Книги по тегу «измена и предательство»: ""
Андрей зарывается лицом в мои волосы. И просто молча стоит, прижавшись ко мне всем телом, как будто вдыхает то, что потерял, и то, что принадлежало ему когда-то.
Его родной запах тела и терпкий древесный парфюм, мой любимый, знакомый аромат, который я помнила наизусть, ударили в нос, окатив волной воспоминаний и чувств. Как же я скучаю по нему, по его прикосновениям, по этому запаху.
- Машка, я не могу без тебя. Я ошибся, я дурак, девочка моя, - голос его хриплый, прерывистый. Он начинает покрывать мое лицо и шею поцелуями, с жаром, будто пытается запечатлеть каждый квадратный миллиметр моей кожи.
- Андрей, пожалуйста, не надо…У меня только жизнь начала складываться, - говорю я себе или ему, я не знаю. Он поднимает голову, его глаза полны паники.
- С кем? Ты кого-то встретила?
- Просто налаживается, без тебя, - говорю твердо, хотя внутри всё дрожит. Открываю дверь шире, указывая ему на выход, - Уходи, Андрей, мы всё равно с тобой разводимся!
Его родной запах тела и терпкий древесный парфюм, мой любимый, знакомый аромат, который я помнила наизусть, ударили в нос, окатив волной воспоминаний и чувств. Как же я скучаю по нему, по его прикосновениям, по этому запаху.
- Машка, я не могу без тебя. Я ошибся, я дурак, девочка моя, - голос его хриплый, прерывистый. Он начинает покрывать мое лицо и шею поцелуями, с жаром, будто пытается запечатлеть каждый квадратный миллиметр моей кожи.
- Андрей, пожалуйста, не надо…У меня только жизнь начала складываться, - говорю я себе или ему, я не знаю. Он поднимает голову, его глаза полны паники.
- С кем? Ты кого-то встретила?
- Просто налаживается, без тебя, - говорю твердо, хотя внутри всё дрожит. Открываю дверь шире, указывая ему на выход, - Уходи, Андрей, мы всё равно с тобой разводимся!
— Ты правда думаешь, я не замечала?
— Я и не скрывал.
— Значит, думал, я всё стерплю?
— Нет. Я просто знал, что ты никуда не денешься.
Он был мэром. Я — женой мэра. В кадре — улыбка, дома — холод, молчание и пустая постель.
Я молчала годами. Пока не стало тошно от самой себя.
А потом я ушла. С детьми, с кучей вопросов.
Он сказал: «Без меня ты никто».
А я просто показала, как сильно он ошибался.
— Я и не скрывал.
— Значит, думал, я всё стерплю?
— Нет. Я просто знал, что ты никуда не денешься.
Он был мэром. Я — женой мэра. В кадре — улыбка, дома — холод, молчание и пустая постель.
Я молчала годами. Пока не стало тошно от самой себя.
А потом я ушла. С детьми, с кучей вопросов.
Он сказал: «Без меня ты никто».
А я просто показала, как сильно он ошибался.
— Я тебе верила, а ты делал это с ней прямо в больнице! — мой крик эхом разнесся по дому, хрустальная ваза разбилась о стену в паре сантиметров от его головы.
Год идеального брака рассыпался осколками, когда я увидела след от помады на его шее. Моя интуиция кричала об измене, но пока я верила, готовила ужины и ждала мужа допоздна, эта дрянь согревала его постель.
— Какая ирония, Савин, — прошептала я, глядя в его растерянные глаза. — Ты спасаешь чужие сердца, а моё разбил на тысячу кусочков.
Медсестра Ева считает, что уже победила. Она смотрит на меня с превосходством и открыто флиртует с моим мужем у меня на глазах. Но она не знает главного.
Я ношу под сердцем наследника этого предателя.
Я верила сказкам о вечной любви. Теперь пришло время повзрослеть и понять — у всего есть срок годности.
Год идеального брака рассыпался осколками, когда я увидела след от помады на его шее. Моя интуиция кричала об измене, но пока я верила, готовила ужины и ждала мужа допоздна, эта дрянь согревала его постель.
— Какая ирония, Савин, — прошептала я, глядя в его растерянные глаза. — Ты спасаешь чужие сердца, а моё разбил на тысячу кусочков.
Медсестра Ева считает, что уже победила. Она смотрит на меня с превосходством и открыто флиртует с моим мужем у меня на глазах. Но она не знает главного.
Я ношу под сердцем наследника этого предателя.
Я верила сказкам о вечной любви. Теперь пришло время повзрослеть и понять — у всего есть срок годности.
Женя теряет ребёнка на раннем сроке беременности, муж обвиняет её в том, что она не смогла сохранить малыша и уходит из семьи. Истерзанная бесконечной душевной болью, она решает отправиться к морю, надеясь, что оно излечит душевные раны. Девушка снимает домик на берегу тихой дельфиньей бухты. Воспоминания о муже не дают ей покоя, и в вечер приезда, она заходит на его страничку в соцсети и видит в объятиях красивой девушки. Женя в отчаянии решает покончить с собой, войдя в море...
- Я готов дать тебе развод. Но у меня есть условие!
- Если ты о детях, то я не собираюсь лишать их отца.
- Условие не о них.
- Тогда, чего ты хочешь?..
- Тебя в свое пользование. Три ночи вместе. Без побегов и скандалов.
- Басманский, ты обалдел? Хочешь купить развод за секс?
- Ты всегда была умной девочкой. Я в тебе не ошибся. Надеюсь, и не разочаруюсь.
Герои романа "Разрешаю стонать". Историю можно читать отдельно!
Никаких штампов!!! Рвем шаблоны!!!
- Если ты о детях, то я не собираюсь лишать их отца.
- Условие не о них.
- Тогда, чего ты хочешь?..
- Тебя в свое пользование. Три ночи вместе. Без побегов и скандалов.
- Басманский, ты обалдел? Хочешь купить развод за секс?
- Ты всегда была умной девочкой. Я в тебе не ошибся. Надеюсь, и не разочаруюсь.
Герои романа "Разрешаю стонать". Историю можно читать отдельно!
Никаких штампов!!! Рвем шаблоны!!!
Однажды, придя к мужу в офис, чтобы спасти брак от краха, я застаю его между чужих ног.
И всё бы было банально — предательство, развод, новая жизнь, если бы не одно “но”.
Это история не о разбитом сердце. Это история о том, как оно становится каменным и начинает бить в ответ.
***
— Чёрт возьми… Аня?! Что ты творишь?!
Он даже не растерян. Он злится. Как будто это я всё испортила.
— Что я творю? — я стою в дверях, не мигая. — Я пришла к своему мужу. Захотела сделать сюрприз. Захотела заняться с ним сексом прямо здесь, на этом столе, но меня опередили.
Женщина — та, что на столе — отскакивает, застёгивая блузку в панике:
— Подождите… Подождите… Это что, шутка? Какая жена?
Она смотрит на него.
— Ты говорил, что ты развёлся. Что вы расстались год назад!
И всё бы было банально — предательство, развод, новая жизнь, если бы не одно “но”.
Это история не о разбитом сердце. Это история о том, как оно становится каменным и начинает бить в ответ.
***
— Чёрт возьми… Аня?! Что ты творишь?!
Он даже не растерян. Он злится. Как будто это я всё испортила.
— Что я творю? — я стою в дверях, не мигая. — Я пришла к своему мужу. Захотела сделать сюрприз. Захотела заняться с ним сексом прямо здесь, на этом столе, но меня опередили.
Женщина — та, что на столе — отскакивает, застёгивая блузку в панике:
— Подождите… Подождите… Это что, шутка? Какая жена?
Она смотрит на него.
— Ты говорил, что ты развёлся. Что вы расстались год назад!
— Ты где? И когда будешь? — рявкает в трубку муж.
— Сегодня поздно, не жди, — отрезаю, чувствуя, как в груди закипает лава.
— Рита, мне не нравится твой тон и заявления.
— Мне тоже не нравится, что ты у своей мамули позавчера до полночи был, — говорю полным сарказма сладким голосом. — Так что давай без этого.
Сам он позавчера у матери не был, а занимался черт знает чем с черт знает кем. Думает, что и я поступаю так же. Горько усмехаюсь.
— Марго, ты хочешь поссориться, что ли?! Что с тобой не так?! Что тебя не устраивает?! Тебе не кажется, что ты зажралась?!
— Это кто еще из нас зажрался, дорогой, — произношу ледяным тоном. — Дома поговорим. Вернусь, и обсудим это.
***
Мы женаты двадцать лет, и я доверяла мужу, как самой себе. Но сегодня утром я узнала, что он не просто мне изменяет, но и хочет лишить доли в бизнесе. Нет, дорогой, так дело не пойдёт. Развод будет на моих условиях.
— Сегодня поздно, не жди, — отрезаю, чувствуя, как в груди закипает лава.
— Рита, мне не нравится твой тон и заявления.
— Мне тоже не нравится, что ты у своей мамули позавчера до полночи был, — говорю полным сарказма сладким голосом. — Так что давай без этого.
Сам он позавчера у матери не был, а занимался черт знает чем с черт знает кем. Думает, что и я поступаю так же. Горько усмехаюсь.
— Марго, ты хочешь поссориться, что ли?! Что с тобой не так?! Что тебя не устраивает?! Тебе не кажется, что ты зажралась?!
— Это кто еще из нас зажрался, дорогой, — произношу ледяным тоном. — Дома поговорим. Вернусь, и обсудим это.
***
Мы женаты двадцать лет, и я доверяла мужу, как самой себе. Но сегодня утром я узнала, что он не просто мне изменяет, но и хочет лишить доли в бизнесе. Нет, дорогой, так дело не пойдёт. Развод будет на моих условиях.
Он был всем для меня, я безумно его любила! Но он поступил очень жестоко, отобрал самое дорогое! Нашу дочь! Его отец разрушил нашу семью, найдя достойную своему сыну девушку! От меня же, избавились, безжалостно вычеркнули из своей семьи и жизни моей маленькой дочки!
Я поклялась, что заберу свою малышку! Мне не тягаться с семьёй бывшего мужа, но нашёлся тот, кто может уничтожить бывших родственников и вернуть моего ребёнка! Но за всё необходимо платить, ему не нужны деньги, у него их достаточно, он очень жестокий и властный! Платой за его помощь, стала я сама! Он моё спасение, и одновременно самый кромешный ад! Можно ли полюбить человека, когда душа мертва?
- Ты моя навсегда! – каждый раз напоминает мой личный ад.
Мне хочется бежать подальше от этого человека, но тогда я не верну свою дочь!
Я поклялась, что заберу свою малышку! Мне не тягаться с семьёй бывшего мужа, но нашёлся тот, кто может уничтожить бывших родственников и вернуть моего ребёнка! Но за всё необходимо платить, ему не нужны деньги, у него их достаточно, он очень жестокий и властный! Платой за его помощь, стала я сама! Он моё спасение, и одновременно самый кромешный ад! Можно ли полюбить человека, когда душа мертва?
- Ты моя навсегда! – каждый раз напоминает мой личный ад.
Мне хочется бежать подальше от этого человека, но тогда я не верну свою дочь!
- Ира, я принял решение – они теперь будут жить здесь, со мной, - говорит мне муж так праздно, как будто это нормально – вышвырнуть меня из собственного дома, и заселить туда свою бывшую с ее сыном!
- В смысле «здесь и с тобой»?! – моему возмущению нет предела, - А как же я?
- А ты переедешь в квартиру. И, кстати, мне еще понадобится твоя машина. Юле нужно на чем-то возить ребенка...
Театр абсурда, в который превратилась наша жизнь с того момента, как муж возомнил себя папашей, разделил ее на «до» и «после».
И в моем «после» нет места предателю!
- В смысле «здесь и с тобой»?! – моему возмущению нет предела, - А как же я?
- А ты переедешь в квартиру. И, кстати, мне еще понадобится твоя машина. Юле нужно на чем-то возить ребенка...
Театр абсурда, в который превратилась наша жизнь с того момента, как муж возомнил себя папашей, разделил ее на «до» и «после».
И в моем «после» нет места предателю!
— Ты спишь со своей помощницей?
— Марина, я федеральный судья. Я не "сплю", я принимаю решения. И вот одно из них — я теперь с ней.
— А я?
— Ты — стабильность. Она — вдохновение. Мне нужно что-то живое.
— Вдохновение? У тебя есть жена!
— У меня есть право выбирать.
Он разносил чужие судьбы в суде. Холодно, точно, по закону. А потом решил вынести приговор и мне.
Только он не учёл одного: иногда женщина, которую ты считал удобной, умеет драться жёстче, чем ты привык.
— Марина, я федеральный судья. Я не "сплю", я принимаю решения. И вот одно из них — я теперь с ней.
— А я?
— Ты — стабильность. Она — вдохновение. Мне нужно что-то живое.
— Вдохновение? У тебя есть жена!
— У меня есть право выбирать.
Он разносил чужие судьбы в суде. Холодно, точно, по закону. А потом решил вынести приговор и мне.
Только он не учёл одного: иногда женщина, которую ты считал удобной, умеет драться жёстче, чем ты привык.
Выберите полку для книги