Книги по тегу «измена и предательство»: ""

— Ты вообще никто. Понимаешь? Н И К Т О — кричит мой муж, брызгая слюной и с каждым словом больно тыча мне в грудь указательным пальцем. — Ни жена, ни мать и даже любовница из тебя никакая.
С каждым словом мне всё больше не хватает воздуха.
— Ты сегодня же уберёшься из моей жизни и дома.
Мне так плохо, что голову пронзает раскалённая игла.
— Куда же я пойду? — шепчу я.
— Меня это не волнует.

Я слышу где-то рядом голоса Сережи и Риммы.
Моего мужа и подруги, жены его начальника. Мы все вместе отдыхаем за городом.
Подхожу со спины, хочу уже их окликнуть, “ну что вы, полуночники, примете меня в свою компанию?”
И замираю, понимая, что никуда они меня не примут.
Муж целует Римму так жадно, как целуют любовницу, которую… Хотят.
Римма отвечает ему, обвивая его шею руками, тот что-то шепчет прямо ей в волосы.
Сережа…
Римма отстраняется и игриво ставит указательный палец ему на губу.
— Малыш, я ревную... Она на седьмом месяце. Значит, ты всё-таки спишь с ней? Ты же говорил...
Сергей притягивает к себе.
— Милая, будь уверена, представлял я в этот момент только тебя!
— Я просто устала, уже хочу, чтобы мы скорее уехали навсегда. В тепло ты и я... Ты уверен, что Кира согласится передать наследство?
Уехали? Наследство? Мое?
Они предали меня и подумали, что могут лишить будущего моих детей, отнять остатки капитала.
Но я устрою такую жару, которую они запомнят на всю жизнь

Я беру его телефон и открываю сообщение.
Сначала не понимаю, что вижу. Просто глаза. Губы. Стопы. Грудь. А потом её саму — голую молодую девушку. С пальцем во рту.
И это не Лиза. Другая.
— Жду фотку твоего маленького дружочка… Или он у тебя большой и крепкий?
Ответ не заставляет долго ждать. Пошлый. Грубый. Как будто моего мужа взломал озабоченный подросток.
И вдруг оно — это самое фото. Сделанное на нашей кухне, на фоне бутылочки сына и его игрушек.
Меня будто больно ударяют. Телефон хочется выронить, как что-то грязное.
Я выхожу из чата. И только сейчас замечаю — в списке есть и другие диалоги.
Я открываю каждый из них: та же история. Те же подкаты.
В этот момент до меня доходит простая и почти абсурдная мысль — он мне не изменяет. Он пытается. Постоянно. С разными женщинами.

Десять лет я была «идеальной женой». Считала его налоги, спасала бизнес от банкротства и покорно слушала замечания о моем «лишнем весе». А в день нашей оловянной свадьбы я нашла его в кабинете с другой.
Марк уверен, что я никуда не уйду. Он думает, что я — закомплексованная толстушка, которая не выживет без его подачек. Но он забыл, кто из нас на самом деле умеет играть по-крупному.

Когда на моем пути встал Максим Волков — человек, которого мой муж боится больше смерти — я поняла: это мой шанс на реванш.

Теперь правила диктую я. И Марк очень скоро узнает, как дорого стоит «удобная жена», решившая стать королевой.

💚🤍💚 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💚🤍💚

— Сколько тебе заплатить?
Я стою босиком в дверях своей спальни. Мой муж — на нашей кровати. С ней. Он не снял обручальное кольцо. Даже сейчас.
— Назови сумму, — говорит он спокойно. — За неудобство.

Восемь месяцев. Восемь месяцев она спит в моей постели. Носит цепочку, купленную на наши деньги. А я думала, что у него тяжёлая неделя.
Я снимаю кольцо. Оно звенит о мрамор.
— Нисколько. Ты — мусор. И ваши восемь месяцев — мусор.

Но я ещё не знаю, что самое страшное — впереди. Экран телефона вспыхивает.

Зал пахнет белыми лилиями и деньгами. Кирилл стоит у окна с бокалом и разговаривает с Дмитрием Фоминым, своим давним партнёром. Она появляется в дверях в четверть девятого.
Яркая. В платье цвета старого золота, которое чуть длиннее, чем нужно. На шее золотая цепочка, волосы убраны небрежно, несколько прядей выбились. Полина Крот. Журналист, пишет об урбанистике и девелопменте.
Я смотрю нас них. Полина что-то говорит — я не слышу, стекло толстое. Он отвечает. Его рука поднимается и убирает прядь с её лица. Медленно. Она не отстраняется. Он наклоняется. И целует её. Долго — несколько секунд, которые я считаю не дыша. Её рука поднимается и ложится ему на грудь.
У меня в груди — тишина. Странная, абсолютная тишина. Я достаю телефон.
Руки не дрожат. Навожу камеру. Нажимаю. Щелчок беззвучный. На экране снимок. Чёткий. Он и она. Угол террасы, оранжевый свет, его рука в её волосах.
Возвращаюсь в зал. Сажусь рядом с Ларисой.
— Всё хорошо? — спрашивает она.
— Да, — говорю я.

Солнце светило прямо на этот браслет.
Я видела гравировку. Не всю — только боковую часть, которая смотрела вверх. Две буквы.«Д» и «И».
Я прошла мимо. Не остановилась. Не споткнулась. Принесла воду, поставила стакан рядом с Даниилом, легла на свой лежак и снова открыла книгу.
Даниил Игоревич.
Две буквы. Просто инициалы. Может быть, её собственные — Дарья Ивановна, Диана Игоревна, Дина Ильинична. Сколько людей на свете с инициалами «Д. И.»? Миллионы. Это ничего не значит.
Буквы прыгали перед глазами и не складывались в слова.
Вечером мы поднялись в номер переодеться к ужину. Даниил встал под душ, я разбирала сумку.
Его телефон лежал на прикроватной тумбочке.
Я не собиралась. Честно — не собиралась. Я не тот человек, который читает чужие телефоны. За шесть лет брака я никогда — ни разу — не брала его телефон с намерением что-то проверить. Это было моим принципом, моим способом говорить себе: я доверяю ему. И телефон завибрировал. Экран засветился — одно уведомление, мессенджер...

— Пап, а свечи мне можно задуть первой? — смеётся незнакомая девочка в сиреневом платье.
— Можно, Вась, — отвечает мой муж так спокойно, будто ничего страшного не происходит.
— Глеб? — только и выдыхаю я, чувствуя, как немеют пальцы.
Он медленно поворачивается ко мне, а рядом с ним встаёт беременная женщина и кладёт руку ему на спину так, будто имеет на это полное право.
В тот вечер мой муж должен был забрать нашего сына с важной сдачи на пояс. Вместо этого я нашла его на чужом детском празднике — с другой женщиной, чужой девочкой, которая зовёт его папой, и ребёнком, которого эта женщина носит под сердцем. Я думала, больнее уже не будет. Но ошиблась. Потому что у предателя всё было продумано заранее: в соседнем квартале он давно устроил вторую жизнь и даже приготовил комнату для наших детей.

Узнать, что мне изменяет собственный муж – неприятно. Оказаться в чужом мире и снова стать свидетельницей измены - обидно. Заинтересовать дракона из соседних земель трактиром на обочине жизни – нелепо.

Но все это ничто в сравнении с тем, что у меня есть дочка, которую не отдает и морит голодом бывший муж; с тем, что в трактир ходят только солдаты; с тем, что женщины в этом мире не имеют права ни на что!

Поэтому, когда на моем пороге появляется богатый и знатный ярл - дракон, потерявший память, я использую его силу на полную катушку… И очень, очень надеюсь, что память к нему вернется как можно позже!!

Он усмехался. Не тепло, как раньше, — холодно, опасно. Так усмехаются перед тем, как убить.
— Нет, истра. Нет, — он сделал шаг ко мне, и я невольно попятилась, но он не позволил — схватил за подбородок, заставил смотреть в глаза. Его пальцы обжигали — не огнём, ледяной яростью. Я смотрела в его серые глаза и не видела в них ничего, кроме тьмы. — Ты мне отплатишь за унижение!

Шесть лет назад я случайно застала своего любимого с бывшей. Ох, сколько дров тогда наломала… Даже вспоминать страшно. Но сейчас у меня все хорошо. Новая страна, работа мечты и очаровательная дочка. Только сердце порой болит все так же – ведь у малышки слишком знакомые глаза. И смотрит порой так внимательно, его фирменным взглядом. А иногда спрашивает про папу… Кто ж знал, что прошлое настигнет неожиданно и уничтожит с таким трудом налаженную жизнь? Бывшего парня отправляют в командировку именно в мою галерею. А меня, как молодого русскоговорящего специалиста, приставляют к нему для сопровождения и облегчения адаптации на новом месте.

В книге есть: бывшие, ребенок, от ненависти до любви, офисные будни с перчинкой в антураже романтического Парррижа