Книги по тегу «любовь сквозь время»: ""
Я остановился у калитки, кашлянул, чтобы привлечь внимание:
— Доброе утро. Вижу, работа кипит. Может, помогу? У меня тут инструменты…
Все замерли. Миша выпрямился, посмотрел на меня с холодным прищуром. Вася медленно опустил доску, которую держал в руках. Гриша резко повернулся — в глазах вспыхнула злость.
— Мы сами справимся, — отрезал Миша. Его голос звучал твёрдо, без намёка на компромисс.
— Нам ваша помощь не нужна, — добавил Вася, отводя взгляд. — Мы привыкли работать втроём.
— Да и вообще, — вступил Гриша, делая шаг вперёд, — вы уже своё «помогли», когда вчера нас встретили. Помните, как выразились про «нагулянных»? Так вот, нам такой «благодетель» не нужен. Чтоб духу вашего тут не было.
Я побледнел. Вчера, впервые увидев парней рядом со Светой, я не сдержался. В голове крутились мысли: «Кто эти мальчишки? Почему так похожи на меня? Чьи они?» И в запале, не думая о последствиях, бросил им в лицо:
— Что, Света, нагуляла‑таки? И не пойми от кого…
Тогда я ещё не понимал, чт
— Доброе утро. Вижу, работа кипит. Может, помогу? У меня тут инструменты…
Все замерли. Миша выпрямился, посмотрел на меня с холодным прищуром. Вася медленно опустил доску, которую держал в руках. Гриша резко повернулся — в глазах вспыхнула злость.
— Мы сами справимся, — отрезал Миша. Его голос звучал твёрдо, без намёка на компромисс.
— Нам ваша помощь не нужна, — добавил Вася, отводя взгляд. — Мы привыкли работать втроём.
— Да и вообще, — вступил Гриша, делая шаг вперёд, — вы уже своё «помогли», когда вчера нас встретили. Помните, как выразились про «нагулянных»? Так вот, нам такой «благодетель» не нужен. Чтоб духу вашего тут не было.
Я побледнел. Вчера, впервые увидев парней рядом со Светой, я не сдержался. В голове крутились мысли: «Кто эти мальчишки? Почему так похожи на меня? Чьи они?» И в запале, не думая о последствиях, бросил им в лицо:
— Что, Света, нагуляла‑таки? И не пойми от кого…
Тогда я ещё не понимал, чт
Когда-то Артём Воронцов был моей самой большой проблемой.
А потом исчез из моей жизни.
Прошли годы.
И всё было нормально.
До одного вечера, после которого всё снова полетело к чёрту.
А потом исчез из моей жизни.
Прошли годы.
И всё было нормально.
До одного вечера, после которого всё снова полетело к чёрту.
Аблхаир сжимает кулаки:
— Мама, хватит. Надя — не «какая‑то». Я люблю её и женюсь на ней.
— Ты женишься на той, кого мы выбрали, — твёрдо говорит отец. — А эту… пусть будет второй женой. Если так уж привязался.
В комнате повисает тишина. Я чувствую, как внутри что‑то трескается, рассыпается на осколки. Второй женой? После всего, что было между нами? После его клятв, обещаний, слов любви?
— Второй женой? — переспрашиваю я тихо, почти шёпотом.
— Надя, послушай, — Аблхаир поворачивается ко мне. — Я что‑нибудь придумаю. Мы справимся.
Но я уже не слышу его слов. В голове стучит только одно: «вторая жена».
Резким движением я встаю с кровати, быстро одеваюсь, не глядя ни на кого. Руки дрожат, но я стараюсь не показывать слабости.
— Нет, — говорю я, глядя прямо в глаза Аблхаиру. — Никаких «справимся». Никаких «что‑нибудь придумаю».
Подхожу к нему вплотную и — раз! — даю пощёчину. Звонкую, хлесткую. Он даже не пытается увернуться, просто стоит и смотрит на меня.
— Мама, хватит. Надя — не «какая‑то». Я люблю её и женюсь на ней.
— Ты женишься на той, кого мы выбрали, — твёрдо говорит отец. — А эту… пусть будет второй женой. Если так уж привязался.
В комнате повисает тишина. Я чувствую, как внутри что‑то трескается, рассыпается на осколки. Второй женой? После всего, что было между нами? После его клятв, обещаний, слов любви?
— Второй женой? — переспрашиваю я тихо, почти шёпотом.
— Надя, послушай, — Аблхаир поворачивается ко мне. — Я что‑нибудь придумаю. Мы справимся.
Но я уже не слышу его слов. В голове стучит только одно: «вторая жена».
Резким движением я встаю с кровати, быстро одеваюсь, не глядя ни на кого. Руки дрожат, но я стараюсь не показывать слабости.
— Нет, — говорю я, глядя прямо в глаза Аблхаиру. — Никаких «справимся». Никаких «что‑нибудь придумаю».
Подхожу к нему вплотную и — раз! — даю пощёчину. Звонкую, хлесткую. Он даже не пытается увернуться, просто стоит и смотрит на меня.
Известная художница Эрика Миль теряет сознание во время выставки. Об этом пишут все газеты и журналы. Журналисты предполагают все от долгожданной беременности до неизлечимой болезни.
Сама Эрика, кажется, сходит с ума. Ее мучают воспоминания о событиях, которых не было, и фантомные боли, словно она проживает чужую жизнь.
Но что, если это не болезнь, а забытая истина? Ответы кроются там, куда Эрика боится заглянуть, в темных лабиринтах прошлого, которое, как оказалось, никогда ее не отпускало.
Сама Эрика, кажется, сходит с ума. Ее мучают воспоминания о событиях, которых не было, и фантомные боли, словно она проживает чужую жизнь.
Но что, если это не болезнь, а забытая истина? Ответы кроются там, куда Эрика боится заглянуть, в темных лабиринтах прошлого, которое, как оказалось, никогда ее не отпускало.
Мальдивы, шум прибоя и неожиданная встреча: за барной стойкой тропического рая Эльвира узнает друга детства Марка, который исчез много лет назад. Может ли отпуск вернуть им утраченное прошлое или оставит лишь соленый вкус воспоминаний?
Я оказалась в прошлом и стала невольной спутницей собственного отца, который даже не подозревает, кто я.
Мой единственный шанс вернуться домой – жемчужина, о которой, кажется, никто ничего не знает.
Пока Водные наги созывают Совет Великого Змея, скрывая назревающую катастрофу, в мои поиски вмешивается изгой. Опасный. Мрачный. Пугающий даже своих.
Он скрывает тайну, куда более страшную, чем моя.
И именно она способна изменить всё.
В тексте есть:
🫧восточный колорит
🫧одержимый герой
🫧любовь, несмотря на ...
🫧чувственно
Мой единственный шанс вернуться домой – жемчужина, о которой, кажется, никто ничего не знает.
Пока Водные наги созывают Совет Великого Змея, скрывая назревающую катастрофу, в мои поиски вмешивается изгой. Опасный. Мрачный. Пугающий даже своих.
Он скрывает тайну, куда более страшную, чем моя.
И именно она способна изменить всё.
В тексте есть:
🫧восточный колорит
🫧одержимый герой
🫧любовь, несмотря на ...
🫧чувственно
В день свадьбы моё платье почернело у алтаря, жених отступил на шаг, а весь двор решил: я бракованная невеста.
Меня лишили дома, будущего и права голоса. Но старое ателье на улице Семи фонарей открыло мне дверь само. Здесь ткани шепчут, зеркала помнят чужие клятвы, а свадебные платья показывают то, что люди прячут.
Теперь ко мне приходят невесты, которым страшно идти к брачной чаше. Я шью им не просто красоту — я помогаю увидеть правду.
А королевский дознаватель Руан Эскер пришёл закрыть моё ателье. Только чем больше он узнаёт, тем яснее становится: опасны не проклятые платья. Опасны те, кто боится, что правда выйдет к алтарю.
Меня лишили дома, будущего и права голоса. Но старое ателье на улице Семи фонарей открыло мне дверь само. Здесь ткани шепчут, зеркала помнят чужие клятвы, а свадебные платья показывают то, что люди прячут.
Теперь ко мне приходят невесты, которым страшно идти к брачной чаше. Я шью им не просто красоту — я помогаю увидеть правду.
А королевский дознаватель Руан Эскер пришёл закрыть моё ателье. Только чем больше он узнаёт, тем яснее становится: опасны не проклятые платья. Опасны те, кто боится, что правда выйдет к алтарю.
Он открыл глаза на четвёртый день. Она сидела рядом, сжимая в кулаке обгорелый шеврон со снегирём, найденный у него в руке. Он посмотрел на неё — серые глаза, тёплые, но абсолютно пустые.
— Вы кто? — спросил он хрипло. — Где я?
— Вы в госпитале. Вы ранены. Всё хорошо.
— Я ничего не помню. Как меня зовут?
У неё перехватило дыхание. Десять лет вместе. Десять лет она просыпалась рядом с этим человеком. А теперь он смотрел на неё как на чужую.
— Мы пока не знаем, — солгала она, потому что правда могла его убить.
Он помолчал, вглядываясь в её лицо. Потом его губы дрогнули:
— Вы красивая. И голос у вас… как будто знакомый. Не уходите.
Она не ушла. Она осталась с ним — с человеком без имени, без прошлого, без памяти о ней. И поклялась: он вспомнит. Даже если для этого придётся заново влюбить его в себя. Даже если за ним уже идут те, кто не оставляет свидетелей.
— Вы кто? — спросил он хрипло. — Где я?
— Вы в госпитале. Вы ранены. Всё хорошо.
— Я ничего не помню. Как меня зовут?
У неё перехватило дыхание. Десять лет вместе. Десять лет она просыпалась рядом с этим человеком. А теперь он смотрел на неё как на чужую.
— Мы пока не знаем, — солгала она, потому что правда могла его убить.
Он помолчал, вглядываясь в её лицо. Потом его губы дрогнули:
— Вы красивая. И голос у вас… как будто знакомый. Не уходите.
Она не ушла. Она осталась с ним — с человеком без имени, без прошлого, без памяти о ней. И поклялась: он вспомнит. Даже если для этого придётся заново влюбить его в себя. Даже если за ним уже идут те, кто не оставляет свидетелей.
Помнишь наш первый поцелуй на школьной дискотеке? Нашу первую близость после выпускного? Помнишь, как мы мечтали о сцене, играя в подземном переходе?
Москва не сломала нас, нет. Но влиятельный продюсер Влад Авдеев предложил тебе контракт, поставив на кон нашу любовь.
-- Я сделаю из тебя звезду, девочка, только вот твои пацаны с гитарами мне не нужны. Решай
Москва не сломала нас, нет. Но влиятельный продюсер Влад Авдеев предложил тебе контракт, поставив на кон нашу любовь.
-- Я сделаю из тебя звезду, девочка, только вот твои пацаны с гитарами мне не нужны. Решай
Таинственная история о молодом колдуне Алексе, чья спокойная жизнь внезапно переворачивается с ног на голову. Всё начинается с загадочного зова, доносящегося из старинного парка. Что скрывается за притягательным образом прекрасной русалки, появляющейся в его снах? Любовь, одержимость или древнее проклятие?
Алекс оказывается втянут в запутанную историю, где реальность переплетается с магией, а каждое открытие приближает его к разгадке, способной изменить его судьбу.
Атмосферное фэнтези с элементами романтики и мистики: каждый поворот сюжета держит в напряжении, а финал заставляет задуматься о природе истинной любви и цене, которую мы готовы заплатить за счастье.
Алекс оказывается втянут в запутанную историю, где реальность переплетается с магией, а каждое открытие приближает его к разгадке, способной изменить его судьбу.
Атмосферное фэнтези с элементами романтики и мистики: каждый поворот сюжета держит в напряжении, а финал заставляет задуматься о природе истинной любви и цене, которую мы готовы заплатить за счастье.
Выберите полку для книги