Книги по тегу «любовь с первого взгляда»: ""
- Фатя, ты должна заменить сестру на брачном ложе! - говорит мать. - Иначе мы пропали! Она не девушка и беременна от другого. Если он узнает, то нам конец!
- Нет, - качаю головой. - Это слишком.
- Сестренка, ты ведь никому не нужна. Кто в жены возьмет хромую и больную? Разве что старик какой. А так узнаешь, что такое настоящий мужчина, - протягивает телефон. - Смотри, какой красавчик!
Бросаю взгляд, и меня молнией пронзает. Не может быть! Это Рустам Даргоев. Человек, три года назад похитивший мое сердце.
- Нет, - качаю головой. - Это слишком.
- Сестренка, ты ведь никому не нужна. Кто в жены возьмет хромую и больную? Разве что старик какой. А так узнаешь, что такое настоящий мужчина, - протягивает телефон. - Смотри, какой красавчик!
Бросаю взгляд, и меня молнией пронзает. Не может быть! Это Рустам Даргоев. Человек, три года назад похитивший мое сердце.
Эта легенда родилась давным-давно в туманных лощинах древних гор, больше похожих на седовласых старцев, что мирно дремлют под пушистыми снежными одеялами. Родилась там, куда из-за морока практически не проникает солнечный свет, сотни, а может статься и тысячи лет назад… Именно там, где вечный сумрак сплетается с ледяным дыханием гор, зародилось предание о непримиримой любви. О ведьме, чьи чары были сильнее самой смерти, и о рыцаре, чья вера казалась несокрушимой…
Он не удивился. Просто на мгновение замер, оценивая. Потом губы тронула лёгкая усмешка. Я вжалась в стену, пытаясь собрать на лице официальное выражение и начать свою заученную речь.
—Здравствуйте, я из...
Но он уже был рядом. Слишком близко. И от него пахло чем-то свежим, холодным — мятный гель для душа, чистый хлопок, едва уловимая мужская туалетная вода. Запах был на удивление приятным, что выбивало из колеи.
—Потерялась, котёнок? Или специально ждёшь, когда все разойдутся? — его голос был низким и бархатистым, в нём сквозила откровенная, наглая игривость.
Я фыркнула, давая понять, что его обращение мне не по душе.
—Я не котёнок. Мне нужно...
— Ммм?—он перебил меня, сделав ещё полшага вперёд. Теперь я могла разглядеть мельчайшие детали: мокрые ресницы, капли воды на висках, твёрдую линию подбородка.—А мне сейчас очень нужно обнять кого-то симпатичного и зеленоглазого. Для восстановления сил. Острая спортивная необходимость.
—Ты что, совсем...—начала я, но было уже поздно...
—Здравствуйте, я из...
Но он уже был рядом. Слишком близко. И от него пахло чем-то свежим, холодным — мятный гель для душа, чистый хлопок, едва уловимая мужская туалетная вода. Запах был на удивление приятным, что выбивало из колеи.
—Потерялась, котёнок? Или специально ждёшь, когда все разойдутся? — его голос был низким и бархатистым, в нём сквозила откровенная, наглая игривость.
Я фыркнула, давая понять, что его обращение мне не по душе.
—Я не котёнок. Мне нужно...
— Ммм?—он перебил меня, сделав ещё полшага вперёд. Теперь я могла разглядеть мельчайшие детали: мокрые ресницы, капли воды на висках, твёрдую линию подбородка.—А мне сейчас очень нужно обнять кого-то симпатичного и зеленоглазого. Для восстановления сил. Острая спортивная необходимость.
—Ты что, совсем...—начала я, но было уже поздно...
У меня три проблемы.
Первая: мой новый начальник — огромный, красивый и совершенно невыносимый медведь.
Вторая: у него начинается гон прямо во время пожарных учений.
Третья: я хочу его ничуть не меньше, чем он меня.
Мы бы давно решили все проблемы на его столе, если бы не сирены, коллеги, комиссия и удивительное умение пожарной части вмешиваться в самый неподходящий момент.
Главное — не влюбиться раньше, чем нам наконец позволят закончить начатое.
Первая: мой новый начальник — огромный, красивый и совершенно невыносимый медведь.
Вторая: у него начинается гон прямо во время пожарных учений.
Третья: я хочу его ничуть не меньше, чем он меня.
Мы бы давно решили все проблемы на его столе, если бы не сирены, коллеги, комиссия и удивительное умение пожарной части вмешиваться в самый неподходящий момент.
Главное — не влюбиться раньше, чем нам наконец позволят закончить начатое.
— Что тебе нужно, Шереметев? Или Измайлов, я уже запуталась в твоих фамилиях,— перекрываю дверной проём раздевалки.
— Я слышал, тебе помощь нужна,— приваливается он плечом к стене и нагло улыбается, без стеснения рассматривая мой костюм для танцев.
— От тебя — нет! Мне танцор нужен в пару, а не придурок с одной только мыслью в голове.
— Считай, ты его нашла,— отпихивает он меня грудью назад к шкафчикам и снимает кожаную куртку, под которой у него только белая майка, подчёркивающая отличную спортивную фигуру.
Ну почему он? Неужели в этом мире нет других танцоров?
Я точно пожалею, если соглашусь, но и конкурс пропустить не могу. Другого такого шанса больше не будет.
— Я слышал, тебе помощь нужна,— приваливается он плечом к стене и нагло улыбается, без стеснения рассматривая мой костюм для танцев.
— От тебя — нет! Мне танцор нужен в пару, а не придурок с одной только мыслью в голове.
— Считай, ты его нашла,— отпихивает он меня грудью назад к шкафчикам и снимает кожаную куртку, под которой у него только белая майка, подчёркивающая отличную спортивную фигуру.
Ну почему он? Неужели в этом мире нет других танцоров?
Я точно пожалею, если соглашусь, но и конкурс пропустить не могу. Другого такого шанса больше не будет.
Мне тридцать, а всё ещё ни мужа, ни детей... всё какие-то козлы на пути попадаются. То мамсики, а последний так вообще женатым оказался...
Приехав к маме в деревню, вспомнила о легенде Невестиной заводи..., чем чёрт не шутит, а вдруг?
Нырнула, как положено по ритуалу, да только новый наш участковый почему-то решил, что я тону и вытащил меня оттуда за волосы!
Бесит меня страшно! Такой важный, такой всезнающий, так и треснула бы! В принципе я так и сделала сразу, ну сам напросился же... спасатель!
Приехав к маме в деревню, вспомнила о легенде Невестиной заводи..., чем чёрт не шутит, а вдруг?
Нырнула, как положено по ритуалу, да только новый наш участковый почему-то решил, что я тону и вытащил меня оттуда за волосы!
Бесит меня страшно! Такой важный, такой всезнающий, так и треснула бы! В принципе я так и сделала сразу, ну сам напросился же... спасатель!
Толстухи никому не нравятся, правда? И Оля думала, что Антон не исключение. К тому же вокруг симпатичного и богатого парня вьётся много красивых, стройных девчонок. Разве может она с ними сравниться? Но Лёля не знала, что парень всегда любил девушек в теле, округлых и пышных, как свежие булочки, чтобы чётко выделялись и попа, и грудь, и талия, пусть и не вписывающиеся в стандарт девяносто-шестьдесят-девяносто. И Ольга была живым воплощением его идеала, с первого взгляда и навсегда покорив его сердце.
Удастся ли Тохе убедить свою сладкую булочку в искренности чувств?
Удастся ли Тохе убедить свою сладкую булочку в искренности чувств?
❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️
Скрываясь от жестокого мужа, она отчаянно ищет защитника, на самом деле не доверяя никому. Сломленная душа, живущая в вечном страхе.
Желание защитить ее, обладать ею с каждым днем поглощает меня все больше.
Она только начала открываться мне. И если узнает правду о том, что я не тот, за кого себя выдаю, сможет ли когда-нибудь простить?
Между нами встанут не только призраки ее прошлого и мои внешние враги, но и ее внутренние демоны.
Но я не позволю ей оттолкнуть меня. Ей нужен тот, кто исцелит пустоту внутри.
Это буду я.
Она моя.
Идущая по осколкам.
* * * *
Эмоции на пределе
Динамичный сюжет
Скрываясь от жестокого мужа, она отчаянно ищет защитника, на самом деле не доверяя никому. Сломленная душа, живущая в вечном страхе.
Желание защитить ее, обладать ею с каждым днем поглощает меня все больше.
Она только начала открываться мне. И если узнает правду о том, что я не тот, за кого себя выдаю, сможет ли когда-нибудь простить?
Между нами встанут не только призраки ее прошлого и мои внешние враги, но и ее внутренние демоны.
Но я не позволю ей оттолкнуть меня. Ей нужен тот, кто исцелит пустоту внутри.
Это буду я.
Она моя.
Идущая по осколкам.
* * * *
Эмоции на пределе
Динамичный сюжет
Смотрю на фотографию в глянцевом журнале и перестаю дышать. Там мой Юра… Тот самый случайный покупатель, подошедший ко мне на кассу в канун Нового года и попросивший о помощи.
Я поверила ему и приютила… Мы провели вместе сказочное время, а потом он уехал из нашего тихого городишки, напоследок пообещав, что не забудет и заберет…
И вот, он снова смотрит на меня, теперь со страниц глянца. А под фото подпись «Известный российский медиамагнат Юрий Кривов на презентации шоу в компании молодой актрисы»…
Перед глазами все расплывается, а к горлу подступает тошнота, как каждое утро уже последние две недели…
Я поверила ему и приютила… Мы провели вместе сказочное время, а потом он уехал из нашего тихого городишки, напоследок пообещав, что не забудет и заберет…
И вот, он снова смотрит на меня, теперь со страниц глянца. А под фото подпись «Известный российский медиамагнат Юрий Кривов на презентации шоу в компании молодой актрисы»…
Перед глазами все расплывается, а к горлу подступает тошнота, как каждое утро уже последние две недели…
— Хватит строить из себя ледяную статую, сестрёнка. К тому же, мы уже проверили, насколько ты горячая.
Я не шелохнулась, приподняла уголок губ.
— Рада, что ты помнишь о том, как я тебя послала и наваляла твоей подружке.
Он усмехнулся, изучил каждую линию на моем лице.
— Ладно, – обвел языком верхний ряд зубов, – что на тебе сегодня под этим скромным платьем?
— О, прости, забыла вывесить табличку «для внутреннего просмотра». Но если очень надо, представь самое скучное, что можешь вообразить. Собственное отражение, например.
— Хм, – отпил из бокала и причмокнул. Наши родители вышли на танцпол.
– Удивлен, что не боюсь тебя?
Я оглядела свадебный шатёр и снова посмотрела на него.
— Мне плевать. Ты падёшь передо мной, как Рим. Величественно, с грохотом, и всё равно неизбежно. А твоя милая мамочка… станет очередной игрушкой для моего отца. В нашей семье так принято: мы забираем всё, что блестит. Даже если оно пытается сверкать подальше от нас.
Я не шелохнулась, приподняла уголок губ.
— Рада, что ты помнишь о том, как я тебя послала и наваляла твоей подружке.
Он усмехнулся, изучил каждую линию на моем лице.
— Ладно, – обвел языком верхний ряд зубов, – что на тебе сегодня под этим скромным платьем?
— О, прости, забыла вывесить табличку «для внутреннего просмотра». Но если очень надо, представь самое скучное, что можешь вообразить. Собственное отражение, например.
— Хм, – отпил из бокала и причмокнул. Наши родители вышли на танцпол.
– Удивлен, что не боюсь тебя?
Я оглядела свадебный шатёр и снова посмотрела на него.
— Мне плевать. Ты падёшь передо мной, как Рим. Величественно, с грохотом, и всё равно неизбежно. А твоя милая мамочка… станет очередной игрушкой для моего отца. В нашей семье так принято: мы забираем всё, что блестит. Даже если оно пытается сверкать подальше от нас.
Выберите полку для книги