Книги по тегу «короткий любовный роман»: ""
И тут я услышала его смех.
Очень характерный — с этим дурацким придыханием, которое я могла бы узнать из тысячи.
Я машинально замолчала и остановилась.
Смех повторился — вперемешку с женским голосом. Тихим, игривым.
Антон.
Что он здесь делает? Его отдел на восьмом этаже, он никогда не спускался на седьмой...
Пошла на звук.
На одной из дверей висела табличка "Комната отдыха".
Изнутри доносились приглушённые голоса и короткий смех. Женский. Мужской. Мужской — его.
Я могла развернуться к лифту и сделать вид, что ничего не слышала. Так я жила последние годы — не задавая лишних вопросов, чтобы не услышать лишних ответов.
Но сегодня было другое настроение.
Я толкнула дверь.
Очень характерный — с этим дурацким придыханием, которое я могла бы узнать из тысячи.
Я машинально замолчала и остановилась.
Смех повторился — вперемешку с женским голосом. Тихим, игривым.
Антон.
Что он здесь делает? Его отдел на восьмом этаже, он никогда не спускался на седьмой...
Пошла на звук.
На одной из дверей висела табличка "Комната отдыха".
Изнутри доносились приглушённые голоса и короткий смех. Женский. Мужской. Мужской — его.
Я могла развернуться к лифту и сделать вид, что ничего не слышала. Так я жила последние годы — не задавая лишних вопросов, чтобы не услышать лишних ответов.
Но сегодня было другое настроение.
Я толкнула дверь.
И как Зимина отпустили в разгар дедлайнов? Он охранник что-ли? Не уборщик же.
— А кто, вообще, может в декабре уйти среди дня? — думаю я вслух.
Это же самый забитый месяц.
— Только генеральный директор, — говорит Зимин голосом Деда Мороза.
Открывает для меня дверцу автомобиля.
— Ой, не шутите, — я сажусь в машину, — Вы из какого отдела? На какой должности?
— А я и есть генеральный, — говорит он просто, обычным голосом.
Но тут я по-настоящему смеюсь.
Вот это шутка! Так я и поверила!
— А кто, вообще, может в декабре уйти среди дня? — думаю я вслух.
Это же самый забитый месяц.
— Только генеральный директор, — говорит Зимин голосом Деда Мороза.
Открывает для меня дверцу автомобиля.
— Ой, не шутите, — я сажусь в машину, — Вы из какого отдела? На какой должности?
— А я и есть генеральный, — говорит он просто, обычным голосом.
Но тут я по-настоящему смеюсь.
Вот это шутка! Так я и поверила!
Моя свекровь – демон.
Нет, она, конечно, не изрыгает пламя (хотя иногда мне кажется, что могла бы). Но ведет себя так, будто поднялась из самого ада.
— Ты что, сидишь в халате?! Час дня!
— Ольга Викторовна, здравствуйте. Не ожидала увидеть вас сегодня.
— Именно поэтому я и приезжаю без звонка.
Единственное, что удерживает меня от фразы: «А вы не пробовали просто не приезжать?» — тот факт, что квартира принадлежит мужу.
— А вообще я ж не просто так приехала. У меня начался ремонт, поэтому поживу с вами. Димка в курсе, — добавляет она язвительно.
***
Моя свекровь настырно лезет в наш брак и собирается полгода жить в нашем доме. Её не устраивает всё, за что я берусь. Она пытается рассорить нас с мужем. И, кажется, у нее начало получаться.
Как выжить в браке, когда вас там трое? Что делать, если муж предпочел самоустраниться, мол, это не его проблемы?
Только воевать со свекровью и отстаивать свои права, даже если цена всему - ваш брак.
Нет, она, конечно, не изрыгает пламя (хотя иногда мне кажется, что могла бы). Но ведет себя так, будто поднялась из самого ада.
— Ты что, сидишь в халате?! Час дня!
— Ольга Викторовна, здравствуйте. Не ожидала увидеть вас сегодня.
— Именно поэтому я и приезжаю без звонка.
Единственное, что удерживает меня от фразы: «А вы не пробовали просто не приезжать?» — тот факт, что квартира принадлежит мужу.
— А вообще я ж не просто так приехала. У меня начался ремонт, поэтому поживу с вами. Димка в курсе, — добавляет она язвительно.
***
Моя свекровь настырно лезет в наш брак и собирается полгода жить в нашем доме. Её не устраивает всё, за что я берусь. Она пытается рассорить нас с мужем. И, кажется, у нее начало получаться.
Как выжить в браке, когда вас там трое? Что делать, если муж предпочел самоустраниться, мол, это не его проблемы?
Только воевать со свекровью и отстаивать свои права, даже если цена всему - ваш брак.
За пару часов до Нового года Светлана оказалась в нелепой и тревожной ситуации: дверь её квартиры заклинила, превратив праздник в заточение. Без подарков, без гостей, без шанса выйти — казалось, этот Новый год станет самым одиноким в её жизни.
В отчаянии она вызывает мастера через приложение «Муж на час». Но вместо обычного слесаря на пороге появляется он — словно сошедший с новогодней открытки Дед Мороз: с тёплой улыбкой, спокойным голосом и удивительным умением не только чинить замки, но и отогревать сердца.
Однако утро разрушает чары: он исчезает без слов, без объяснений, оставив лишь лёгкий след парфюма, тёплый отблеск воспоминаний и вопрос, на который пока нет ответа: был ли он настоящим — или это просто новогоднее чудо, которое растаяло с первыми лучами январского солнца?
Хотите прочитать эту историю 🍀БЕСПЛАТНО?🍀 Подпишитесь на автора и напишите комментарий под этой книгой "ХОЧУ ПОДАРОК!"
В отчаянии она вызывает мастера через приложение «Муж на час». Но вместо обычного слесаря на пороге появляется он — словно сошедший с новогодней открытки Дед Мороз: с тёплой улыбкой, спокойным голосом и удивительным умением не только чинить замки, но и отогревать сердца.
Однако утро разрушает чары: он исчезает без слов, без объяснений, оставив лишь лёгкий след парфюма, тёплый отблеск воспоминаний и вопрос, на который пока нет ответа: был ли он настоящим — или это просто новогоднее чудо, которое растаяло с первыми лучами январского солнца?
Хотите прочитать эту историю 🍀БЕСПЛАТНО?🍀 Подпишитесь на автора и напишите комментарий под этой книгой "ХОЧУ ПОДАРОК!"
- Олег, что происходит? - Я кладу свою вилку на краешек тарелки и смотрю ему в глаза.
Муж несколько раз тяжело вздыхает, тоже откладывает столовые приборы, и встречает мой прямой взгляд.
- Олесь, я полюбил другую.
Вот так просто, сразу, в лоб, без прелюдий и смягчающих обстоятельств.
- Понимаешь, ей восемнадцать… - Он замолкает, словно это должно объяснить абсолютно всё.
Затем нервно откашливается и продолжает:
- А ты… Олесь, ты правда красивая… но…
Он снова замолкает, однако слова уже сорвались с губ, и я с ужасом жду продолжения, понимая, что сейчас мне будет особенно больно.
- Вы разные, - выдыхает он. - Ей не важно, сколько стоят подгузники. Ей всё равно, в какой детской смеси содержатся пробиотики, а в какой нет. - Он иронично усмехается: - Тебе не понять. Это всё равно что сравнивать пусть вкусный чернослив, но со спелой сливой.
Он, что действительно, это сказал? Вслух?
Муж несколько раз тяжело вздыхает, тоже откладывает столовые приборы, и встречает мой прямой взгляд.
- Олесь, я полюбил другую.
Вот так просто, сразу, в лоб, без прелюдий и смягчающих обстоятельств.
- Понимаешь, ей восемнадцать… - Он замолкает, словно это должно объяснить абсолютно всё.
Затем нервно откашливается и продолжает:
- А ты… Олесь, ты правда красивая… но…
Он снова замолкает, однако слова уже сорвались с губ, и я с ужасом жду продолжения, понимая, что сейчас мне будет особенно больно.
- Вы разные, - выдыхает он. - Ей не важно, сколько стоят подгузники. Ей всё равно, в какой детской смеси содержатся пробиотики, а в какой нет. - Он иронично усмехается: - Тебе не понять. Это всё равно что сравнивать пусть вкусный чернослив, но со спелой сливой.
Он, что действительно, это сказал? Вслух?
Он видел мир через формулы. Она научила его видеть его через чувства.
Евгений Морозов гений-первокурсник, для которого люди были неразрешимой задачей. Людмила душа компании, для которой жизнь была яркой, шумной и полной красок.
Их встреча привела к сбою в его установках.
Евгений Морозов гений-первокурсник, для которого люди были неразрешимой задачей. Людмила душа компании, для которой жизнь была яркой, шумной и полной красок.
Их встреча привела к сбою в его установках.
– Это так ты решил мне сообщить, что мы расстаемся?
Красное кружевное белье размера S падает мне в руки. Я ношу M. Валентин знает это идеально – за десять лет брака ни разу не ошибся с размером.
– Для кого ты купил это белье?
Муж смотрит прямо в глаза, ни тени сомнения:
– Для тебя. Для моей жены.
Первое января. Утро, когда должны быть подарки и объятия. Вместо этого откровенный комплект для чужого тела и безупречная ложь человека, который умеет продавать что угодно кому угодно.
Но потом я застала его лично. Больше он не сможет юлить
Красное кружевное белье размера S падает мне в руки. Я ношу M. Валентин знает это идеально – за десять лет брака ни разу не ошибся с размером.
– Для кого ты купил это белье?
Муж смотрит прямо в глаза, ни тени сомнения:
– Для тебя. Для моей жены.
Первое января. Утро, когда должны быть подарки и объятия. Вместо этого откровенный комплект для чужого тела и безупречная ложь человека, который умеет продавать что угодно кому угодно.
Но потом я застала его лично. Больше он не сможет юлить
Я решилась сказать правду. Доган-ага трогал меня, говорил такие вещи — я испугалась и ушла раньше.
Севда вскочила с табурета:
— Да как ты смеешь! На уважаемого человека наговаривать!
Когда вошёл Гамид, она уже шипела ему на ухо:
— Послушай, что твоя жена о наших благодетелях говорит! Сегодня ей Доган-ага тесен — побежала к другому! А теперь наговаривает, чтобы оправдаться!
Свист ремня я знаю лучше всех молитв. Первый удар — по плечу. Второй, третий — по спине.
— Не бей... Не по животу... — вырвалось у меня. Я не уверена, но последние дни тошнота, головокружение — вдруг там уже есть жизнь?
Его это не остановило.
— Сынок, поаккуратнее, — донёсся голос Севды. — Не убей. Ещё пригодится.
Под пальцами стало мокро. Подняла ладонь — кровь.
Мир провалился в черноту.
Севда вскочила с табурета:
— Да как ты смеешь! На уважаемого человека наговаривать!
Когда вошёл Гамид, она уже шипела ему на ухо:
— Послушай, что твоя жена о наших благодетелях говорит! Сегодня ей Доган-ага тесен — побежала к другому! А теперь наговаривает, чтобы оправдаться!
Свист ремня я знаю лучше всех молитв. Первый удар — по плечу. Второй, третий — по спине.
— Не бей... Не по животу... — вырвалось у меня. Я не уверена, но последние дни тошнота, головокружение — вдруг там уже есть жизнь?
Его это не остановило.
— Сынок, поаккуратнее, — донёсся голос Севды. — Не убей. Ещё пригодится.
Под пальцами стало мокро. Подняла ладонь — кровь.
Мир провалился в черноту.
Иногда судьба стучится к тебе в дверь. А иногда она плачет на тротуаре, сжимая в кулачке молочный зуб.
Для детского доктора Оливии Каллен Новый год — это смена дежурств и тишина пустой квартиры. Но один потерянный ребёнок, одна нелепая ложь про мужа и один мужчина из далёкого прошлого переворачивают все её планы. Смогут ли старые обиды и новая ложь растаять, как снежинки на ладони, под бой курантов? Или зубная фея на этот раз потребует слишком высокую плату за исполнение желания?
Для детского доктора Оливии Каллен Новый год — это смена дежурств и тишина пустой квартиры. Но один потерянный ребёнок, одна нелепая ложь про мужа и один мужчина из далёкого прошлого переворачивают все её планы. Смогут ли старые обиды и новая ложь растаять, как снежинки на ладони, под бой курантов? Или зубная фея на этот раз потребует слишком высокую плату за исполнение желания?
Будьте осторожны в своих желаниях, особенно, загадывая их под Новый год!
Когда я ехала на корпоратив в шикарный загородный пансионат и подумать не могла, что через несколько часов окажусь в самом эпицентре пикантной… и, пожалуй, абсурдной ситуации - верхом на Генеральном.
Он лежит на спине и безропотно ждёт, пока я, с сосредоточенным выражением лица и нахмуренными бровями, копаюсь в высокотехнологичных игровых наручниках с ЖК-дисплеем, которыми его запястья надёжно прикованы к спинке кровати королевских размеров.
- Да не ёрзайте вы, - говорю я тоном строгого учителя, поправляя очки, то и дело сползающие на переносицу.
Впрочем, надо отдать должное красавцу-миллиардеру. Он ведёт себя на удивление спокойно, лишь изредка поглядывает на меня снизу вверх с нескрываемым любопытством.
Когда я ехала на корпоратив в шикарный загородный пансионат и подумать не могла, что через несколько часов окажусь в самом эпицентре пикантной… и, пожалуй, абсурдной ситуации - верхом на Генеральном.
Он лежит на спине и безропотно ждёт, пока я, с сосредоточенным выражением лица и нахмуренными бровями, копаюсь в высокотехнологичных игровых наручниках с ЖК-дисплеем, которыми его запястья надёжно прикованы к спинке кровати королевских размеров.
- Да не ёрзайте вы, - говорю я тоном строгого учителя, поправляя очки, то и дело сползающие на переносицу.
Впрочем, надо отдать должное красавцу-миллиардеру. Он ведёт себя на удивление спокойно, лишь изредка поглядывает на меня снизу вверх с нескрываемым любопытством.
Выберите полку для книги