Книги по тегу «жесткая эротика»: ""

Её отдают замуж за старшего сына горного старейшины, чтобы закрыть долг семьи. Но по дороге в аул она узнаёт: младший брат жениха — тот самый, кто когда-то спас её в городе и кого она не могла забыть. Старший — жёсткий, молчаливый, привыкший к власти. Младший — горячий, импульсивный, не умеющий скрывать чувства. Между братьями — давняя вражда, а она — единственное, что они не готовы разделить. Но в горах свои законы, и однажды ночью правила ломаются.

Она не может говорить — потеряла голос после травмы, которую нанёс бывший муж. Он — кавказский босс, которого боится весь город. Он находит её в больнице, где она лежит после очередного избиения, и делает предложение: она становится его женой, он даёт ей защиту, дом, безопасность. Она не может сказать «да» и не может сказать «нет». Но в его доме она впервые молчит не от страха, а от счастья. А он понимает, что его молчаливая жена — единственная, кто говорит ему правду без слов. Она не могла сказать «нет». И не могла сказать «да». Он услышал её всё равно...

1995 год. Он — только что вышел из колонии, где отсидел пять лет по чужой вине. Сейчас он вернулся, чтобы забрать то, что ему принадлежит: территорию, долги, уважение. Она — дочь его бывшего друга, который предал его и сбежал. Он находит её в коммуналке, где она живёт одна после смерти матери. Ей восемнадцать, у неё ничего нет, кроме гордости, которая его бесит и заводит одновременно. Он забирает её в свой дом — не как пленницу, а как «куклу на полку»: чтобы видели, что он вернулся. Но «кукла» оказывается живой, дерзкой и совершенно не готовой молчать...

— Я не вещь.
— Нет, кукла. Ты моя вещь. И я не привык, чтобы мои вещи разговаривали.

Она переступила порог, и дверь закрылась за её спиной с тяжёлым щелчком замка. Этот звук стал точкой невозврата. Мы договаривались об этом месяцами. Переписывались, встречались в нейтральных местах, обсуждали границы, страхи, желания. Это не было импульсивным решением. Это был осознанный шаг двух взрослых людей, которые искали друг в друге то, чего не могли найти в обычном мире.

— Ты готова? — спросил я, подходя к ней ближе. Запах её духов — смесь сандала и дождя — ударил мне в голову.
Анна кивнула, не поднимая глаз.
— Да, Артём.
— Сними одежду. И положи сумку на консоль...

Дверь в кабинет открылась без стука. Вошла она. Её звали Кира. Ей было двадцать пять лет, и она работала моим личным ассистентом уже полгода. Кира была полной противоположностью моему стилю: хрупкая, с длинными светлыми волосами, которые она обычно собирала в тугой пучок, и большими серыми глазами, в которых часто читалась тревога. Она носила строгие костюмы, стараясь казаться профессиональной и неприступной. Но я видел то, что скрывалось за этой маской. Я видел, как дрожат её руки, когда я повышаю голос на подрядчиков. Я видел, как расширяются её зрачки, когда я случайно касаюсь её плеча, передавая папку с документами. Под её броней независимости скрывалась глубокая, почти болезненная потребность в структуре, в чьей-то твёрдой руке, которая возьмёт её жизнь под свой контроль...

— Остановите! Я виновата! Накажите меня! Только не его!
Эмир даже не взглянул в мою сторону. Раздался хруст. Потом ещё один. И крик, который я буду помнить вечно.
— Это цена твоего безрассудства, — произнес он, когда всё стихло. — В следующий раз за тебя ответит кто-то другой. Или ты сама.

Он был моим похитителем. Моим страхом. Но чем дольше я остаюсь рядом с ним, тем отчетливее понимаю: главная опасность не в том, что он может со мной сделать, а в том, что я сама готова на всё, чтобы остаться.

Героиня устраивается ассистенткой к известному куратору галерей — холодному, безупречному и пугающе точному в своих требованиях. Он не говорит прямо о БДСМ, но выстраивает вокруг неё систему правил: когда отвечать, как смотреть, что надевать, когда молчать. Сначала это кажется просто «строгим боссом», но постепенно она понимает: он тестирует её границы, чтобы понять, насколько она готова ему доверять. А доверять нельзя: в его прошлом — скандал, связанный с исчезновением другой ассистентки. Когда героиня находит старые письма, ей приходится выбирать: сбежать или использовать его же правила, чтобы переиграть его.

Сегодня вечером была наша первая личная встреча. Не деловая. Не случайная. Назначенная. Через зашифрованный мессенджер, без имён, только кодовые фразы, которые мы выучили за месяц переписки. Он написал: «Девятнадцать ноль-ноль. Квартира семьдесят четыре. Приходи одна. Без телефона. Без вопросов».
Я ответила одно слово: «Готова».
Это слово весило больше, чем все мои дипломы и достижения вместе взятые. Потому что оно было правдой. Той правдой, которую я прятала от мира, от коллег, от самой себя. Правдой о том, кто я есть на самом деле.
В пять вечера я вышла из офиса. Не домой. К нему.
Сердце билось не от страха. От предвкушения. От того сладкого, тягучего напряжения, которое начиналось задолго до встречи. Я села в такси, назвала адрес. Город проносился за окном серыми пятнами. Но внутри меня всё обретало цвет. Чёткость. Ясность.
Я ехала не к мужчине. Я ехала к себе. К той части себя, которую я была готова наконец-то принять.
«Я готова стать твоей рабыней», — прошептала я...

Днём мы занимались обычными делами. Она читала книгу. Я работал над проектом. Но воздух между нами был другим. Наэлектризованным. Каждое движение, каждый взгляд были наполнены смыслом. Мы оба знали, к чему идём. И это знание связывало нас крепче любых верёвок.
Глеб приехал ровно в восемь вечера. Без опозданий. Без подарков. Без лишних слов. Он вошёл в квартиру, поздоровался со мной кивком, посмотрел на Веронику тем самым взглядом хирурга. Она стояла в гостиной, одетая в простое чёрное платье. Её руки были сложены перед собой. Голова слегка опущена. Поза идеального подчинения...

Она устраивается секретаршей в крупную компанию, не зная, что у фирмы три совладельца, которые делят не только бизнес, но и женщин. Первый — её бывший, с которым она рассталась год назад. Второй — его отчим, который всегда смотрел на неё слишком внимательно. Третий — новый партнёр, идеальный, холодный, который никогда не смешивает работу и pleasure — пока не видит её. Каждый из троих хочет её себе. Но они привыкли делить всё — и не умеют уступать. Когда выясняется, что у компании проблемы с законом и все трое оказываются в одном номере отеля с ней на ночь, правила игры меняются окончательно.

«— Как мы её поделим? — спросил один. — Решим во время переговоров, — ответил второй. — Я уверен, что она останется со мной, — вставил третий. А она молчала. Потому что впервые в жизни не знала, что сказать»...