Книги по тегу «измена и предательство»: ""
Они слишком разные, чтобы быть вместе.
Она - студентка, не видевшая жизни.
Он - владелец крупного бизнеса, построенного на криминальных связях.
В его мире не просят - берут.
Но девушка с глазами цвета неба и стальным характером становится навязчивой идеей. Он вводит её в своё окружение, задаривает подарками и теряет голову. Девушка влюбляется безрассудно.
Но одна фатальная ложь - и всё рушится, как карточный домик.
Сможет ли Она, упав с небес в ад, найти в себе силы подняться?
Сможет ли Он вымолить прощение?
Ведь он не сдастся. Потому, что горец не привык отпускать то, что считает своим. Даже, если это разрушит две жизни и сожжёт всё дотла.
Она - студентка, не видевшая жизни.
Он - владелец крупного бизнеса, построенного на криминальных связях.
В его мире не просят - берут.
Но девушка с глазами цвета неба и стальным характером становится навязчивой идеей. Он вводит её в своё окружение, задаривает подарками и теряет голову. Девушка влюбляется безрассудно.
Но одна фатальная ложь - и всё рушится, как карточный домик.
Сможет ли Она, упав с небес в ад, найти в себе силы подняться?
Сможет ли Он вымолить прощение?
Ведь он не сдастся. Потому, что горец не привык отпускать то, что считает своим. Даже, если это разрушит две жизни и сожжёт всё дотла.
– Даже не знаю, что мне нравится больше, – протянул незнакомый женский голос. – Новые тачки или ты.
Я машинально остановилась возле кабинета мужа. Взглянула на табличку у него на двери «Воронцов Лев, коммерческий директор автосалона». Ошибки не было.
Секунду спустя раздался смех мужа.
– Выбор очевиден, – ответил он. – Но чтобы не выбирать, в следующий раз можем заняться этим прямо в одном из новеньких автомобилей.
Я не сразу поверила, что действительно это услышала.
Посмотрев на закрытую дверь, поняла, что если сейчас развернусь и уйду, то остаток жизни буду мучить себя вопросами.
Решительно толкнув дверь, вошла внутрь.
Медленно перевела взгляд со Льва на девушку и обратно.
– Ты тут чем торгуешь? Машинами… или собой? – спросила, чувствуя, как сильно болит под ребрами.
Я машинально остановилась возле кабинета мужа. Взглянула на табличку у него на двери «Воронцов Лев, коммерческий директор автосалона». Ошибки не было.
Секунду спустя раздался смех мужа.
– Выбор очевиден, – ответил он. – Но чтобы не выбирать, в следующий раз можем заняться этим прямо в одном из новеньких автомобилей.
Я не сразу поверила, что действительно это услышала.
Посмотрев на закрытую дверь, поняла, что если сейчас развернусь и уйду, то остаток жизни буду мучить себя вопросами.
Решительно толкнув дверь, вошла внутрь.
Медленно перевела взгляд со Льва на девушку и обратно.
– Ты тут чем торгуешь? Машинами… или собой? – спросила, чувствуя, как сильно болит под ребрами.
У неё есть ресторан, муж и младшая сестра. Но однажды ночью соус на плите сворачивается, а вместе с ним — вся её прежняя жизнь.
Оксана привыкла всё контролировать: температуру, поставки, меню. Она не привыкла проверять приложение для доставки на телефоне мужа. Особенно когда букет адресован её собственной сестре. В ту секунду рушится не просто брак — рушится иллюзия, что она была главной в собственной истории.
Оксана не будет делить ресторан и позволять себя жалеть. Она уходит в работу, в тишину служебной квартиры. А когда на пути снова появляется тот, кого она не заметила двенадцать лет назад, придется выбирать: защищаться или довериться.
— Я не тороплю тебя. Просто хочу, чтобы ты знала: я здесь не из-за пиара. Я здесь, потому что двенадцать лет — это долго, чтобы забыть человека, но недостаточно, чтобы захотеть повторить с кем-то другим то, что я хотел с тобой.
Оксана привыкла всё контролировать: температуру, поставки, меню. Она не привыкла проверять приложение для доставки на телефоне мужа. Особенно когда букет адресован её собственной сестре. В ту секунду рушится не просто брак — рушится иллюзия, что она была главной в собственной истории.
Оксана не будет делить ресторан и позволять себя жалеть. Она уходит в работу, в тишину служебной квартиры. А когда на пути снова появляется тот, кого она не заметила двенадцать лет назад, придется выбирать: защищаться или довериться.
— Я не тороплю тебя. Просто хочу, чтобы ты знала: я здесь не из-за пиара. Я здесь, потому что двенадцать лет — это долго, чтобы забыть человека, но недостаточно, чтобы захотеть повторить с кем-то другим то, что я хотел с тобой.
Идеальный брак. Лучшая подруга. Долгожданный ребенок. Ксения была уверена: она счастливица, каких поискать.
Одна трагедия разрушила всё. Но настоящее потрясение ждало впереди — за тонкой гранью доверия, за смятыми чеками в кармане любимого пиджака, за невинным «я просто посижу с тобой» от той, кого она считала сестрой.
Иногда самые страшные удары наносят не враги. Иногда предают те, кто клялся в любви.
Это история о падении в бездну и о том, какой выбор делает женщина, когда терять больше нечего. О боли, которая либо убивает, либо превращает в кого-то совершенно нового.
Одна трагедия разрушила всё. Но настоящее потрясение ждало впереди — за тонкой гранью доверия, за смятыми чеками в кармане любимого пиджака, за невинным «я просто посижу с тобой» от той, кого она считала сестрой.
Иногда самые страшные удары наносят не враги. Иногда предают те, кто клялся в любви.
Это история о падении в бездну и о том, какой выбор делает женщина, когда терять больше нечего. О боли, которая либо убивает, либо превращает в кого-то совершенно нового.
«От тебя пахнет чужими духами», — я сказала это тихо, а внутри всё рухнуло.
Восемь лет я была идеальной женой. Бросила профессию, растила двоих детей, ждала его по вечерам. А он выбрал ту, что моложе и ярче, — и выставил меня с детьми за дверь, будто мы никогда ничего для него не значили.
Ни дома, ни денег, ни права на слабость. Только двое малышей, которых нужно кормить.
Работу мне дал человек, которого боится весь город. Александр Волков. Хладнокровный, опасный, привыкший ломать тех, кто встаёт у него на пути. Говорят, у него нет сердца.
Но со мной он другой. Он не спасает — он защищает. Молча становится стеной между мной и всем, что может причинить мне боль.
А когда бывший увидит, какой я стала, он захочет всё вернуть. Вот только теперь у меня есть тот, кто не отдаст меня никому.
Восемь лет я была идеальной женой. Бросила профессию, растила двоих детей, ждала его по вечерам. А он выбрал ту, что моложе и ярче, — и выставил меня с детьми за дверь, будто мы никогда ничего для него не значили.
Ни дома, ни денег, ни права на слабость. Только двое малышей, которых нужно кормить.
Работу мне дал человек, которого боится весь город. Александр Волков. Хладнокровный, опасный, привыкший ломать тех, кто встаёт у него на пути. Говорят, у него нет сердца.
Но со мной он другой. Он не спасает — он защищает. Молча становится стеной между мной и всем, что может причинить мне боль.
А когда бывший увидит, какой я стала, он захочет всё вернуть. Вот только теперь у меня есть тот, кто не отдаст меня никому.
– Ань, ты что здесь делаешь? – спросил он, спихивая девушку в сторону и натягивая одеяло. – Ты же должна была быть у матери до вечера!
– Я решила вернуться пораньше, – голос у меня дрожал. – Хотела тебя порадовать…
Блондинка хихикнула, прикрываясь простыней, и начала собирать свои вещи. Я стояла и не могла пошевелиться.
– Это Лиза, – наконец буркнул Максим, будто это все объясняло. – Мы… ну, ты понимаешь.
– Я решила вернуться пораньше, – голос у меня дрожал. – Хотела тебя порадовать…
Блондинка хихикнула, прикрываясь простыней, и начала собирать свои вещи. Я стояла и не могла пошевелиться.
– Это Лиза, – наконец буркнул Максим, будто это все объясняло. – Мы… ну, ты понимаешь.
Эта история о том,как ненависть превращается в одержимость ,а боль уступает место свободе.....
Она замужем за мужчиной ,который не хочет её , который унижает и изменят.Но когда мир рушится и Светлана застаёт мужа в постели с другой, она неожиданно находит убежище.......
Она замужем за мужчиной ,который не хочет её , который унижает и изменят.Но когда мир рушится и Светлана застаёт мужа в постели с другой, она неожиданно находит убежище.......
— Таня, ты где? — голос Павла звучал непривычно сухо, словно внутри него кипела злость. — Ты знаешь, что Максим исчез и прихватил все деньги фирмы?
Я вздрогнула. — Что? Он... пропал?
— Сбежал, — зло выдохнул Павел. — Снял всё со счетов и из банковской ячейки. Только что обнаружили недостачу и увидели на камерах, как он всё провернул.
Я сжала сумочку, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги. Мой муж оставил нас с дочерью без крыши над головой и присвоил деньги фирмы? Это был предел, но я ошиблась... Это стало началом...
Я вздрогнула. — Что? Он... пропал?
— Сбежал, — зло выдохнул Павел. — Снял всё со счетов и из банковской ячейки. Только что обнаружили недостачу и увидели на камерах, как он всё провернул.
Я сжала сумочку, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги. Мой муж оставил нас с дочерью без крыши над головой и присвоил деньги фирмы? Это был предел, но я ошиблась... Это стало началом...
— Игорь, — обращаюсь к мужу.
— М-м?
— Посмотри, пожалуйста.
Я разворачиваю ноутбук к нему и открываю фотографию.
Сначала супруг не понимает. Скользит взглядом по экрану, словно ищет знакомое лицо.
Потом находит.
И бледнеет.
— Что это? — спрашиваю настойчиво.
Игорь отводит взгляд от экрана.
— Где ты это взяла?
Отличный старт.
Не «прости», не «я объясню», не «Вера».
Сразу классика жанра: найти источник утечки.
— На работе, — говорю спокойно в ответ. — Представляешь, я фотограф. Иногда смотрю фотографии.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что я думаю?
Супруг моргает.
— Вера…
— Нет, ты скажи. Мне интересно. Что я думаю?
Двадцать лет брака. Двое детей. Совместные планы.
А потом я вижу супруга на фотографии в обнимку с чужой женщиной.
Что делать? Уехать на море, как и планировала.
Только вместо предателя взять с собой… первого встречного.
— М-м?
— Посмотри, пожалуйста.
Я разворачиваю ноутбук к нему и открываю фотографию.
Сначала супруг не понимает. Скользит взглядом по экрану, словно ищет знакомое лицо.
Потом находит.
И бледнеет.
— Что это? — спрашиваю настойчиво.
Игорь отводит взгляд от экрана.
— Где ты это взяла?
Отличный старт.
Не «прости», не «я объясню», не «Вера».
Сразу классика жанра: найти источник утечки.
— На работе, — говорю спокойно в ответ. — Представляешь, я фотограф. Иногда смотрю фотографии.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что я думаю?
Супруг моргает.
— Вера…
— Нет, ты скажи. Мне интересно. Что я думаю?
Двадцать лет брака. Двое детей. Совместные планы.
А потом я вижу супруга на фотографии в обнимку с чужой женщиной.
Что делать? Уехать на море, как и планировала.
Только вместо предателя взять с собой… первого встречного.
Двенадцать лет я была идеальной женой. Держала дом, поддерживала его бизнес, отдала лучшие годы — и однажды услышала:
«Я подаю на развод. У неё будет ребёнок. А ты… ты ведь ничего не вложила в этот брак».
Без вклада. Пустое место. Мебель, которую можно вынести вместе с тремя картонными коробками.
Он вычеркнул меня за один вечер. Выбрал юную любовницу и её растущий живот. И даже не подозревал, какую услугу мне оказал.
Потому что я не собиралась плакать.
Я собиралась подняться — так высоко, чтобы однажды он смотрел на моё имя на вывеске и понимал: он потерял не жену.
Он потерял всё.
А ещё я знала о его новой семье кое-что, чего не знал даже он сам…
Спасибо, что бросил, дорогой. Это было лучшее, что ты для меня сделал.
«Я подаю на развод. У неё будет ребёнок. А ты… ты ведь ничего не вложила в этот брак».
Без вклада. Пустое место. Мебель, которую можно вынести вместе с тремя картонными коробками.
Он вычеркнул меня за один вечер. Выбрал юную любовницу и её растущий живот. И даже не подозревал, какую услугу мне оказал.
Потому что я не собиралась плакать.
Я собиралась подняться — так высоко, чтобы однажды он смотрел на моё имя на вывеске и понимал: он потерял не жену.
Он потерял всё.
А ещё я знала о его новой семье кое-что, чего не знал даже он сам…
Спасибо, что бросил, дорогой. Это было лучшее, что ты для меня сделал.
Выберите полку для книги