Книги по тегу «короткий любовный роман»: ""
- «Ну спасибо, братик, что напомнил, кто в нашей семье Иван-дурак», - надув губы и сложив руки на груди, говорю я.
- «Все, извини меня. Ты же знаешь, что я любя. Я всегда за тебя, в любой ситуации. Я рад, что ты снова дома», - обнимая и целуя меня в макушку, говорит брат.
Крепко обнимаю родного братика в ответ. И правда, как хорошо, что я дома. Так уютно и спокойно, ну, почти спокойно.
Меня зовут Яся, мне двадцать шесть лет. Я сбежала от мужа и вернулась в отчий дом, в свой родной город. Да-да, именно сбежала. Пока мой супруг был в очередной командировке по работе, я собрала свои вещи, села в поезд, и вот, спустя трое суток в дороге, я снова дома, в котором не была уже лет пять точно.
- «Все, извини меня. Ты же знаешь, что я любя. Я всегда за тебя, в любой ситуации. Я рад, что ты снова дома», - обнимая и целуя меня в макушку, говорит брат.
Крепко обнимаю родного братика в ответ. И правда, как хорошо, что я дома. Так уютно и спокойно, ну, почти спокойно.
Меня зовут Яся, мне двадцать шесть лет. Я сбежала от мужа и вернулась в отчий дом, в свой родной город. Да-да, именно сбежала. Пока мой супруг был в очередной командировке по работе, я собрала свои вещи, села в поезд, и вот, спустя трое суток в дороге, я снова дома, в котором не была уже лет пять точно.
Одна невинная поездка на Кавказ — и моя жизнь разделилась на «до» и «после». «До» — это когда я выбирала вино по цене в меню. «После» — когда карие глаза горца Даулета приказали мне довериться и сесть на его мотоцикл.
Добрая, новогодняя история, которая позволит вам снова почувствовать атмосферу зимних праздников, с запахом ёлки, мандаринов и горячего кофе.
Ее брак умер тихо, «ради детей». А потом муж заявил, что влюбился, и ушел. Вероника осталась одна с ощущением, что жизнь кончена. Но однажды в книжном магазине она услышала музыку, которая разбудила в ней ту, кем она была до замужества, карьеры и рутины.
Музыкант Дмитрий стал для нее проводником в забытый мир чувств. Он предлагал любовь, страсть, спасение. Но Вероника понимала: чтобы по-настоящему начать жить, ей нужно не новое плечо, а крепкие ноги под собой. Даже если это значит остаться одной и заново ответить на самый главный вопрос: «Кто я?».
Музыкант Дмитрий стал для нее проводником в забытый мир чувств. Он предлагал любовь, страсть, спасение. Но Вероника понимала: чтобы по-настоящему начать жить, ей нужно не новое плечо, а крепкие ноги под собой. Даже если это значит остаться одной и заново ответить на самый главный вопрос: «Кто я?».
Кассандра Лок верит, что ее прокляли. Любые отношения заканчиваются на тридцатый день. Чтобы переписать пророчество, нужен первый шаг — и, возможно, фиктивный роман с лучшим другом.
— Макс, — решилась она спросить, — ты спал с женой за это время?
В её голосе слышалась ревность, но она пыталась её скрыть.
— Нет, — ответил он сразу, чуть смущаясь. — Не хочу. Мы спим в разных комнатах, я тебе уже говорил об этом.
— Но... — начала она, не зная, что сказать дальше. — Но почему ты не приходишь ко мне? Мы ведь были счастливы вместе. Я думала у тебя ко мне чувства, а ты так наплевательски ко мне относишься!
Она замерла, ожидая его ответа.
— Я знаю, но сейчас мне нужно разобраться с кучей дел. Потерпи, Яна.
В её голосе слышалась ревность, но она пыталась её скрыть.
— Нет, — ответил он сразу, чуть смущаясь. — Не хочу. Мы спим в разных комнатах, я тебе уже говорил об этом.
— Но... — начала она, не зная, что сказать дальше. — Но почему ты не приходишь ко мне? Мы ведь были счастливы вместе. Я думала у тебя ко мне чувства, а ты так наплевательски ко мне относишься!
Она замерла, ожидая его ответа.
— Я знаю, но сейчас мне нужно разобраться с кучей дел. Потерпи, Яна.
— Муж тебе изменяет, — заявила подруга.
— Что? Нет! Ты что-то путаешь.
— Видела твоего Ярика. Вчера. В ресторане. С другой, — подчеркивает она последнее слово.
— Мой муж не такой, — говорю я твердо. — Мы семнадцать лет вместе. Он — хороший муж и отец.
Я не поверила словам подруги.
Но вскоре ночью муж назвал меня другим именем, а на день рождения любовница заявила о себе… стриптизом.
После такого я решила, что выход может быть только один — развод.
Но муж уверен, что ему удастся меня вернуть.
— Что? Нет! Ты что-то путаешь.
— Видела твоего Ярика. Вчера. В ресторане. С другой, — подчеркивает она последнее слово.
— Мой муж не такой, — говорю я твердо. — Мы семнадцать лет вместе. Он — хороший муж и отец.
Я не поверила словам подруги.
Но вскоре ночью муж назвал меня другим именем, а на день рождения любовница заявила о себе… стриптизом.
После такого я решила, что выход может быть только один — развод.
Но муж уверен, что ему удастся меня вернуть.
— Просто я заметила, что твоя администратор Марина часто тебе пишет. И не только по работе.
Лев нахмурился, посмотрел на неё, пытаясь уловить, что она имеет в виду.
— Это часть её обязанностей — держать меня в курсе. У нас тесный контакт по работе, не более. Тебе не о чем волноваться.
— "Тесный", — прошептала она, глядя в стол. — Мне кажется, тебе нравятся её сообщения.
Он вздохнул.
— Даша, ты же знаешь, что между мной и Мариной ничего нет. Она такая — вечно веселится, подбадривает всех. Это её стиль общения, похожий на флирт. Она со всеми так общается.
Лев нахмурился, посмотрел на неё, пытаясь уловить, что она имеет в виду.
— Это часть её обязанностей — держать меня в курсе. У нас тесный контакт по работе, не более. Тебе не о чем волноваться.
— "Тесный", — прошептала она, глядя в стол. — Мне кажется, тебе нравятся её сообщения.
Он вздохнул.
— Даша, ты же знаешь, что между мной и Мариной ничего нет. Она такая — вечно веселится, подбадривает всех. Это её стиль общения, похожий на флирт. Она со всеми так общается.
По пути домой, где по его расчетам уже должна была быть Ника, Илья решил заехать в ресторан и заказать еду с собой.
Сделав заказ, он собирался разместиться у барной стойки и выпить в ожидании заветных коробочек кофе. Однако пробежавшись по залу глазами, он увидел до боли знакомую и любимую фигурку, восседающую за столиком в компании статного брюнета.
Илья не был ревнивым, нет. Разве что совсем немного, ровно столько, сколько полагается каждому самцу, имеющему в пару самку.
Однако сейчас Илья готов был раскидать по углам в этом ресторане всех и все. И отшлепать одну избалованную девчонку. Потому что это была крайняя точка кипения. Так продолжаться не может.
- Привет, дорогая! – прогромыхал он над головой Ники, которая сидела полубоком к барной стойке, поэтому не видела его ровно до этого момента. - А я за тобой. Поэтому попрощайся, пожалуйста, со своим спутником и на выход. Быстро!
- Илья…
- Быстро, Ника. Прямо сейчас.
Не железный он. С ним так нельзя.
Теперь держись, малыш!
Сделав заказ, он собирался разместиться у барной стойки и выпить в ожидании заветных коробочек кофе. Однако пробежавшись по залу глазами, он увидел до боли знакомую и любимую фигурку, восседающую за столиком в компании статного брюнета.
Илья не был ревнивым, нет. Разве что совсем немного, ровно столько, сколько полагается каждому самцу, имеющему в пару самку.
Однако сейчас Илья готов был раскидать по углам в этом ресторане всех и все. И отшлепать одну избалованную девчонку. Потому что это была крайняя точка кипения. Так продолжаться не может.
- Привет, дорогая! – прогромыхал он над головой Ники, которая сидела полубоком к барной стойке, поэтому не видела его ровно до этого момента. - А я за тобой. Поэтому попрощайся, пожалуйста, со своим спутником и на выход. Быстро!
- Илья…
- Быстро, Ника. Прямо сейчас.
Не железный он. С ним так нельзя.
Теперь держись, малыш!
Он-отец подруги, от одного взгляда которого подкашиваются ноги. Между нами вспыхивает страсть. Запретная любовь, запретные желания — всё это сплетается в клубок, из которого невозможно выбраться.
Но что победит: голос разума или зов плоти?
Но что победит: голос разума или зов плоти?
Выберите полку для книги