Подборка книг по тегу: "измена и предательство"
- Никакого развода не будет! – орет муж, гремя стаканами около минибара. – Поняла, стерва?! Я тебя из грязи вытащил! И это твоя благодарность?!
- Слава, - прошептала срывающимся голосом. – Ты не можешь мне запретить. Я все решила.
- А я и не запрещаю, Вик, - выдохнул, чеканит каждое слово. – Я удерживаю тебя от огромной ошибки. Что он может тебе дать?! Этот твой спортсмен? Нерегулярные заработки? Частые визиты в больничку? Скорые последствия постоянных сотрясов? Зачем тебе это все?! Как ты готовить-убирать будешь в его халупе? Ты хоть помнишь, как это делается?! Я дал тебе все, о чем мечтают тысячи других девок. И среди них есть и покрасивее, и поумней, заметь.
- Ага, им ты тоже периодически даешь? Лучшее, что у тебя есть?
- Слава, - прошептала срывающимся голосом. – Ты не можешь мне запретить. Я все решила.
- А я и не запрещаю, Вик, - выдохнул, чеканит каждое слово. – Я удерживаю тебя от огромной ошибки. Что он может тебе дать?! Этот твой спортсмен? Нерегулярные заработки? Частые визиты в больничку? Скорые последствия постоянных сотрясов? Зачем тебе это все?! Как ты готовить-убирать будешь в его халупе? Ты хоть помнишь, как это делается?! Я дал тебе все, о чем мечтают тысячи других девок. И среди них есть и покрасивее, и поумней, заметь.
- Ага, им ты тоже периодически даешь? Лучшее, что у тебя есть?
-Даша, я прекрасно знаю твоего мужа и полностью отдаю отчет своим словам. Корнеев Александр Семенович купил квартиру Новиковой Анне Петровне..... Я сама эту сделку оформляла.... Думала, что вы развелись, поэтому не придала этому особого значения... Парочка вела себя так, словно они давно вместе.
Она сбежала не от него. От тишины, в которой забыла себя.
Алиса уходит из брака после измены. Не в новый роман, не в месть, не в карьеру. А — в дом. На берегу. Где нет расписаний, но есть женщины. Каждая — с болью, которую не видно снаружи. Каждая — с историей, которую можно только прошептать. Здесь не спрашивают: «А ты уверена?» Здесь говорят: «Ты жива. Уже за это — спасибо».
Это не просто история об измене.
Это — о возвращении к себе.
О свободе, которая начинается с первого «нет».
О голосе, который сначала дрожит, а потом — поёт.
Если вы когда-то были тенью. Если прятались даже от себя. Если не знали, как снова жить — эта книга для вас.
Дом на берегу ждёт.
И в нём есть место. Даже если вы пока не верите, что заслуживаете его.
Алиса уходит из брака после измены. Не в новый роман, не в месть, не в карьеру. А — в дом. На берегу. Где нет расписаний, но есть женщины. Каждая — с болью, которую не видно снаружи. Каждая — с историей, которую можно только прошептать. Здесь не спрашивают: «А ты уверена?» Здесь говорят: «Ты жива. Уже за это — спасибо».
Это не просто история об измене.
Это — о возвращении к себе.
О свободе, которая начинается с первого «нет».
О голосе, который сначала дрожит, а потом — поёт.
Если вы когда-то были тенью. Если прятались даже от себя. Если не знали, как снова жить — эта книга для вас.
Дом на берегу ждёт.
И в нём есть место. Даже если вы пока не верите, что заслуживаете его.
— Любимая… что с тобой? — Миша останавливается, испуг в голосе. — Ты… ты плакала? Что случилось?
Я отвожу взгляд, глотаю сухой ком.
— Миш, скажи мне правду… — смотрю прямо ему в глаза, выискиваю дрожь в зрачках, хотя он такой — ровный, уверенный. — Ты кого-нибудь приводил домой, пока я была с Мией в роддоме?
— Не понял?.. — он моргает, растерянно.
— В смысле кого приводил?.. Пацаны приходили, да. Ну ты же сама говорила — чтобы они тут собрались, отпраздновали рождение нашей принцессы. А почему ты спрашиваешь?
Я наклоняюсь. Просовываю руку под диван.
И достаю то, что не даёт мне покоя все время пока я кормила дочь. Розовые, кружевные стринги. Совсем не мои. Миша смотрит на бельё. Долго. Будто пока не поверит — не ответит.
— Это что?.. — наконец выдавливает.
— Чьи это, Яна?.. Я не понимаю… Серьёзно. Я… вижу их впервые.
— Я тоже впервые их вижу, Миша! — срываюсь, голос дрожит. — Отвечай, кто был в нашей спальне?! В нашей постели, в конце концов?!
Я отвожу взгляд, глотаю сухой ком.
— Миш, скажи мне правду… — смотрю прямо ему в глаза, выискиваю дрожь в зрачках, хотя он такой — ровный, уверенный. — Ты кого-нибудь приводил домой, пока я была с Мией в роддоме?
— Не понял?.. — он моргает, растерянно.
— В смысле кого приводил?.. Пацаны приходили, да. Ну ты же сама говорила — чтобы они тут собрались, отпраздновали рождение нашей принцессы. А почему ты спрашиваешь?
Я наклоняюсь. Просовываю руку под диван.
И достаю то, что не даёт мне покоя все время пока я кормила дочь. Розовые, кружевные стринги. Совсем не мои. Миша смотрит на бельё. Долго. Будто пока не поверит — не ответит.
— Это что?.. — наконец выдавливает.
— Чьи это, Яна?.. Я не понимаю… Серьёзно. Я… вижу их впервые.
— Я тоже впервые их вижу, Миша! — срываюсь, голос дрожит. — Отвечай, кто был в нашей спальне?! В нашей постели, в конце концов?!
Показала девице рукой на дверь.
– Пошла отсюда вон! – процедила я сквозь зубы.
Девица зло сверкнула яркими глазами.
– Не смей так со мной разговаривать! – ее голос сквозил презрительным холодом. – В зеркало себя видела? Старуха, в тираж вышла. Миша меня полюбил, мы скоро поженимся. Придется тебе смириться.
Я перевела взгляд на мужа. Его лицо затвердело. Ледяной взгляд обжег кожу. Никогда я не видела у него такого взгляда.
– Аглая, без истерик. Выйди, мы с Любашей оденемся. Подожди меня в гостиной. Я собирался поговорить с тобой позднее, но раз ты теперь все знаешь…
На автомате прошла в гостиную и опустилась на диван.
Вот значит как. Любаша. Тупая кассирша. На тупую молодуха явно не походила. Наоборот – чувствовалось, что свое дело знала.
– Пошла отсюда вон! – процедила я сквозь зубы.
Девица зло сверкнула яркими глазами.
– Не смей так со мной разговаривать! – ее голос сквозил презрительным холодом. – В зеркало себя видела? Старуха, в тираж вышла. Миша меня полюбил, мы скоро поженимся. Придется тебе смириться.
Я перевела взгляд на мужа. Его лицо затвердело. Ледяной взгляд обжег кожу. Никогда я не видела у него такого взгляда.
– Аглая, без истерик. Выйди, мы с Любашей оденемся. Подожди меня в гостиной. Я собирался поговорить с тобой позднее, но раз ты теперь все знаешь…
На автомате прошла в гостиную и опустилась на диван.
Вот значит как. Любаша. Тупая кассирша. На тупую молодуха явно не походила. Наоборот – чувствовалось, что свое дело знала.
Перехватив ручку дорожной сумки, достаю заранее приготовленный ключ из кармана. Тихий щелчок — и первые двери открываются, а следом и вторые. К несчастью или к счастью у нас нет замка, который нужно открывать полуметровым ключом, гремя на весь подъезд.
Странный звук сразу режет слух... Звук, которого не должно быть здесь и сейчас. Первая мысль — Славка в моё отсутствие смотрит порнуху. В этом как раз ничего предосудительного нет. Что ещё делать молодому мужчине во время законного отдыха, если жена отсутствует в течение двух недель?
Но тут же мозг пронзают совсем не такие весёлые и игривые мысли... Вспоминается странный взгляд старушки-соседки со второго этажа, с которой мы встретились у подъездной двери. А ещё... Я понимаю наконец, что меня напрягло. Так и не смогла уловить эту мысль, пока поднималась в лифте на двенадцатый этаж, а сейчас поймала. На парковке у подъезда стоит машина Алинки, моей лучшей подруги!
Странный звук сразу режет слух... Звук, которого не должно быть здесь и сейчас. Первая мысль — Славка в моё отсутствие смотрит порнуху. В этом как раз ничего предосудительного нет. Что ещё делать молодому мужчине во время законного отдыха, если жена отсутствует в течение двух недель?
Но тут же мозг пронзают совсем не такие весёлые и игривые мысли... Вспоминается странный взгляд старушки-соседки со второго этажа, с которой мы встретились у подъездной двери. А ещё... Я понимаю наконец, что меня напрягло. Так и не смогла уловить эту мысль, пока поднималась в лифте на двенадцатый этаж, а сейчас поймала. На парковке у подъезда стоит машина Алинки, моей лучшей подруги!
- Я….
Теряюсь. В горле встает ком. Наша встреча. Сумасшедшая. Крышесносная, до жути.
Смотрю ему в глаза, с вызовом, с усмешкой.
- Соскучилась?
Глаза холодные, жесткие. Дикие. Как у зверя. Соскучилась? Это слабо сказано. Меня ломало без него, до дикости ломало. По ночам выла. Простынь кусала и рыдала.
- Моя!
Рука сжимает горло, а я закрываю глаза. Внутри все сжимается… Так и начинается эта история.
Наша история…Безумная история.
Только я и он.
Закусываю губу, рука сжимает мое горло еще сильнее. Давай, я так ждала этого, так ждала…
- Девочка!
Хриплый шепот сводит меня с ума. Вот и началась эта книга, основанная на реальных событиях. Книга длиною в семь лет…В семь долгих лет….
Теряюсь. В горле встает ком. Наша встреча. Сумасшедшая. Крышесносная, до жути.
Смотрю ему в глаза, с вызовом, с усмешкой.
- Соскучилась?
Глаза холодные, жесткие. Дикие. Как у зверя. Соскучилась? Это слабо сказано. Меня ломало без него, до дикости ломало. По ночам выла. Простынь кусала и рыдала.
- Моя!
Рука сжимает горло, а я закрываю глаза. Внутри все сжимается… Так и начинается эта история.
Наша история…Безумная история.
Только я и он.
Закусываю губу, рука сжимает мое горло еще сильнее. Давай, я так ждала этого, так ждала…
- Девочка!
Хриплый шепот сводит меня с ума. Вот и началась эта книга, основанная на реальных событиях. Книга длиною в семь лет…В семь долгих лет….
- Вера, у вашего мужа любовница ! Он собирается уехать с ней на отдых, сегодня или завтра у них рейс в Дубай. Он сейчас мне устроил скандал, что я здесь.
Я их застала в постели, когда вы лежали в клинике .
Ваш муж мне дал много денег, чтобы я исчезла и увезла с собой эту тайну.
Сейчас он увидел меня на пороге дома и схватил за шею, пригрозив, чтобы я немедленно убиралась отсюда, иначе меня найдут в канаве .
Я не смогла уехать вам не сообщив об этом.
- Я должна что-то сделать. Думай Вера .
С этими словами я подменила паспорт его любовницы на свой .
С целью, чтобы их
поездка не состоялась.
Я их застала в постели, когда вы лежали в клинике .
Ваш муж мне дал много денег, чтобы я исчезла и увезла с собой эту тайну.
Сейчас он увидел меня на пороге дома и схватил за шею, пригрозив, чтобы я немедленно убиралась отсюда, иначе меня найдут в канаве .
Я не смогла уехать вам не сообщив об этом.
- Я должна что-то сделать. Думай Вера .
С этими словами я подменила паспорт его любовницы на свой .
С целью, чтобы их
поездка не состоялась.
История большой любви и верности превратилась в пыль, как только я вошла в нашу спальню и увидела его с любовницей. А точнее любовницей, оказывается, была я. А он все это время был женат и просто врал мне.
Я думала, что все сможет остаться в прошлом, и я смогу построить жизнь без него. Но я забыла, что судьба давно перестала мне предоставлять право выбора и решает за меня, снова превращая мою жизнь в ад.
Я думала, что все сможет остаться в прошлом, и я смогу построить жизнь без него. Но я забыла, что судьба давно перестала мне предоставлять право выбора и решает за меня, снова превращая мою жизнь в ад.
-У вас правда очень красивое имя! Вы и сама красивая, самая красивая из следователей, которых я только видел!
Я посмотрела на него, вел он конечно шикарно, но быстро, я так ездить не рисковала, только сейчас, как ни странно не боялась, наоборот мне нравилась быстрая езда.
-Я же не в вашем вкусе! -парировала я.
-Ну и что? Это не значит, что теперь вы не можете быть красивой!
Я просто опешила, хоть бы из вежливости бы промолчал, но его, как видимо забавляла вся эта ситуация.
-А кто в вашем вкусе? – сама не понимая зачем спросила я и уставилась на него, так хотелось задеть его подколоть.
Он пожал плечами.
-Блондинок люблю, повыше ростом с большой грудью!
Кровь прилила к моему лицу.
Я посмотрела на него, вел он конечно шикарно, но быстро, я так ездить не рисковала, только сейчас, как ни странно не боялась, наоборот мне нравилась быстрая езда.
-Я же не в вашем вкусе! -парировала я.
-Ну и что? Это не значит, что теперь вы не можете быть красивой!
Я просто опешила, хоть бы из вежливости бы промолчал, но его, как видимо забавляла вся эта ситуация.
-А кто в вашем вкусе? – сама не понимая зачем спросила я и уставилась на него, так хотелось задеть его подколоть.
Он пожал плечами.
-Блондинок люблю, повыше ростом с большой грудью!
Кровь прилила к моему лицу.
Выберите полку для книги