять лет назад.
Он жив. Я всё ещё его жена. А через несколько секунд пуля разбивает окно рядом с моей головой.
Теперь Георгий требует, чтобы я доверилась ему и пережила три дня, пока он заканчивает тайную операцию. Но как поверить человеку, который позволил мне оплакивать его, наблюдал за моей жизнью издалека и сам решил, что мне лучше не знать правду?
Я потребую развод. Даже если сначала нам придётся вместе раскрыть заговор, пережить предательство и выяснить, почему любовь иногда ранит сильнее пули.
Я погибла под обломками старого театра — и очнулась на коленях перед князем-драконом, который публично обвинял свою жену в краже его магического голоса.
Теперь её тело принадлежит мне, её имя опозорено, брак расторгнут, а из всего имущества осталась лишь полуразрушенная Башня Безмолвия.
Но башня узнаёт моё настоящее имя и слышит то, чего не замечает никто другой: ложную ноту дворцового колокола и сотни украденных драконьих голосов.
Чтобы выжить, я открываю лечебницу для тех, кто потерял крылья, отражение и связь со второй формой. Каждый спасённый дракон приближает меня к тайне, способной разрушить королевскую власть.
А моему бывшему мужу придётся решить, готов ли он наконец услышать женщину, которую однажды уже заставил замолчать.
Только мне не нужны его жалость и возвращение прежнего брака. Мне нужна правда. Собственный дом. И жизнь, в которой больше никто не сможет отнять мой голос.
Теперь её тело принадлежит мне, её имя опозорено, брак расторгнут, а из всего имущества осталась лишь полуразрушенная Башня Безмолвия.
Но башня узнаёт моё настоящее имя и слышит то, чего не замечает никто другой: ложную ноту дворцового колокола и сотни украденных драконьих голосов.
Чтобы выжить, я открываю лечебницу для тех, кто потерял крылья, отражение и связь со второй формой. Каждый спасённый дракон приближает меня к тайне, способной разрушить королевскую власть.
А моему бывшему мужу придётся решить, готов ли он наконец услышать женщину, которую однажды уже заставил замолчать.
Только мне не нужны его жалость и возвращение прежнего брака. Мне нужна правда. Собственный дом. И жизнь, в которой больше никто не сможет отнять мой голос.
Семь лет назад Савелий Гранов выбрал карьеру и ушёл, когда я ждала нашего сына. Я научилась жить без него, построила собственную компанию и больше не верю красивым обещаниям.
Но в день, когда сердце семилетнего Мирона больше не может ждать, прошлое возвращается в мою жизнь в белом халате.
Савелий — известный хирург и единственный человек, готовый взяться за сложную операцию. Он знает всё о сердце нашего сына, но ничего — о самом мальчике. Не знает, почему Мирон рисует мосты, боится темноты и записывает обещания взрослых в специальную тетрадь.
Теперь мне придётся доверить самое дорогое мужчине, который однажды разрушил нашу семью. А после — работать с ним над новым детским центром и каждый день видеть, как Савелий пытается вернуть не мою любовь, а право называться отцом.
Только можно ли снова открыть дверь человеку, который уже однажды ушёл? И что страшнее: поверить ему ещё раз или навсегда лишить сына отца, который наконец научился оставаться?
Но в день, когда сердце семилетнего Мирона больше не может ждать, прошлое возвращается в мою жизнь в белом халате.
Савелий — известный хирург и единственный человек, готовый взяться за сложную операцию. Он знает всё о сердце нашего сына, но ничего — о самом мальчике. Не знает, почему Мирон рисует мосты, боится темноты и записывает обещания взрослых в специальную тетрадь.
Теперь мне придётся доверить самое дорогое мужчине, который однажды разрушил нашу семью. А после — работать с ним над новым детским центром и каждый день видеть, как Савелий пытается вернуть не мою любовь, а право называться отцом.
Только можно ли снова открыть дверь человеку, который уже однажды ушёл? И что страшнее: поверить ему ещё раз или навсегда лишить сына отца, который наконец научился оставаться?
Я увидела их вместе случайно за колонной, где в сумерках, отражающихся от панорамного окна, они целовались, будто были созданы друг для друга. Боль, острая, резкая пронзила сердце, а жёсткое осознание ударило по голове.
“Как она могла? Она ведь моя родная сестра!”
Человек, с которым мы в детстве рвали малину, катались на велосипеде и делили комнату. От этих воспоминаний сердце разрывалось на части. Ведь она знала о моих чувствах к нему. Сама советовала, чтобы я ни за что не признавалась первой. Но теперь мне было ясно: “почему”.
— Они… вместе? — сглотнула я, боясь услышать ответ.
Когда любишь - готова пойти на все, лишь бы человек был твоим. Когда любишь готова пожертвовать всем, только бы снова увидеть его улыбку.
Я заключила сделку со временем, отчаянно желая повернуть его вспять.
Тысячи часов, чтобы переписать прошлое, и одна цена, которую я не была готова заплатить.
“Как она могла? Она ведь моя родная сестра!”
Человек, с которым мы в детстве рвали малину, катались на велосипеде и делили комнату. От этих воспоминаний сердце разрывалось на части. Ведь она знала о моих чувствах к нему. Сама советовала, чтобы я ни за что не признавалась первой. Но теперь мне было ясно: “почему”.
— Они… вместе? — сглотнула я, боясь услышать ответ.
Когда любишь - готова пойти на все, лишь бы человек был твоим. Когда любишь готова пожертвовать всем, только бы снова увидеть его улыбку.
Я заключила сделку со временем, отчаянно желая повернуть его вспять.
Тысячи часов, чтобы переписать прошлое, и одна цена, которую я не была готова заплатить.
Четыре года назад муж ушёл к другой, а вместе с ним бесследно исчезла моя незаконченная рукопись. Я пережила развод, открыла детскую творческую студию и почти убедила себя, что больше никогда не стану писать.
А потом его новая жена привела ко мне восьмилетнюю Ладу.
— Скажите, эту сказку написали вы?
На старой записи звучит мой голос. На огромных афишах стоит имя ребёнка. А мой бывший уже готовит премьеру мира, который когда-то украл у меня вместе с героями, фразами и бумажной птицей.
У меня тринадцать дней, почти никаких оригиналов и противник, которому публика привыкла верить. Чтобы вернуть собственное имя, мне придётся заключить союз с женщиной, которую он намеренно сделал моей соперницей, не позволить использовать девочку как щит и снова довериться мужчине, помнящему мой первый выход на сцену.
Я не хочу разрушить чужую семью и не собираюсь воевать с ребёнком.
Я хочу вернуть единственное, что по-настоящему принадлежит мне: право назвать свою историю своей.
А потом его новая жена привела ко мне восьмилетнюю Ладу.
— Скажите, эту сказку написали вы?
На старой записи звучит мой голос. На огромных афишах стоит имя ребёнка. А мой бывший уже готовит премьеру мира, который когда-то украл у меня вместе с героями, фразами и бумажной птицей.
У меня тринадцать дней, почти никаких оригиналов и противник, которому публика привыкла верить. Чтобы вернуть собственное имя, мне придётся заключить союз с женщиной, которую он намеренно сделал моей соперницей, не позволить использовать девочку как щит и снова довериться мужчине, помнящему мой первый выход на сцену.
Я не хочу разрушить чужую семью и не собираюсь воевать с ребёнком.
Я хочу вернуть единственное, что по-настоящему принадлежит мне: право назвать свою историю своей.
На двадцать вторую годовщину свадьбы муж преподнёс Агнии сразу три подарка: дорогой браслет, признание в годовой измене и соглашение, по которому она должна отдать ему свою долю в семейном центре.
А затем Агния нашла договор с собственной подписью. Подпись выглядела настоящей — только сам документ она никогда не видела.
След привёл её на мыс Верес, где старое здание готовились передать частной компании. Остановить сделку мог генерал Герман Рубежный — человек, которого Агния спасла двадцать лет назад после обрушения тоннеля. Но теперь он смотрел на неё не как на женщину, которой обязан жизнью, а как на возможную участницу обмана.
Исчезнувшие документы, подменённые страницы, муж, называющий предательство заботой о семье, и дочь, которую заставляют выбирать между родителями. Чтобы вернуть своё имя, Агнии придётся разрушить удобную ложь, на которой держались её брак и общее дело.
А затем Агния нашла договор с собственной подписью. Подпись выглядела настоящей — только сам документ она никогда не видела.
След привёл её на мыс Верес, где старое здание готовились передать частной компании. Остановить сделку мог генерал Герман Рубежный — человек, которого Агния спасла двадцать лет назад после обрушения тоннеля. Но теперь он смотрел на неё не как на женщину, которой обязан жизнью, а как на возможную участницу обмана.
Исчезнувшие документы, подменённые страницы, муж, называющий предательство заботой о семье, и дочь, которую заставляют выбирать между родителями. Чтобы вернуть своё имя, Агнии придётся разрушить удобную ложь, на которой держались её брак и общее дело.
Я развожусь с мужем и уезжаю в поместье, доставшееся от дяди. Мои дети выросли, самое время начать новую жизнь по своим правилам. Вот только с наследством дяди-некроманта все оказывается не так просто, вместе с землей и замком мне досталось старое проклятие. А бывший муж не хочет оставить меня в покое и решает поехать за мной, все лично проверить и проконтролировать. И спорить с ним совершенно невозможно.
В книге есть:
- взрослые герои
- второй шанс через двадцать лет
- медведь-оборотень
- начинающий некромант
- семейные тайны и проклятия
В книге есть:
- взрослые герои
- второй шанс через двадцать лет
- медведь-оборотень
- начинающий некромант
- семейные тайны и проклятия
Выберите полку для книги