Книги по тегу «запретные отношения»: ""
Её сердце замёрзло. Её брак — удобная сделка. В её жизни нет места страсти.
Пока в гости не входит свёкор. Грубый, опасный, с глазами, которые видят насквозь.
Он не говорит о любви. Он заставляет чувствовать.
И впервые за много лет она хочет сгореть.
Пока в гости не входит свёкор. Грубый, опасный, с глазами, которые видят насквозь.
Он не говорит о любви. Он заставляет чувствовать.
И впервые за много лет она хочет сгореть.
Я летела в командировку, когда из-за одного сообщения моя жизнь ухнула в пропасть. Я получила фото, где были запечатлена измена мужа.
Думала, что ещё долго не соберу себя по осколкам, но на высоте десять тысяч метров столкнулась с двумя мужчинами, которым было плевать на моё прошлое.
Один смотрел на меня, как на женщину, которую когда-то запретил себе хотеть. Второй, как на вызов, который обязан принять. Их взгляды обещали забвение, их прикосновения не оставляли выбора.
Этот рейс должен был стать обычней рабочей командировкой… но стал билетом в один конец для прежней меня.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Думала, что ещё долго не соберу себя по осколкам, но на высоте десять тысяч метров столкнулась с двумя мужчинами, которым было плевать на моё прошлое.
Один смотрел на меня, как на женщину, которую когда-то запретил себе хотеть. Второй, как на вызов, который обязан принять. Их взгляды обещали забвение, их прикосновения не оставляли выбора.
Этот рейс должен был стать обычней рабочей командировкой… но стал билетом в один конец для прежней меня.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Ира давно списала себя со счетов: пышное тело спрятано в бесформенные балахоны, а мечты о мужском тепле разбиваются о тишину пустой квартиры. Год без ласк, год самодельных утех. Спасательный круг — лучшая подруга Люда, которая вытаскивает её на дачу к своим мужчинам. К Илье — мужу с горячими ладонями и щетинистым подбородком. К Вячеславу — отцу Ильи, седовласому красавчику, чей голос заставляет ёжиться. Ира не искала раздора в чужой семье. Но когда двое мужчин начинают делить её внимание — и её тело отвечает им обоим, — стыд отступает. Остаётся только жар.
— Ты мне нравишься. Присмотрелся к тебе ещё три месяца назад, когда была у нас дома, — без обиняков объяснил Максим Сергеевич. — И, видимо, из-за злого рока, — добавил с тёмной иронией, — Лёхе ты понравилась тоже.
— Кто из нас нравится больше, мы так и не поняли, — добавил Алексей Сергеевич с усмешкой.
Мне тут же стало неловко. Так они всё знали? Читали меня как открытую книгу? Разве я давала повод?
Я ведь изо всех сил пыталась в их сторону даже лишний раз голову не поднимать…
Хотя… может быть, это меня и выдало?
— Если ты заинтересована, то можешь выбрать. Но так же, — добавил, подойдя с другой стороны кровати и протянув ко мне ладонь, чтобы коснуться щеки, — можешь не выбирать.
— Кто из нас нравится больше, мы так и не поняли, — добавил Алексей Сергеевич с усмешкой.
Мне тут же стало неловко. Так они всё знали? Читали меня как открытую книгу? Разве я давала повод?
Я ведь изо всех сил пыталась в их сторону даже лишний раз голову не поднимать…
Хотя… может быть, это меня и выдало?
— Если ты заинтересована, то можешь выбрать. Но так же, — добавил, подойдя с другой стороны кровати и протянув ко мне ладонь, чтобы коснуться щеки, — можешь не выбирать.
Я приехала к подруге в загородный дом на месяц. Спрятаться от города, от бывшего, который сказал, что я «слишком много места занимаю». Думала, буду пить кофе на веранде, читать книжки и наслаждаться тишиной.
Но в доме живет её брат.
Макс молчаливый и смотрит так, будто раздевает меня взглядом ещё до того, как я успеваю поправить футболку.
В первую ночь он пришёл ко мне. Пока я спала.
Во вторую — сделал то, о чём я боюсь даже думать.
Я знаю, что это неправильно. Она моя подруга. Он её брат. Между нами — стена из запретов и лжи при свете дня.
Но по ночам я перестаю закрывать дверь.
И это самый сумасшедший отпуск в моей жизни.
Но в доме живет её брат.
Макс молчаливый и смотрит так, будто раздевает меня взглядом ещё до того, как я успеваю поправить футболку.
В первую ночь он пришёл ко мне. Пока я спала.
Во вторую — сделал то, о чём я боюсь даже думать.
Я знаю, что это неправильно. Она моя подруга. Он её брат. Между нами — стена из запретов и лжи при свете дня.
Но по ночам я перестаю закрывать дверь.
И это самый сумасшедший отпуск в моей жизни.
Двери лифта начинают закрываться. Но в последнюю секунду чья-то сильная рука перехватывает створку. Виктор улыбается, но в глазах расчетливый блеск.
– Анна Ивановна, – кивает он. – Тоже задержались?
Я не успеваю ответить. Следом входит Тимур, бесшумный, как тень.
Петр шагает внутрь, и двери наконец закрываются.
Лифт трясется, едет вниз, дергается и останавливается. Свет моргает раз, другой, а потом гаснет...
– Анна Ивановна, – кивает он. – Тоже задержались?
Я не успеваю ответить. Следом входит Тимур, бесшумный, как тень.
Петр шагает внутрь, и двери наконец закрываются.
Лифт трясется, едет вниз, дергается и останавливается. Свет моргает раз, другой, а потом гаснет...
— Ты будешь нашим концом или началом? — спросил Хазби.
— С чего вы взяли, что я хочу быть чьим-то концом? — ответила она. — Я вообще-то просто хотела доесть круассан.
Их трое. Бывшие криминальные авторитеты, привыкшие решать всё без лишних слов. Она — плюс-сайз модель с чувством юмора и аппетитом. Они хотели её просто пригласить на ужин. А получилось ...
Пышку не скрутить. Ею можно только… подавиться.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
— С чего вы взяли, что я хочу быть чьим-то концом? — ответила она. — Я вообще-то просто хотела доесть круассан.
Их трое. Бывшие криминальные авторитеты, привыкшие решать всё без лишних слов. Она — плюс-сайз модель с чувством юмора и аппетитом. Они хотели её просто пригласить на ужин. А получилось ...
Пышку не скрутить. Ею можно только… подавиться.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
Я приехала в Рим, чтобы спасти свой брак. Думала, что этот город вернёт нам с мужем былую страсть. Но вместо этого я получила лишь очередное подтверждение того, что стала для него пустым местом.
Но однажды в темноте нашей спальни кто-то лёг ко мне в постель. Чьи-то сильные руки коснулись меня. Я думала, это муж, но когда зажёгся свет, я увидела не его. Я увидела его отца.
Теперь всё стало слишком запутано и я боюсь только одного: что больше никогда не смогу забыть эту ночь.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Но однажды в темноте нашей спальни кто-то лёг ко мне в постель. Чьи-то сильные руки коснулись меня. Я думала, это муж, но когда зажёгся свет, я увидела не его. Я увидела его отца.
Теперь всё стало слишком запутано и я боюсь только одного: что больше никогда не смогу забыть эту ночь.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Я запретила себе думать о нём. Вычеркнула ту ночь из памяти. Убедила себя, что ничего не было. Целую неделю я врала себе, и ложь почти превратилась в правду.
Но в последнюю ночь перед отъездом он вернулся. И не один, а с другом.
То, что случилось потом, безвозвратно изменило меня и мою жизнь.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Но в последнюю ночь перед отъездом он вернулся. И не один, а с другом.
То, что случилось потом, безвозвратно изменило меня и мою жизнь.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Он — инструктор по выживанию: холодный, как льды на Аляске, и неприступный, как скалы Мак-Кинли. Я — студентка-стипендиатка, которая мечтает только об одном: выжить в этой ледяной академии и доказать, что достойна здесь учиться.
Между нами — пропасть: социальный статус, положение, и главное — Правило 4.1, запрещающее любые контакты между студентами и инструкторами. Однако когда я чуть не погибаю на леднике, его руки сжимают меня так, будто он держит не просто студентку, а нечто большее. А его глаза… они говорят громче любых правил.
Теперь мы играем в опасную игру. Один неверный шаг — и нас увидят. Одно лишнее слово — и меня отчислят, а его уволят. Мы нарушаем правила, играем с огнем. Мы знаем, что это ничем хорошим не кончится... Но разве можно остановиться, когда внутри бушует пламя, способное растопить даже аляскинские льды?
Между нами — пропасть: социальный статус, положение, и главное — Правило 4.1, запрещающее любые контакты между студентами и инструкторами. Однако когда я чуть не погибаю на леднике, его руки сжимают меня так, будто он держит не просто студентку, а нечто большее. А его глаза… они говорят громче любых правил.
Теперь мы играем в опасную игру. Один неверный шаг — и нас увидят. Одно лишнее слово — и меня отчислят, а его уволят. Мы нарушаем правила, играем с огнем. Мы знаем, что это ничем хорошим не кончится... Но разве можно остановиться, когда внутри бушует пламя, способное растопить даже аляскинские льды?
Выберите полку для книги