Книги по тегу «кавказская история любви»: ""
ЗАВЕРШЕННЫЙ РОМАН! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
— Копия своей матери.
Голос за спиной — низкий, с рокочущими нотками. Я вздрагиваю всем телом и резко оборачиваюсь.
Передо мной стоит высокий широкоплечий мужчина. Он смотрит на меня в упор, без тени улыбки. От этого взгляда по спине бежит холодок.
— Ты дочь Анзора? — спрашивает он строго.
Я киваю.
— Да, я Алина Караева. А кто вы? Вы знали моего отца?
Уголки его губ изгибаются в хищном оскале.
— Теперь я твой хозяин.
Мир вокруг замирает. Что? Я ослышалась?
— Я так долго искал вашу семью. Наконец-то мы встретились! Как удачно, что ты сама сюда приехала…
— Что? О чем вы? — лепечу я, отступая на шаг назад.
— Копия своей матери.
Голос за спиной — низкий, с рокочущими нотками. Я вздрагиваю всем телом и резко оборачиваюсь.
Передо мной стоит высокий широкоплечий мужчина. Он смотрит на меня в упор, без тени улыбки. От этого взгляда по спине бежит холодок.
— Ты дочь Анзора? — спрашивает он строго.
Я киваю.
— Да, я Алина Караева. А кто вы? Вы знали моего отца?
Уголки его губ изгибаются в хищном оскале.
— Теперь я твой хозяин.
Мир вокруг замирает. Что? Я ослышалась?
— Я так долго искал вашу семью. Наконец-то мы встретились! Как удачно, что ты сама сюда приехала…
— Что? О чем вы? — лепечу я, отступая на шаг назад.
– Сделай со мной все, что хочешь, но подари мне эту ночь, - шепчет сестра моему жениху. - Достанешься невесте только после меня.
Она в ванной комнате. И с ней Руслан.
– Ночь? А ты наглая. Вперёд хозяйки моего сердца пропустить?
– Ага. И готовая везде. Проверь, - берет его за руку.
– Давай по-быстрому. Я сегодня нарасхват, - он усмехается на ее просьбу.
Сижу на кровати после торжества в платье, родственники ждут простынь со следами моей невинности у дверей спальни. А жених уделяет внимание в первую брачную ночь другой. Той, что нет роднее для меня на этом свете.
Перешагну через предательство. Выйду и расскажу всем правду. Они ответят за позор.
Альтернативный Кавказ
Она в ванной комнате. И с ней Руслан.
– Ночь? А ты наглая. Вперёд хозяйки моего сердца пропустить?
– Ага. И готовая везде. Проверь, - берет его за руку.
– Давай по-быстрому. Я сегодня нарасхват, - он усмехается на ее просьбу.
Сижу на кровати после торжества в платье, родственники ждут простынь со следами моей невинности у дверей спальни. А жених уделяет внимание в первую брачную ночь другой. Той, что нет роднее для меня на этом свете.
Перешагну через предательство. Выйду и расскажу всем правду. Они ответят за позор.
Альтернативный Кавказ
Наливаю в фужер маслянистую ароматную жидкость и аккуратно, за ножку, протягиваю рюмку клиенту, и тут только вижу эти надменные чуть изогнутые губы, которые мерцают глянцевым блеском.
— Вы? — невольно вырывается у меня.
Потому что передо мной сидит тот самый красавчик из внедорожника.
Всё-таки решил остаться.
— Раздевайся. У меня мало времени, — с порога холодно кидает он мне.
И моё сердце буквально леденеет от страха.
Вот так? Он просто купил меня у моего босса, а тот даже ничего не сказал мне!
***
Мой муж просто забрал меня из кафе на трассе, где я работала официанткой. Привёз к себе, в высокие горы.
Но я не знала, что у него есть отец, и теперь я принадлежу им обоим... По праву их семьи.
По праву их рода...
— Вы? — невольно вырывается у меня.
Потому что передо мной сидит тот самый красавчик из внедорожника.
Всё-таки решил остаться.
— Раздевайся. У меня мало времени, — с порога холодно кидает он мне.
И моё сердце буквально леденеет от страха.
Вот так? Он просто купил меня у моего босса, а тот даже ничего не сказал мне!
***
Мой муж просто забрал меня из кафе на трассе, где я работала официанткой. Привёз к себе, в высокие горы.
Но я не знала, что у него есть отец, и теперь я принадлежу им обоим... По праву их семьи.
По праву их рода...
Он хотел похитить невесту врага.
Она встала на его пути...
Кайсар украл её не по своей воле... месть требовала жертву. Но чем больше он смотрит на Алину, тем сильнее пламя внутри. Она дерзкая, непокорная, готова биться до конца. Но стоит ему коснуться её, и мир сгорает в искрах желания.
Ей суждено стать игрушкой в его мести. Но сможет ли она избежать того, что сердце пленницы жаждет больше всего — стать его женщиной?
Она встала на его пути...
Кайсар украл её не по своей воле... месть требовала жертву. Но чем больше он смотрит на Алину, тем сильнее пламя внутри. Она дерзкая, непокорная, готова биться до конца. Но стоит ему коснуться её, и мир сгорает в искрах желания.
Ей суждено стать игрушкой в его мести. Но сможет ли она избежать того, что сердце пленницы жаждет больше всего — стать его женщиной?
- Веселье начинается, - высекает на разгоне Саид. - Тебя ждет воспитательный процесс. Я буду единственным, чьи приказы ты станешь исполнять беспрекословно.
Слова врага моей семьи раздаются как гром среди ясного неба.
- Иди к черту! - выписываю стремительно.
Камаев хочет сделать меня своей женой.
Что за мракобесие?! Что за средневековые законы?!
- Наша свадьба неизбежна!
- Ни. За. Что, - чеканю воинственно.
Сердце какие-то кульбиты выписывает. Воздуха в легких на один вдох.
Сглатывая, пытаюсь притормозить эмоции.
Камаев тем временем агрессивно притягивает меня к себе, давая возможность прожить запредельно острые ощущения.
АЛЬТЕРНАТИВНАЯ РОССИЯ!
КНИГА НЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНА ДЛЯ ЛИЦ МЛАДШЕ 18 ЛЕТ! СОДЕРЖИТ НЕЦЕНЗУРНУЮ ЛЕКСИКУ!
Слова врага моей семьи раздаются как гром среди ясного неба.
- Иди к черту! - выписываю стремительно.
Камаев хочет сделать меня своей женой.
Что за мракобесие?! Что за средневековые законы?!
- Наша свадьба неизбежна!
- Ни. За. Что, - чеканю воинственно.
Сердце какие-то кульбиты выписывает. Воздуха в легких на один вдох.
Сглатывая, пытаюсь притормозить эмоции.
Камаев тем временем агрессивно притягивает меня к себе, давая возможность прожить запредельно острые ощущения.
АЛЬТЕРНАТИВНАЯ РОССИЯ!
КНИГА НЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНА ДЛЯ ЛИЦ МЛАДШЕ 18 ЛЕТ! СОДЕРЖИТ НЕЦЕНЗУРНУЮ ЛЕКСИКУ!
— Ты привёл её в мой дом?
— Она теперь часть семьи. Смирись.
— Смирись? Когда мои дети видят, как их мать превращают в тень?
Мне сорок лет. За спиной — годы брака, дети, дом, где я была хозяйкой.
И вдруг — чужая девчонка, улыбки родственников, шёпот: «так положено».
Я должна молчать? Терпеть? Смотреть, как меня вычеркивают?
Нет. Я сказала «нет» при всех.
— Она теперь часть семьи. Смирись.
— Смирись? Когда мои дети видят, как их мать превращают в тень?
Мне сорок лет. За спиной — годы брака, дети, дом, где я была хозяйкой.
И вдруг — чужая девчонка, улыбки родственников, шёпот: «так положено».
Я должна молчать? Терпеть? Смотреть, как меня вычеркивают?
Нет. Я сказала «нет» при всех.
Случайная встреча с двумя кавказскими братьями-близнецами переворачивает жизнь Зины. Сначала они кажутся ей слишком напористыми и властными, но вскоре она понимает, что за их брутальным фасадом скрывается глубокая чувственность. Втянутая в их мир страсти и интриг, Зина открывает в себе новые грани любви, и братья становятся для неё опорой, которую она искала всю жизнь.
— Арсен, ты серьёзно? Она будет жить в нашем доме?
— Привыкай, Лали. Это моя жена.
Я двадцать лет делила с ним кров и хлеб. Родила ему детей. Терпела его вспышки, молчала под давлением свекрови и «старших».
И всё ради чего? Ради того, чтобы однажды увидеть в дверях девочку в белом платье и услышать: «Это теперь часть семьи».
Меня хотели заставить смириться.
Сделать мебелью, тенью, безмолвной женщиной, которая будет варить чай для мужа и его новой «жены». Но я не стала молчать.
Я пошла против рода, против привычек и правил. И поняла: страшно только в первый раз.
— Привыкай, Лали. Это моя жена.
Я двадцать лет делила с ним кров и хлеб. Родила ему детей. Терпела его вспышки, молчала под давлением свекрови и «старших».
И всё ради чего? Ради того, чтобы однажды увидеть в дверях девочку в белом платье и услышать: «Это теперь часть семьи».
Меня хотели заставить смириться.
Сделать мебелью, тенью, безмолвной женщиной, которая будет варить чай для мужа и его новой «жены». Но я не стала молчать.
Я пошла против рода, против привычек и правил. И поняла: страшно только в первый раз.
— Не вздумай попадаться гостям на глаза! — шипит со злостью тетя.
Она больно щипает меня за бок. Сегодня тетушка особенно злая и недовольная. Ведь к Фатиме вечером придут сваты. По слухам, жениху Фатимы не больше тридцати. Говорят, молодой и красивый, из хорошей семьи.
Умираю от любопытства и хочу посмотреть на жениха сестры. Встаю за дверь гостиной и прислушиваюсь. В узкой дверной щели плохо видно, но я успеваю заметить в полумраке комнаты гордый профиль красавца в дальнем углу. Неужели это и есть жених Фатимы? Как же он, красив!
Прислонилась к двери всем телом. Старая дверь не выдерживает нагрузки и с оглушительным грохотом падает вниз.
Виснет мёртвая тишина. Все головы поворачиваются в мою сторону.
— Ясмина?! — тетушка ахает, и её лицо становится багрово-красным от ярости.
Ну всё, мне конец! Она точно меня прибьёт …
— А вот и мне невеста нашлась, — произносит красавец спокойным голосом, и я с волнением замираю.
Неужели он говорит обо мне?
Она больно щипает меня за бок. Сегодня тетушка особенно злая и недовольная. Ведь к Фатиме вечером придут сваты. По слухам, жениху Фатимы не больше тридцати. Говорят, молодой и красивый, из хорошей семьи.
Умираю от любопытства и хочу посмотреть на жениха сестры. Встаю за дверь гостиной и прислушиваюсь. В узкой дверной щели плохо видно, но я успеваю заметить в полумраке комнаты гордый профиль красавца в дальнем углу. Неужели это и есть жених Фатимы? Как же он, красив!
Прислонилась к двери всем телом. Старая дверь не выдерживает нагрузки и с оглушительным грохотом падает вниз.
Виснет мёртвая тишина. Все головы поворачиваются в мою сторону.
— Ясмина?! — тетушка ахает, и её лицо становится багрово-красным от ярости.
Ну всё, мне конец! Она точно меня прибьёт …
— А вот и мне невеста нашлась, — произносит красавец спокойным голосом, и я с волнением замираю.
Неужели он говорит обо мне?
— Тимур, это кто?
— Вторая жена. Смирись. Так решили старшие.
— А я?
— А ты — терпи.
Я двадцать лет жила рядом с мужем, растила детей, строила дом. И в один день мне сказали: «твоё место остаётся, просто дели».
Я должна была молчать. Ради «правил», ради «лица семьи». Ради того, чтобы не позориться перед соседями.
Но я не согласилась.
Я выбрала боль, позор и сплетни, но не унижение.
И именно тогда судьба показала мне: жизнь после предательства есть.
И у неё вкус свободы.
— Вторая жена. Смирись. Так решили старшие.
— А я?
— А ты — терпи.
Я двадцать лет жила рядом с мужем, растила детей, строила дом. И в один день мне сказали: «твоё место остаётся, просто дели».
Я должна была молчать. Ради «правил», ради «лица семьи». Ради того, чтобы не позориться перед соседями.
Но я не согласилась.
Я выбрала боль, позор и сплетни, но не унижение.
И именно тогда судьба показала мне: жизнь после предательства есть.
И у неё вкус свободы.
Выберите полку для книги