Книги по тегу «короткий любовный роман»: ""

Тёплый летний вечер окутал город золотистой дымкой. Кофейня почти закрылась - лишь приглушённый свет и аромат свежесваренного кофе нарушали тишину.
Именно здесь, у стойки с потрёпанным меню, встретились Марк - бариста с улыбкой, от которой теплеет внутри, - и Алина в потертом джинсовом комбинезоне.
Один заказ - карамельный раф. Один взгляд - долгий, случайный...
Один разговор...
А потом поцелуй, короткий, как миг, но такой настоящий, что оба поняли: это начало чего‑то большего.....

— Лика… — Артём тоже сел, потянулся к брюкам.
— Какой ты прекрасный подарок мне приготовил, — услышала я свой спокойный голос, словно со стороны. — Просто незабываемый. Офигенный.
— Подожди, ты не так поняла...
Я не дала ему договорить. Два шага к кровати. Крышка с коробки слетела на пол. Я схватила торт обеими руками, чувствуя, как пальцы проваливаются в мягкий бисквит, и с размаху впечатала Тёме в его симпатичную физиономию.
— С днём рождения меня, — зло усмехнулась я.
Развернулась и пулей вылетела из номера. По коридору, по лестнице, мимо дежурной, которая что-то спросила вслед, но я её не расслышала, в ушах стоял белый шум.
Села в машину и уставилась на руль невидящим взором. Пальцы были в липкой глазури и белом сливочном креме. Я смотрела на них и отстранённо подумала, что надо бы вытереть, а то руль испачкаю. Судорожно вынула влажные салфетки, остарвенело отёрла ладони.
Руки тряслись так, что я едва попала ключом в замок зажигания. В душе зияла огромная чёрная дыра…

Январь. Россия. После череды праздников — суровая реальность.

Владимир, опытный прораб, застрял на глухой лесной дороге. Сломанная машина, снежная круговерть и полное одиночество. Казалось бы, обычная поломка. Но эта ночь перевернет все...

Любовь не сторонница останавливаться на дороге. Но в такую пургу нельзя проехать мимо нуждающегося. Вместе с дочерью она помогает незнакомому мужчине добраться до уединенной гостиницы. Одна вынужденная ночь под общей крышей. На утро они могли бы разъехаться и забыть друг друга. Но почему-то не разъезжаются...

Двое одиноких людей, у которых за плечами свой груз ошибок и потерь. Триста километров между их городами. Непонимание взрослой дочери. И простой, но самый главный вопрос: готовы ли они, вопреки всему, построить новый мост — от одиночества к общему быту?

Юрию около сорока. Он разведен, живет один в старом дедовском доме под Краснодаром, чинит Ниву, растит помидоры и изредка видит двоих детей. Бывшая жена достает звонками, дочь-подросток обижается на весь мир, а сам Юрий давно решил: романтика — не для него. Его жизнь — это веранда по вечерам, чай с чабрецом и стрекот сверчков.

Но однажды утром в его машину садится девушка в цветастом платье, от которой пахнет яблоком и ванилью. Ей за двадцать, она учится на дизайнера, живет в общаге и не боится быть счастливой.

— Мужчины устают, — говорит мама. — У него работа тяжелая.
— Вот именно, — кивает муж. — Я содержу вас. Я добытчик. Я один тяну семью. А ты дома сидишь. И даже не представляешь, как я устаю. Мне нужно иногда отвлечься. Отдохнуть. Это не значит, что я ухожу. Я же все равно возвращаюсь домой. Я же семью не бросил.
Я смотрю на него и не верю, что слышу это всерьез.
— То есть она даже не первая твоя любовница? — спрашиваю.
— Это жизнь, — пожимает плечами изменщик. — Не будь наивной. Ты зависишь от меня. Ты без меня никуда.
Слова бьют по живому, а мама осторожно касается моего плеча.
— Ася, не глупи. Ну, куда ты пойдешь с двумя маленькими детьми? К нам на шею? Мы хотим пожить для себя.
Папа кивает, подтверждая:
— Езжай домой. Помиритесь.

Муж изменял мне годами. Мои родители знали об этом. Они молчали и покрывали его похождения, лишь бы не помогать мне с двумя детьми.
Они назвали это мудростью. Он назвал это жизнью.
А я считаю это предательством. И не собираюсь терпеть.

— Снова фастфуд, Яночка? — сокрушается мой давно уже сводный брат. — В твоём возрасте пора бы уже подумать о здоровье.
Я демонстративно откусываю самый сочный кусок, игнорируя его пристальный взгляд.
— В твоём возрасте, Яр, пора бы подумать, почему из твоей элитной школы-интерната учителя бегут быстрее, чем я из спортзала. Кстати, я тут подумала... Как насчёт того, чтобы я начала преподавать у тебя эстетическое воспитание?
Ярослав давится водой и замирает.
— Я не предлагал тебе работу, Яна.
— А папа предложил. Так что готовь кабинет, директор.

- Дорогая, это не то, что ты думаешь, - оправдывается мой муж, в то время, как я стою, наставив на него садовые вилы.
Что ещё тут можно подумать? Ночь. Спящее садоводство. И мой “романтик” с любовницей.
- Конечно, не то! - нервно фыркаю я. - Я же, по-твоему, полная дура! А коза эта, - теперь указываю острыми зубцами вил на нашу молодую соседку, которая тут же испуганно ойкает и прячется за его спину, - так, случайно у нас в огороде оказалась!

Я стояла в нескольких метрах и смотрела, как муж — мой муж — достаёт карту‑ключ, как охранник пропускает их без вопросов, как двери закрываются за ними.
И только когда стеклянные двери окончательно сомкнулись, я поняла, что дрожу целиком. Не только руками — всем телом.
«Вот оно», подумала я. «Вот где он был, пока мы “терпели”.»
Я сжала телефон в ладони так крепко, что ногти впились в кожу. На экране оставались мои кривые фотографии. Мой единственный якорь.
Я не знала ещё, как именно буду действовать. Не знала, какие слова скажу, где найду силы, чем закончится эта война.
Но я уже знала главное: назад — в ту прежнюю жизнь, где я верю на слово, — я не вернусь.
А потом я увидела, как на табличке у входа блеснуло название апарт‑отеля, и у меня внутри что-то холодно щёлкнуло: он привёл её туда не в первый раз.

— Мы любим друг друга. Пойми, это настоящая любовь. Такое не бывает дважды.
Я смотрю на него и понимаю — того мужа, которого я любила, никогда не существовало. Передо мной человек, который все эти годы жил со мной, но думал о другой.
— Не бывает. Но ты пытался, — киваю я на себя. — Семь лет, Вадим. Тренировался на мне? Учился, как по-настоящему любить свой «оригинал»?
— Просто так сложилось. Не драматизируй.
— Не драматизировать? Ты вылепил из меня ее копию. Притворялся. Во всем.
— Как видно, неудачно, — усмехается его первая любовь. — Ты всего лишь суррогат.

Восемь лет он ждал ее.
Семь лет был женат на мне.
Семь лет делал из меня ее версию.

Я думала — это любовь. Думала, он меня обожает.
Оказалось — я была заменой.

Он ждал ее восемь лет.
И будет жалеть о том, как поступил со мной, всю оставшуюся жизнь.

Отношения могут быть страстными, желания - необузданными. Партнеры не всегда могут понимать истинные потребности друг друга. Но если есть волшебная сила, которая поможет услышать другого - у истории может быть счастливый финал.